Страница 81 из 85
Эпилог
Евнух и девушка для утех
– Ступай! Работа не ждет! – рявкнула хозяйка, подгоняя Маомао.
Та безрадостно забралась в роскошно украшенную повозку. Хозяйка отправила ее вместе с другими первыми красавицами «дома цветов» на пир, устроенный знатью в некой усадьбе на северной окраине столицы.
Спустя время они добрались, и Маомао со вздохом покинула короб. Вслед за ней вышли три первые красавицы. Каждая была нарядно одета и превосходно накрашена. Глядя на себя, Маомао испытала редкую гадливость – ее насильно нарядили и накрасили в том же духе.
Все они прошли по длинному коридору и поднялись по винтовой лестнице, после чего очутились в просторном зале, где под потолком висели многочисленные фонари, украшенные алыми кистями. На полу, застланном алыми коврами в тон, в несколько слоев лежали шкуры зверей, и уже поверх них выставили столы, за которыми усадили гостей.
«Похоже, денежки у этих господ водятся немалые», – поглядев на это великолепие, заключила Маомао.
Перед ней в ряд устроились пятеро мужчин, и каждый оказался куда моложе, чем ожидалось. То, что они еще молоды, особенно подчеркивалось неверным светом фонарей и свечей – на гладких лицах так и плясали отсветы.
Глядя на заказчиков как на добычу, Пайрин облизала губы и тут же получила локтем в бок от Дзёки, стоявшей подле. Она, как и все в «доме цветов», прекрасно знала, сколь быстра на «расправу» барышня Пайрин. Даже хозяйка порой не могла удержать ее порывы.
«Что же раньше не расстарался? Если у него столь богатые знакомые?» – мысленно пожурила господина Лихаку Маомао.
Она слышала от хозяйки, что именно он представил Малахитовый чертог неким высшим сановникам, и теперь первых красавиц из него пригласили на пир. Поскольку все так удачно сложилось, Маомао понадеялась, что бабуля хотя бы частично спишет ей долг, ведь именно она привела господина Лихаку к ним.
Удача улыбнулась Маомао и в другом: когда она уходила из дворца, ей заплатили гораздо больше ожидаемого. На какое-то время этих денег хватит, и торговать телом пока не придется.
«Как же она надоела со своими чаяниями!» – мысленно обругала бабулю Маомао.
Вот уже несколько лет хозяйка «дома цветов» пыталась направить строптивую девицу по другой стезе и не раз велела бросить дело травницы и не глупить. Только сама Маомао ни за что бы не променяла лекарства на пение и танцы.
Все в господской усадьбе, от кувшинов с вином до ковров, слепило роскошью.
«Думаю, не заметят, если я прихвачу кое-что на память…» – забывшись, решила Маомао, но тотчас одумалась и замотала головой.
Пригласить к себе в усадьбу девушек из «дома цветов» стоило целое состояние. Мало того, высшие сановники позвали сразу трех первых красавиц Малахитового чертога: Пайрин, Мэймэй и Дзёку, а ведь за одну ночь с каждой можно спустить годовой доход серебром. Маомао же отправили в качестве помощницы. Обращению с гостями ее худо-бедно научили, однако она не умела читать стихи, играть на эрху и танцевать. От нее только и требовалось, что следить за тем, чтобы не пустели чарки с вином, да и за самими господами приглядывать.
Растянув губы в любезной улыбке, Маомао принялась за службу и стала ходить меж сановников, то и дело подливая вино в опустевшие чаши. К счастью, господа были столь увлечены стихами и танцами, что не обращали на нее ни малейшего внимания. Один даже увлек такую же помощницу на пиру, блеклую, как и Маомао, игрой в го.
«А этому что? Неужели скучно?» – удивилась она, когда заметила среди пирующих довольно странного господина.
Среди пьяного говора, гомона, выкриков и смеха он один сидел с опущенной головой, будто склонился под тяжестью собственных дум, и бремя его таково, что уже не распрямиться. Одет он был в лучшие драгоценные шелка и сидел, выставив одно колено. Пил один, подливал себе сам же. Отчего-то сей господин казался до того мрачен, что едва ли тьма не клубилась над его головой.
«Ну уж нет, подливать вино – моя работа!» – возмутилась Маомао, почуяв в нем угрозу своей службе.
Она привыкла исполнять все в точности, не жалея сил, а потому схватила пузатый кувшин с вином и нарочно подсела совсем близко к угрюмому господину. Разглядеть его черт она толком не могла, ведь длинная челка мужчины скрывала не только лоб, но и всю половину лица.
– Оставь меня в покое! – Едва она села, как господин стал гнать ее.
Маомао удивилась: голос показался знакомым. Задумавшись, кто бы это мог быть, она забылась и потянулась к мрачному гостю, дабы осторожно убрать мешающую челку со лба. Под ней оказалось прекрасное, словно лунный лик, нежное лицо. Гримаса обиды его ничуть не портила, к тому же в один миг она сменилась узнаванием и удивлением.
– Господин Дзинси?
Больше Маомао не слышала в его голосе меда, не видела нежной улыбки небесной девы на устах, вся привычная лучезарность пропала. Но и без того Маомао узнала своего знакомца. Господин Дзинси проморгался и уставился на нее так пристально, что ей стало неловко от его взгляда.
– Ты кто такая?
– Меня часто путают.
– Ты совсем другая, когда накрасишься. Тебе говорили?
– И не раз…
«Тот же разговор был у меня с господином Лихаку…» – припомнила Маомао, убирая пальцы от челки гостя.
Но господин Дзинси и не думал ее отпускать – он потянулся за ее рукой, надеясь перехватить.
– Куда убегаешь? – обиделся он, когда Маомао ловко увернулась.
– Трогать девушек для утех запрещено.
Таковы порядки, иначе придется доплачивать за услуги.
– А чего разоделась?
– Подрабатываю, – не без неловкости призналась Маомао, отводя взгляд.
– В «доме цветов»? Только не говори, что ты…
Сообразив, к чему он клонит, Маомао послала ему недовольный взгляд с прищуром. Ей было неприятно от того, что господин склонен всюду подозревать разнузданность нравов.
– Я не остаюсь с гостями наедине. Пока что.
– Пока что?..
Воцарилась неловкая тишина.
Как бы Маомао ни сопротивлялась, однажды наступит такой день, когда хозяйка приведет к ней гостя. И это случится гораздо раньше, чем Маомао успеет выплатить весь долг. До сих пор от этой участи ее спасали барышни Малахитового чертога и отец, только ничто не длится вечно. Кто знает, когда хозяйка вздумает потребовать остаток? И кто ее удержит? Маомао на ее счет ничуть не обманывалась.
– Так давай я тебя выкуплю.
– А-а? Шутите?