Страница 9 из 16
Хочется резко ответить «нет» и уйти. Но вдруг я действительно пропустила его фамилию? Не хочу снова стоять перед Валентиной с виноватым видом и смотреть в пол.
– Сейчас проверю, – нервно отвечаю и начинаю торопливо просматривать несчастный список. – Ваша фамилия?
Пожалуйста, пусть тебя там не окажется!
– Коновалов, – спокойно произносит парень.
Я быстро пробегаю глазами по бумаге и с досадой вижу его фамилию.
– Да, вы есть, – честно признаюсь, чувствуя раздражение. Бросаю быстрый взгляд в сторону Мая, оценивая расстояние. Успею ли я уйти незамеченной? – Когда я подходила, вас не было на месте.
Нет, уже не успею.
Наши взгляды встречаются. Я отчаянно надеюсь, что он не узнал меня, не разглядел. Но Май прищуривается, внимательно смотрит в мою сторону. Я тут же отворачиваюсь, натягиваю на лицо улыбку и делаю вид, что совершенно спокойна.
Опять он.
Только бы не подошёл. Только бы не начал выговаривать мне за то, что я работаю на его противника. Май и Романов могли бы сотрудничать, это выгодно обоим. Но их упрямые характеры и личная неприязнь постоянно мешают…
– Да, я был на перерыве, – объясняет Коновалов.
– Подпишите здесь, – лепечу, стараясь выглядеть дружелюбной.
Парень ставит свою подпись, и я сразу же ухожу в кабинет бухгалтерии. Отдаю Валентине бумаги, не слушая её комментариев, и падаю на своё рабочее место.
В голове крутится только одна мысль: визит Пятницкого сюда явно не к добру.
Глава 9. Май
Мерещится что ли? Опять.
После вчерашнего как застыла в глазах, так и осталась.
Вот и стоит теперь опять вдалеке с каким-то парнем.
Пару раз моргаю, не слушая, что говорит Романов. Но образ никуда не испаряется. Это Апрелька. Точно она.
Словно беглянка скрывается в кабинете.
– Моя жена работает у тебя? – с осторожностью спрашиваю у Антона.
Додумалась пойти к нему! К нему! К мужику, что одной юбки мимо не пропустит. Ещё и тому, кого я ненавижу.
Мне надо идти с ним на контакт, но у нас не получается. Да и сегодня я пришёл к нему только потому, что у него для меня выгодное предложение.
– Бывшая, вроде? – уточняет.
– Пока ещё действующая, – цежу сквозь зубы. – Мы в процессе развода, но ещё муж и жена.
– Не заводись. Да, позвонила дней пять назад, спросила нет ли у меня места. Я нашёл одно, – говорит с издёвкой, явно надеясь задеть меня.
– Так вот зачем ты меня позвал сюда, – догадываюсь сразу, сжимая кулаки. Смотрю на дрища в костюме и хочу раздавить его за эту ухмылку, как таракана.
– О чём ты?
– Столько лет конфликтов, и ты приглашаешь меня к себе. Показать, что моя жена работает на тебя.
– Ну, – отвечает спокойно, отводя взгляд на своих людей. И отчётливо вижу, как в этих глазах играют чёртики. Сукин сын. – Просто совпадение. Так ведь бывает, да?
И переводит хищный взгляд на меня.
– Так что, поговорим о сотрудничестве?
– Мы поговорим только тогда, когда ты вдруг решишься продать это дерьмо, – обвожу помещение пальцем. И развернувшись в узком коридоре, отворачиваюсь и зло иду обратно к лифту.
Переговоры окончены.
– Не надейся, Пятницкий. Компания твоей не будет. Как теперь и твоя жёнушка.
Вмазать бы ему, да хорошенько. Но держу себя в руках, стиснув до скрипа зубы.
Захожу в лифт, остервенело жму на кнопку первого этажа.
Нашла к кому устраиваться, дурёха. Вляпалась теперь в дерьмо, под названием Романов. Как будто не слышала, какой он гнилой тип. Но всё равно пошла к нему. Назло мне.
Пусть. Сама набьёт себе шишки и всё поймёт.
Спускаюсь вниз, на парковку. Прыгаю в тачку – и в нервозе еду домой, так и не найдя нужного объяснения почему Ангелина пошла именно к нему. Да у нас куча знакомых!
На пропускном пункте немного отвлекаюсь. Охрана останавливает.
– Май Викторович, к вам женщина приезжала, – сообщает мужчина. – С пропуском. Та самая, которую вы сказали не пускать.
Недовольно цокаю.
Вот неугомонная. Мать не может дозвониться, поскольку я в открытую игнорирую её. Попыталась приехать домой, чего ей тоже не позволил. Что там дальше? Визит в офис? Хорошо, что я как раз хочу взять мини-отпуск, сгонять в отпуск и очистить мозги.
Последнее вряд ли получится, но чем чёрт не шутит?
К вечеру пытаюсь отогнать ту мысль, что Ангелина теперь работает на Романова. Вроде пытаюсь понять. Ей и правда теперь надо кормить сына. А Антон сто процентов взял бы её на работу, чтобы позлорадствовать надо мной.
Выкупить бы его дерьмо… Но он не продаст. Несколько раз уже обсуждали это. Ему больше нравится работать с моими конкурентами. Ещё и жену мою на работу принимать.
Отчего-то думаю о Павлике. Она уже рассказала ему правду? Плакал ли он? Конечно, плакал!
Если вспомнить, что мы пережили вместе… Каждый приятный момент вспыхивает в голове, даря какую-то эйфорию. Кадр за кадром. И тепло в груди разливается.
Без него дома пусто. И без Апрельки.
Не хватает шума, суеты, тепла.
Вечер среды, я уже дома, и никто не пинает меня, чтобы съездить вместе в парк и погулять.
Вместо этого сижу на диване в тусклой гостиной и потираю плюшевую макушку льва, которого Павлик оставил в машине. Я помню, как выиграл её в тире, когда ему было два года. Как он радовался, обнимал его, не выпускал из рук. И как учился рычать, так и не сумев выговорить букву «р».
А сейчас там, где я его не вижу, он наверняка ходит, плачет и грустит. Потому что папы нет рядом.
Сердце сжимается от боли.
Хоть он мне и неродной, я привязался к нему. Видел его с первого дня его жизни. Вырастил, воспитал. Радовался первым шагам, первому слову.
За неделю разлюбить его тяжело. Это сделать придётся. Но пока… Я скучаю.
Глава 10. Май
Барабаню пальцами по столу в ожидании. Я пришёл на встречу на двадцать минут раньше назначенного времени – был неподалёку.
Где Нестерова носит? Мне нельзя оставаться с мыслями одному хоть на десять минут. Начинаю жрать себя изнутри.
Мысли опять о Ангелине и Павлике. Хочу увидеть их, особенно этого улыбчивого счастливого мальчишку, но борюсь сам с собой. Мне надо выдернуть их, как занозу, раз и навсегда. Выкинуть из своей жизни, продолжить жить дальше.
И не могу.
Только собрался в отпуск – как позвонил знакомый. Савва Нестеров имеет свой штат юристов, к которым я частенько обращаюсь. Всегда помогал мне, не отказывал в помощи. А теперь у него появилось ко мне какое-то предложение.