Страница 66 из 142
Глава 24 Часть четвёртая. Мастер и Маргарита
Часть четвёртая. Мастер и Маргарита
Лера теребила уголок книги и задумчиво смотрела на жирную муху, истерично бьющуюся в стекло. Большой пожелтевший том с названием «Ритуалы и культы древности» навевал такую скуку, что даже кульбиты мухи были ей куда интереснее. Тем временем насекомое решило сменить свою стратегию и отправилось попытать удачи в прохладные недра комнаты.
Девушка огляделась вокруг: этажерки с железяками закрывали стены, бесчисленные ящики, коробки, сундучки, дырявые унитазы и умывальники занимали почти всё пространство на полу. Разбросанные тут же ржавые, гнилые трубы дополняли нерадостную картину. Единственным свободным от хлама островком выделялась старая школьная парта у окна. Её тёмная потрескавшаяся столешница была исцарапана откровениями давно ушедших дней. Лере больше всего нравилась эта надпись: «Здесь было зверски убито время». Именно этим и она занималась последний месяц — бесцельно убивала время.
Когда баба Стеша говорила про обучение, Лера представляла себе умудрённого опытом наставника и его запутанные, загадочные истории. Вместо этого она сидит сейчас в каморке, на двери которой висит табличка: «Мастер сантехнических работ», и читает с утра до вечера какую-то древнюю тягомотину. Хотелось тут же уехать…
От размышлений отвлекла скрипнувшая дверь. На пороге показался мужчина в синем рабочем комбинезоне. Его загорелое лицо, покрытое сеткой морщин, выражало крайнюю степень недовольства. Нахмуренные седые брови и оттопыренные уши, несуразно торчащие из-под грязной синей кепки с надписью «ЖЭК», делали его смешным и совершенно нелепым. Сзади, переминаясь с ноги на ногу, стояла полненькая, невысокого роста женщина, держа в руках объёмный свёрток из полотенец. Про таких говорят «чуть за сорок». Это пришли Лерин наставник и его жена. Девушка вздохнула: их появление не сулило ей ничего хорошего. Особенно раздражала стопка книг в руках наставника.
— Марго, чего пыхтишь в затылок, — пробурчал мужчина.
Женщина не обратила внимания на ворчание и, довольно ловко для своего веса обойдя груды хлама, приблизилась к парте.
— Вот, держи, я тебе обед принесла, — с улыбкой обратилась она к Лере, — поешь, пока горячее.
Лера опять вздохнула, но подавила желание бросить всё, собрать вещи и уехать домой.
Марго, конечно, ни в чём не виновата — женщина искренне старалась быть гостеприимной.
— Спасибо, большое спасибо, — выдавила сквозь вымученную улыбку девушка, без энтузиазма разворачивая полотенца. Есть ей сейчас совсем не хотелось.
— Смотри, что мне удалось для тебя достать! — с гордостью произнёс мужчина и шумно опустил на стол стопку книг, хлопнув сверху ладонью.
Лера прочитала название на корешках и вскинула бровь:
«Молот Ведьм. Трактат по демонологии», «Окно в мир мёртвых», «Оккультные обряды Перу»…
— Серьёзно?! Это же полная ересь!
Мужчина нахмурился ещё больше:
— Тебе что, лишние знания помеха? Или решила, что уже всё на свете знаешь?
Весь этот месяц Лера пыталась не перечить и во всём соглашаться. Каждый день надеялась, что вот-вот произойдёт хоть что-то интересное, кроме чтения. Теперь же она не выдержала:
— Знания без дела мертвы! Если я буду просто впихивать в себя старые россказни, как это поможет мне справиться с Пиявкой? Или научит, как Пузыря отвадить?
— Ты знаешь, как меня называют? — вместо ответа надменно спросил мужчина, скрестив на груди руки.
— Знаю: Мастер, — буркнула Лера. Она уже жалела, что затеяла этот спор.
— А знаешь почему? — не сдавался мужчина. — Потому что перед тем, как что-то делать, я долго изучаю вопрос и только потом начинаю действовать!
— Хватит, ребята, будет вам! Жара такая. Девочка совсем устала, загонял ты её, — встряла в разговор Марго, обращаясь больше к мужу, при этом нервно теребя волан своего длинного сарафана. — Дорогой, ну, что ты завёлся? Девочка пережила такое потрясение, потом этот переезд — не надо с ней так говорить!
— Вот именно, — развёл руками Мастер, — и на эмоциях она придумала себе всех этих неведомых созданий. Чем больше мы потакаем фантазиям, тем для неё хуже. Давно пора рассказать, что всего этого просто не существует!
Лере показалось, что она не может дышать. Кровь запульсировала в висках, а в горле встал ком. Она открывала и закрывала рот, прежде чем смогла выдавить:
— В смысле придумала?!
— В том самом! Я двадцать лет хранитель кладбища или, как ты называешь, — «староста». Всё, что ты нам рассказываешь, — выдумки и сплетни неусопших. Глупые байки! Никто не может выйти за пределы кладбища. Никто не может видеть неусопших за пределами кладбища. Всё, что ты нам рассказала, тебе почудилось!
Марго вцепилась в руку Мастера, умоляюще глядя ему в глаза:
— Прекрати, нельзя так. Это жестоко!
Лера в изумлении смотрела на них, не зная, что ответить. Слёзы брызнули из глаз против воли. Она схватила рюкзак, висевший на спинке стула и, запинаясь о кучи хлама, выбежала на улицу. Марго бросилась за ней:
— Подожди! Лера, остановись!
Но ей в своём длинном сарафане было не угнаться за убегающей девушкой.
Лера бежала не разбирая дороги, цедя сквозь зубы:
— Виш ты, Мастер! Имечко себе придумал. Напыщенный индюк! Ещё и жену свою «Марго» называет, а, между прочим, по паспорту она Машка. Мастер и Маргарита! Банально, аж тошно! Возомнил о себе невесть что. Только и может, что свои книжки читать. Считает себя умным, а сам просто сантехник. Всё, баста!
Она остановилась и перевела дыхание.
Лере вспомнилась история знакомства, которую рассказывала Марго. Она безумно любила роман Булгакова и мечтала, что её мужем непременно будет Мастер. За плечами институт, подружки выскакивали замуж одна за другой, а она всё сидела и ждала того самого, единственного и особенного.
Однажды в коммуналке, в которой она жила вместе с матерью, прорвало трубу. Пришлось звонить в аварийную службу.
На вызов пришёл молодой человек и ловко устранил течь. Маша попросила оставить его свой номер телефона на случай, если труба снова лопнет. Он написал на листочке цифры и оставил подпись: «Мастер». Маша сразу поняла: он тот, кого она ждала всю жизнь!
У Леры тогда глаза на лоб полезли от этого рассказа. Он звучал настолько бредово, что девушка чуть не рассмеялась, но, видя мечтательное выражение на улыбающемся Машином лице, не посмела.