Хвостатый напарник

Эпизод 11. Прекрасная дама

Утром третьего дня Кимовы вернулись в космопорт и ждали Гатто с кориниканцами в местном кафе-баре, как условились.

— Уберите от меня руки! Я, вообще-то, замужем!

Резкий женский крик заставил умолкнуть все разговоры и обратить внимание на колоритную парочку. Яркая рыжеволосая девушка уже занесла руку, чтобы влепить пощёчину не менее яркому жгучему брюнету, который, однако, внял совету барышни и поднял раскрытые ладони перед собой.

— Опять он за своё, — закатила глаза Юлия и отвернулась от сцены, спровоцированной Гатто.

— Извините. Я обознался… — неожиданно растерянно и грустно отозвался капитан «Бродяги».

— Да ладно. Найдёшь ещё свою рыжую, — смягчилась жертва ошибки и ободряюще улыбнулась.

— Если только она сама захочет найтись. Что вряд ли…

Кориниканцы сопровождали своего капитана, невольно навевая мысли о картинах из старых земных исторических романов о пиратах, которыми вполне могли зачитываться жители Притхиви, особо ценящие культуру родной планеты. Как только он уселся на табурет у стойки рядом с Кимовыми, Мэо и Фэр тут же разместились по бокам от него.

— Да не буду я пить сегодня.

— Правильно. Сегодня мы вылетаем, — муркнул Мэо.

— И в карманах у меня ничего нет.

— Ты без нас заходил к Брэндону. Мало ли что ты у него взял, — Фэр подозрительно косился на левый карман куртки Гатто.

— Да я предохранителей докупил в панель!

Кориниканцы чуть успокоились и заказали какой-то аналог земного кофе себе и Гатто. Кимовы же наслаждались оригинальным напитком. На Притхиви завезли и кофейное дерево, и чайный куст, но при этом смогли не притащить следом грибок, который губил кофе на Земле, и теперь экспортировали зёрна по всей Галактике.

— Расскажешь? — Филиппу и Юлии было очень интересно, что за дама могла привести их дерзкого капитана в такой раздрай. — Ты же нервничать начал ещё на подлёте к планете. Она здесь живёт?

— Жила раньше. Сейчас не знаю. Наши пути разошлись. И к лучшему. Для неё, — Гатто нервно допил напиток, нажал на кнопку вызова бариста и, поймав говорящий взгляд Фэра, покачал головой. — Мне нужен нормальный кофе.

Мохнатая нянька успокоилась и вернулась к своему стакану.

— Выходит, она… ну… как бы моя первая любовь, что ли… И что самое интересное, взаимно всё было. А потом я всё испортил. Хотел как лучше. Денег подзаработать, чтобы вместе поехать учиться и сразу съехаться. И влип. Не знал, с кем связался. А она угнала корабль и выручать понеслась. Дурёха. Поймали обоих, конечно. Мне три года за непредумышленное пособничество наркоторговле, ей просто перекрыта дорога на работу мечты. Она же в ОСОГ мечтала служить, в дипломатическом корпусе, первые контакты с новыми расами устанавливать. А с таким пятном в академию её не взяли. Даже в простую космо-полицию.

— Она не стала ждать тебя? — в голосе Юлии слышалось искреннее сочувствие.

— Нет. И с Притхиви улетела. Потом, правда, вроде вернулась. Видели её здесь общие знакомые.

— Так ради неё сюда завернул?

Вместо умолкнувшего Гатто подал голос самый тихий и романтичный из кориниканцев, Лим:

— Капитан каждые пару месяцев сюда наведывается. Надеется на случайную встречу.

— А как же концерт в баре на «Энигме»? — брови Кимовой поползли вверх.

— Тебе никогда не хотелось от чего-нибудь отвлечься и забыться?

— Мне сказали, сегодня отправляется один капитан с командой кориниканцев. И он сможет помочь мне в одном щепетильном деле. Я не опоздала?

Над левым плечом Гатто показалась рыжая макушка, а на плечо легка небольшая ладошка.

— Мили? — только и прошептал Гатто, обернувшись.

Он осторожно слез с табурета и очень медленно коснулся щеки девушки кончиками пальцев, а потом, будто слетев с тормозов, сгрёб её в охапку, подхватил на руки и стал кружить, снеся табурет, три стакана, с холодным к счастью, напитком и неслабо задев ботинком подруги плечо незадачливого Лима.

— Это правда ты?

— Я, дурачок, — глаза Мили лучились радостью, но вдруг она стала серьёзной и выбралась из объятий Гатто. — Ты не мог прилетать как-то более предсказуемо? Ни разу тебя не застала, а долго на одном месте мне быть нельзя.

— У тебя проблемы?

— Уже почти разобралась. Скоро всё кончится, если ты мне поможешь.

— Конечно, помогу! И больше мы не расстанемся.

— Нужно, чтобы ты отвёз одну вещь в Угольный мешок, — казалось, рыжая не слушала своего вновь обретённого друга. — Тогда от меня, наконец, отстанут.

— С кем ты связалась?

— Призраки прошлого. Нашего с тобой.

— Я понял. Мы вылетаем через час. Собирай вещи. Пора поставить точку в той истории и начать новую нормальную жизнь.

Гатто обнял Мили, всем своим видом давая понять, что больше не оставит её и не подвергнет опасности. Девушка уютно устроилась в его объятиях и на миг расслабилась, став очень нежной и мягкой, но уже через пару мгновений снова стала быстрой, звонкой и резкой.

— Я не полечу с тобой. Мне туда нельзя. Не отпустят. Гронзо на меня глаз положил. Предлагал даже долг списать, если я с ним останусь. Потому и прошу тебя отвезти эту вещь. Тогда он отстанет, а мы встретимся, и мне больше не будет нужды маячить на Притхиви. Галактика большая и вся к нашим услугам.

— Ладно, — нехотя согласился Гатто и посмотрел на Кимовых. — Может, останетесь здесь? Отсюда регулярно рейсы на Землю уходят.

— Мы уже тебе заплатили, а лишних денег нет, — задумчиво ответил Филипп. — Или ты вернёшь хотя бы часть оплаты?

Кориниканцы дружно захихикали, а Гатто театрально отвёл взгляд к потолку и в сторону.

— Почему-то я так и подумал, — беззлобно вздохнул Кимов. — Ты же просто передашь вещь кому следует?

— Я не симпатичная девушка, потому вряд ли заинтересую сладострастного Гронзо.

— Значит, не будем менять транспорт. Пока всё идёт хорошо.

Туманность Угольный мешок была одним из самых тёмных мест в Галактике во всех смыслах. Темнее только чёрные дыры.

Чисто в астрономическом и навигационном смысле это было видимое невооружённым глазом тёмное пятно. Скопление частиц пыли, покрытых слоем водяного льда, азота, окиси углерода и других органических молекул, заслоняло собой часть звёзд, а частично рассеивающийся свет заставлял звёзды по его краям выглядеть красными. По ним и стало понятно, что корабль Гатто приближается к пункту назначения.