Страница 10 из 49
— Именно поэтому. — Ярослава говорила спокойно, хотя внутри всё дрожало. — Если он будет рыскать сам, он рано или поздно раскопает правду. А если я буду рядом, я смогу направлять его. Отводить. Путать следы.
— Врёшь, — Милана прищурилась. — Не поэтому.
Ярослава отвела взгляд.
— Не поэтому, — повторила Милана тише. — Он тебе понравился.
— Это неважно.
— Это очень важно, Слава. — Милана подалась вперёд и взяла её за руку. — Потому что если ты привяжешься к тому, кто на тебя охотится, — это кончится плохо. Для вас обоих.
— Я не привяжусь. Мне просто нужно, чтобы он не докопался до правды. И всё.
— Ну-ну. — Милана отпустила её руку и вздохнула. — Делай как знаешь. Только будь осторожна. Он опасен. И не только тем, что ищет тварь.
— А чем ещё?
— Тем, что ты на него смотришь иначе.
Ярослава не нашлась с ответом.
Она вышла от Миланы и направилась к деревенскому колодцу, где, как ей сказали, дружинник поил коня. Шла и пыталась разложить всё по полочкам. Да, он ей интересен. Да, она хочет увидеть его снова. Но это не главное. Главное — контроль. Если Мирослав будет рядом, она сможет влиять на его расследование. Сможет уводить его по ложному следу. Сможет защитить себя и филина.
Так она себя убеждала. И почти верила.
Мирослав стоял у колодца. Конь пил воду, всхрапывая и мотая головой, а сам дружинник смотрел куда-то вдаль, поверх крыш. Когда Ярослава подошла, он обернулся не сразу — будто знал, что она здесь, но не хотел показывать виду.
— Ярослава, — сказал он наконец. — Опять мимо проходите?
— Нет. Я вас искала.
Он повернулся, и в серых глазах мелькнуло удивление — быстрое, почти незаметное.
— Вот как? И зачем?
— Вы говорили, что ищете тварь. Ту, что нападает на людей. — Она подошла ближе, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я могу помочь.
— Вы? — он приподнял бровь. — И каким же образом?
— Я знаю лес. Знаю людей. Знаю, где искать и у кого спрашивать. Вы здесь чужой — вам каждый будет врать или отмалчиваться. А мне расскажут.
Он помолчал, разглядывая её. Взгляд был тяжёлым, испытующим — таким, от которого хотелось поёжиться, но Ярослава заставила себя выдержать его.
— Допустим, — сказал он. — А что взамен?
— Взамен вы оставите в покое того, кого найдёте. Если это будет не тварь. А просто… кто-то, кто не справился со своей силой.
Он долго молчал. Потом уголки его губ дрогнули — не улыбка, а так, намёк на неё.
— Вы странная, Ярослава. Знаете об этом?
— Знаю. Так что — договорились?
— Договорились. Когда начнём?
— Завтра. Сегодня у меня дела.
— Какие?
— Семейные, — она чуть улыбнулась. — Вы же знаете, у женщин из старых родов всегда много дел.
Он не ответил. Но взгляд его стал чуть теплее. На самую малость. На один короткий миг.
— До завтра, Ярослава.
— До завтра.
Она повернулась и пошла прочь, чувствуя спиной его взгляд. Внутри что-то звенело — тонко, радостно, тревожно. Она сама не знала, чего в ней больше: холодного расчёта или глупого, неуместного интереса к человеку, который мог стать её врагом.
И ещё она знала: Милана права. Она на него иначе смотрит.
Лес встретил её привычной тишиной. Она шла к сторожке Радомира, но у ручья снова увидела его — Ратмира. Он сидел на том же камне, что и вчера, и что-то строгал ножом.
— Снова ты? — спросила она, останавливаясь.
— Снова я, — он поднял голову и улыбнулся. — А ты всё бродишь по лесу одна. Не боишься?
— Я не из пугливых.
— Вижу. — Он отложил нож, поднялся. — Слушай, я в деревню сходил. С кузнецом твоим говорил, с Добрыней. Хороший парень. Взял меня подручным.
— Поздравляю.
— Вот, — он развёл руками, — так что я теперь тут осёдло. Может, ещё увидимся.
— Может быть.
Она пошла дальше. Что-то в этом Ратмире было не так. Слишком он легко вписался. Слишком быстро оказался в нужном месте. Но сейчас ей было не до него. Сейчас её ждал Радомир. И первый настоящий урок.
Она ускорила шаг. Лес расступался перед ней, тропа становилась знакомой, почти родной. И где-то в вышине, над верхушками сосен, бесшумной тенью скользил филин. Её филин. Её дар. Её сила.
Впервые за много лет Ярослава не чувствовала себя одинокой.