Страница 42 из 142
— Кому ты говорила? — спросила она, облизнув пересохшие губы.
— Индюку этому надутому! Божьим человеком себя называет, крест гладит. Мразь! Ничего, я до него добралась. Не одной мне гореть в аду, его с собой утащила! — девушка неприятно захихикала, обнажая редкие и острые гнилые зубы.
Внезапно чёрные ногти на её руках удлинились и загнулись. Она подобрала под себя ноги и по-кошачьи прыгнула в сторону Леры. Та от испуга покатилась кубарем назад, и только это её спасло. Цепь натянулась, и девушке не хватило нескольких сантиметров, чтобы достать свою жертву:
— И тебя с собой заберу! Все вы мрази в этом монастыре! Все вы заодно. Помру, боженька меня простит, за всё простит. Знает, что вы демоны! Он-то всё видит! От его ока не скроешься!
Лера приподнялась, потирая ушибленную голову. На всякий случай отползла подальше.
Мир вокруг наполнялся серым и густым, вязким туманом. Больше не слышно было птиц и проезжающих машин. Ближайшие деревья будто зачахли и свесили коричневые сухие листья.
Существо, прикованное цепью, уже не было похоже на девушку. Шея неестественно удлинилась и изогнулась, на ней проступили кроваво-фиолетовые следы от верёвки. Синий язык стал тонким и раздвоенным. В глубине чёрных глазных провалов зажглись красные точки. Уголки губ лопнули, обнажая челюсть до самых ушей:
— А он мне говорит: Аля, на всё воля божья. Если тебя папенька привёз к нам, значит ему виднее. Смирись и покорись, ибо слово отца земного, как и отца небесного — закон. Он про законы мне! Про небесные! Быстро же он сам их забыл, законы эти! При свете дня руки ему в церкви целуют, а как ночь спускается, он мне эти руки под юбку суёт. Все вы тут двуличные мрази! Думаете, Бог простит всё. Не простит!
Аля сделала ещё одну попытку порвать цепь — не получилось.
Лера сидела в растерянности, но снова попыталась заговорить с девушкой:
— И что произошло? Расскажешь мне?
— А ты будто не знаешь! Будто не видела! Ты сама знаешь, — разозлилась Аля и принялась неистово дёргать цепь. Потом посмотрела на железный обод, дотронулась до ноги чуть выше него и застыла. Лера начала понимать, что задумала Аля.
— Я не знаю! Честное слово. Разве ты меня раньше видела? Уверена, что нет. Я новенькая, откуда мне знать, — быстро затараторила она, чтобы отвлечь внимание от цепи.
Существо задумалось, спрятало язык и уставилось на Леру:
— Новенькая… Не знаешь, что тебя ждёт. Значит, ещё можно спасти, — протянула она.
Лера послушно закивала, решая, пора ли звать Зою на выручку.
— Наш настоятель, гореть ему в аду, всех монашек тащит в свою келью. Особенно хорошеньких. И я там была дважды. Первый раз он просто бил розгами, пока я не потеряла сознание. Для воспитания, как он сказал. Чтобы мыслей не возникло дурных.
Лера завертела головой: местность вокруг начала меняться. Из тумана проступили каменные стены. Пол разгладился, и вместо горячей июньской земли Лера ощутила холод камня. По бокам узкого помещения лежало что-то напоминающее матрасы. Прямо за спиной Али — тяжёлая деревянная дверь. Лера обернулась, уже зная, что загнана в угол. За ней — сплошная стена.
Тем временем Аля продолжала:
— Второй раз он привёл меня в свою келью и велел раздеться. Сказал, что будет искать метки дьявола. Пришлось подчиниться. Знала бы, что меня ждёт, перегрызла бы ему глотку прямо там!
Он начал меня щупать, залезать в такие места, куда мужа не все пускают. До сих пор ощущаю на себе его мерзкие, холодные, мокрые руки. Мерзавец!
Потом снял рясу и взял розги. Я кричала всю ночь, но все были глухие! Все знали, что он творит, но всем было плевать! Он оставил меня только утром. Всю в крови. И ушёл править службу как ни в чём не бывало. Сказал, что вернётся, и мы продолжим. Я ответила, что лучше сдохну, чем позволю делать с собой такое!
Аля замолчала, раскачиваясь из стороны в сторону.
— А потом? Что было потом? — спросила Лера севшим голосом.
Аля неестественно изогнула шею, вытащила язык и произнесла низким рокочущим басом:
— Потом пришла смерть!
Существо прыгнуло на Леру. Девушка истошно закричала. Последнее, что почувствовала — цепкие челюсти сомкнулись на горле. Лера царапала себе шею, пытаясь снять с себя тварь. Внезапно хлёсткий удар обжёг лицо. Чувство будто стеганули веником. Веником? Откуда здесь веник?!
— Лера, открой глаза! — вдруг услышала у самого уха голос Зои.
Почти теряя сознание от удушья, с трудом разлепила глаза и уставилась в пронзительно синее небо. Горло отпустило. Она с хрипом вдохнула полную грудь воздуха.
— Лера, Лера! Скажи что-нибудь, не молчи! — трясла за плечо Зоя. Щёки её раскраснелись, и она тоже тяжело дышала.
Только Лера попыталась открыть рот, чтобы ответить, как за спиной Зои мелькнула тень и приняла очертания Али. Руки, заканчивающиеся чёрными когтями, потянулись к горлу Зои. Лера пыталась крикнуть, но оцепенела. Ужас сковал тело и не давал пошевелиться. Всё, что ей оставалось, — это смотреть, как чёрные когти впивались Зое в горло… Фонтаном брызнула кровь. Девушка схватилась за шею, пытаясь зажать рану. Губы её посинели, и она начала медленно заваливаться набок. Из последних сил Лера закричала…
В воздухе раздался свист, и она почувствовала удар веником по лицу.
«Веник? Откуда здесь веник?» — пронеслось в голове.