Тьма в его сердце

Глава 26

Рэйвен

Я смотрю на неё и не могу дышать. Она лежит на этой проклятой кровати, пристёгнутая ремнями. Думал, если приставить лучших охранников и самому пригрозить Синклеру, этот ублюдок не посмеет...

Но я ошибался… Кровь стучит в висках так сильно, что мир перед глазами плывёт алым. Вокруг меня всё в крови, на полу растеклись огромные лужи, будто я убил не трёх человек, а целую армию.

Синклер лежит на спине, раскинув руки. Его белый халат стал красным, из горла торчит его же ручка чёрная с золотым пером. Сейчас она глубоко в глотке очкастого ублюдка.

Я воткнул её со всей силы, когда ворвался сюда и увидел, как её тело выгибается на кровати. Изабелла кричала, и её лицо было искажено болью. А потом прокрутил ручку. Хорошенько так, чтоб наверняка.

Ублюдок не заслужил пощады.

Рядом с ним лежат двое охранников. Я их сам приставил. Думал, они будут следить, чтобы Синклер не наглел. Но они оказались трусами, позволили ему делать это. Они тоже мертвы. Один с разбитым черепом, кажется, я ударил его о край стола. Второй задушен голыми руками.

Ярость до сих пор бурлит во мне. Она не утихает, не остывает. Она жжёт изнутри, как огонь, который невозможно потушить.

Как посмел этот червяк? Как, чёрт возьми, он посмел тронуть её?

После того, как я предупреждал. Я ведь ему говорил, чтобы никаких экспериментов без моего ведома. А он, видимо, почувствовал безнаказанность. Решил, что раз меня нет на базе, можно делать что угодно.

Ублюдок.

Я склоняюсь над девушкой, чувствуя, как дрожат мои руки. Она слабо приоткрывает глаза. Зелёные, такие яркие даже сейчас, когда её лицо белое, как простыня. Губы обветрены и потрескались. На щеках капли крови, наверное, Синклера. Он стоял как раз рядом с ней.

Изаблелла смотрит на меня. И я вижу в её взгляде облегчение.

— Рэйвен... — шепчет едва слышно.

И этот шёпот, перекрывает стук моего сердца. Она произносит моё имя...

Я замираю от этого, совсем не зная, как реагировать дальше. Смотрю на неё, и мир вокруг перестаёт существовать.

Мои пальцы сжимаются в кулаки. Ярость всё ещё во мне, но теперь к ней примешивается что-то странное. И я слегка отшатываюсь от девушки, но буквально через пару мгновений прихожу в себя.

Отстёгиваю ремни один за другим, освобождая её руки. Сразу подхватываю на руки. Она такая лёгкая... Я чувствую каждую косточку через тонкую ткань больничной рубашки. Она дрожит всем телом.

Прижимаю её к себе крепче и несу к выходу. Комната, которую я покидаю, похожа на декорации фильма ужасов. Ноги несут меня по коридору. Я иду быстро, но стараюсь не трясти её. Её голова лежит у меня на плече, и я чувствую её слабое дыхание.

Охрана шарахается от меня по пути. Видят кровь на моём лице и на форме. Андер появляется как раз вовремя, смотрит на девушку на моих руках.

— Господин… — произносит он ошарашенно, — что случилось?

— Синклер мёртв. Пришли врача в мою комнату, — говорю быстро.

Вхожу в лифт, поднимаюсь на свой этаж, добираюсь до своей комнаты. Осторожно вношу её, кладу на кровать. Под голову подкладываю подушку. Она морщится, когда я касаюсь плеча.

Что эта тварь с ней делала, пока меня не было? Я почувствовал неладное, ещё вчера вечером. Какое-то чувство не давала мне покоя, и ужасно тянуло вернуться на базу. Но работы было столько, что я не мог отвлечься. А утром я не выдержал и решил посмотреть камеры. И когда я увидел её бледное лицо с синяками под глазами, сразу сорвался сюда.

Сажусь на край кровати, смотрю на неё, вижу, как она приоткрывает губы.

— Ты... пришёл, — шепчет.

И эти два слова разрывают мне грудь. Она ждала меня?.. В тот момент, когда Синклер пытал её, думала обо мне.

Изабелла закрывает глаза, ресницы её дрожат. Дыхание выравнивается. Кажется, она засыпает, но пульс у неё очень слабый.

Да где этот чёртов врач?!

Смотрю на неё и чувствую, как внутри всё сжимается. Тревога и волнение сковывает грудную клетку.

Чёрт возьми, я боюсь? Да, точно. Это страх, что Изабелла может не проснуться. Становится больно дышать, будто кто-то сжал мои лёгкие.

Я никогда не испытывал ничего подобного…

Стискиваю руки в кулаки, и думаю о том, что этим грёбаным экспериментам настал конец. Больше никто к ней не прикоснётся, а если кто-то посмеет, то его будет ждать та же участь, что и ублюдка Синклера.

В дверь стучат, а затем на пороге появляется женщина в белом халате. Она человек и работала с Синклером.

— Сделай всё, чтобы облегчить её состояние, — рычу я, пропуская врача к кровати.

Затем выхожу за дверь, где стоит обеспокоенный Андер. Он смотрит на меня и тихо спрашивает:

— Доложить в штаб?

— Я сам, — отвечаю и достаю телефон.

Мои руки всё ещё в крови Синклера, и она пахнет отвратительно.