Не Просто Людин

Следом вышел надменный мужчина с тростью.

— Боярин Ритер. Развитие магических даров и управление силой.

Третьей к краю трибуны подошла Елена Васильевна Мурашева. В лучах солнца она казалась настоящей богиней. По плацу прокатился слитный мужской вздох. Костя рядом со мной вытянулся, как струна, а Аван приоткрыл рот.

— Старший целитель Мурашева, — представил её Ректор. — Полевая медицина и выживание.

— Фамилия нашего ректора, если кто не знал Мурашов! — насмешливо окинул нас взором Коновалов.

Четвёртым оказался невзрачный, пухлый человечек в очках.

— Советник Белов. Обществознание, законы Империи и политическая подготовка.

— И, наконец, — Ректор обернулся к людям в военной форме. — Комендант крепости и мой заместитель по безопасности, майор Важурин. Он же отвечает за дисциплину.

Комендант гордо выпятил грудь.

— На этом всё! — скомандовал Ректор. — Все свободны. Кроме вас четверых.

Палец ректора уткнулся в наш угол. Белые коробки под команды офицеров начали покидать плац. Через пять минут мы остались одни.

Ректор и комендант спустились к нам.

— Четверо, — констатировал Ректор, разглядывая нас своими блёклыми глазами.

— Виктор Аристархович, — шагнул вперёд Комендант. — Эти курсанты проблемные. Я лично подберу им командира из числа опытных старшин.

— Да, что то такое я уже слышал… Не стоит утруждаться, ваше благородие, — Ректор даже не посмотрел на Важурина. — Их командиром будит прапорщик Паров.

Лицо Коменданта пошло красными пятнами. Он резко повернулся к ректору. Его челюсти сжались.

Ректор всмотрелся в лицо коменданта, развернулся и ушёл. Комендант, бросив на нас испепеляющий взгляд, зашагал следом, даже не попрощавшись.

Минут через пять к нам подошёл прапорщик Паров. Тот кто проводил дознание и трибунал надо мной. Его колючий взгляд прошёлся по нашим лицам. Я почувствовал лёгкое, едва заметное давление на виски. Хренов телепат. Он сканировал нас.

Его взгляд скользнул по мне, на секунду задержался, словно наткнувшись на кирпичную стену моего хаоса, и двинулся дальше. Обошёл Коновалова, мазнул по Авану и остановился на Косте.

Глаза Парова внезапно сузились. В них сверкнуло, давление на виски усилилось.

— Значит так, зелень, — голос прапорщика скрипел, как ржавая петля. — Я не нянька. Моя задача — сделать из вас… дружинника. А конкретно ты, Нилов… — он сделал шаг к Косте, который тут же побледнел. — Если я ещё раз услышу что ты думаешь о заднице моей дочери Ульяны… я лично скормлю твои яйца болотным змеям. Ты меня понял?

Костя сглотнул так громко, что я услышал.

— Т — так точно, господин прапорщик!

— В казарму. Получить хлам со складов. Завтра в шесть утра я покажу вам, как добываются Искры, — рявкнул Паров и, резко развернувшись, зашагал прочь.

— Охренеть, — Костя сидел на кровати, обхватив голову руками. — Ульяна — его дочь… А он читает мысли! Я покойник. А я… и она..

— Ты просто придурок, конечно все бабы тут либо жены, либо дочери командиров, надо же башкой думать, — мрачно отозвался Коновалов, рассматривая свою шашку. Выдали нам откровенный хлам. Даже моё копьё стоявшее в углу комнаты, хоть и выглядело старым и ржавым было лучше. — И за этот хлам мы должны сотню.

Дверь распахнулась без стука. Удар был такой силы, что хлипкая защёлка отлетела и звякнула об пол.

На пороге стояли пятеро. Соседняя Звезда Чёрной дружины, что была с нами на плацу. Впереди стоял здоровяк с изуродованным ожогом лицом. Он по — хозяйски зашёл в нашу комнату, пнул тумбочку Кости и обвёл нас тяжёлым, липким взглядом.

Щёлкнул пальцем и нас словно придавило к полу

— Уютно у вас, мясо, — оскалился здоровяк. — Меня зовут Ржавый. Командир звезды чёрных дружинников — второй курс. Правила здесь простые. Вы живёте на нашей территории. Это называется Пенсионное обеспечение Чёрной дружины. Треть всех добытых вами Искр вы сдаёте мне. Каждый вечер.

— А если нет? — прищурился Костя.

Я посмотрел на парня по иному, с таким давлением на тело мне говорить было тяжело.

— А если нет, то в Подземелье темно. Случайности случаются. Кто — то заклинанием в спину получил, — Ржавый ухмыльнулся. — Треть Искр. И мы гарантируем, что случайно не убьём вас.

Я медленно поднялся с койки. Ноги ходили ходуном, тремор по всему телу. Но я встал прямо напротив Ржавого. Я был ниже его, но внутри меня не было ни страха, ни злости. Только давление на тело и стремление стоять.

Таких я много повидал. У них одна психология — они давят тех, кто боится.

— Пенсионный фонд? — тихо переспросил я.

— Именно, — Ржавый подался вперёд, то что давило на меня усилилось.

— Знаешь, в чём твоя ошибка, Ржавый? — перешёл я на вкрадчивый шёпот. В висках долбился отбойный молоток — Ты не в те карманы лезешь. У нас на балансе минус сто. Забирать нечего. А во — вторых… ты узнавал, под кем мы ходим?

Ржавый молчал.

— Наш командир — прапорщик Паров, — раздельно произнёс я. — Внутренняя безопасность. Ты реально настолько тупой, что решил обложить данью особиста? Как думаешь, через сколько минут тебя потащат в подвал на допрос, когда он поймёт, куда уходят его Искры?

В глазах Ржавого мелькнуло понимание.

— Мы не знали, — подал голос его дружок у двери.

— Это ничего не меняет — рявкнул Ржавый и сила что давила на плечи обрушилась как пресс. Моих сил хватило только что бы плавно опустится на пол — Платите треть! Или сдохните.

Сел я удачно. Распрямил ногу и сделал подсечку. Ржавый покачнулся и я ухватил его за ворот рубахи.