Страница 83 из 115
– Я всегда считаю, что всё к лучшему, – он улыбнулся. – Ты вернулась. На тебя навалились дела. А могли бы родственники-друзья-приятели-соседи и просто любопытные заодно навалиться. Да, ты привыкла доверять только своим, но именно кто-то из своих и предал Долгана. Всё к лучшему. Понадобились бы сведения – мы бы подточили колпак Небытием, да и сняли. Но ты жуть как боишься родной стихии, и я дал тебе время справиться с колпаком самостоятельно. Ты почти справилась. Может, хватит бояться, а?
– Эта тварь сожрала всю мою семью, – хмуро ответила я, без аппетита возя вилкой по сковородке. – И постоянно пытается сожрать меня. Это не лечится. Даже не пытайтесь. Если не горит, сама пробью.
– Вообще-то, Маля... подгорает, – признал силд Кремен. – А когда мы займёмся трущобами, то полыхнёт. Не сразу, но на весь город. Сутки-двое тебе, хорошо? Или сама, или мы. С трущобами тянуть нельзя. Ешь давай. Где это видано, чтобы смотрители заставляли здорового человека есть?
Я неохотно взялась за завтрак.
– А теперь по существу и недолго, – старый смотритель обернулся на ходики. – Во-первых, знаю я немногим больше тебя. Во-вторых, после бессонной ночи мой дряхлый организм требует поспать. Кое-что я не сказал, чтобы не тревожить. Кое-что – потому что не люблю пугать непроверенными сведениями. Кое-что – потому что Шутнар.
– И я, – не без иронии добавил Бреннар.
Силд Кремен посмотрел на него с отеческой усталостью:
– Давай-ка ты, парень, соберёшься и доделаешь всё как надо. По законам, планам и без лишнего риска. Сил моих терпеть тебя больше нет. За то, на что ты вчера подбил Малю, тебе лет десять надзора положено. Прощаю, ибо исключительно полезные моменты прояснились. И сил моих больше нет. Ни у кого из нас нет, прямо говорю. Ты больше не рискуешь, особенно нашей девочкой, – а мы тебя сразу после дела отпускаем. На все четыре стороны. Уговор?
Десять лет надзора – это... очень сильно. Рискнули мы вчера с этим деревом... очень сильно. Всё-таки надо его булавками проверять. Надо. Кто-то из таких ребят, вызывающих доверие и свой в доску, и подвёл отца. Нельзя об этом забывать ни на минуту.
– Могу поклясться, – немедленно отозвался сосед.
– Да подь ты... – старый смотритель махнул рукой. – У тебя что клятвы, что обещания, что остальное... Разбаловали мы тебя. Надеялись вырастить нормального человека, а ты... Носиться с тобой больше никто не будет. Признаю невменяемым и лично казню – и всего делов. Понял?
Я внутренне вздрогнула и снова едва не выронила вилку. Бреннар спокойно кивнул.
– Закрыли вопрос, – подытожил силд Кремен. – Вернёмся к насущному. Ты, наверное, думаешь, что я заказчик, да, Маль?
– Ну... – я смутилась и поковырялась в остатках яичницы.
– Ты права, – старый смотритель склонил голову. – Но я не первый. Не я всё начал. Я лишь попытался перехватить проект. И сути не знаю – когда я прижал Долгана, он уже слегка повредился рассудком и никому не доверял. Видишь ли, Маля, Серый город начал поглощать твоего отца как чужака давным-давно. Примерно в то время, когда он решил заниматься только своими идеями. Если бы не ищейские амулеты, Сергород поглотил бы Долгана ещё до болезни твоей матери. Всё началось, когда тебе исполнилось лет десять.
И примерно в то же время у отца и появился его знаменитый сундук...
Я кивнула:
– Да, я думала об этом, когда смотрители рассказывали об отце. Но почему он не переехал, если всё понял? Мог же. И выжил бы.
– Долган был не из тех, кто бежит от проблем, – грустно усмехнулся силд Кремен. – Нет, Маля, он принял вызов. Ради себя. И ради своих друзей. Сергород – или, раз уж начистоту, с именами, – С
е
рен никому не давал вздохнуть свободно даже на старости лет. Или работаешь на благо до самой смерти, или тебе конец. И срывайся с насиженного места, бросай всё и беги. Да, все предупреждены. Но ты как ремесленник понимаешь, сколько скапливается идей, как много хочется сделать – просто для себя, чтобы освободить голову. Серен такой возможности не давал никому. Долган решил: хватит.
Бреннар присвистнул, а я вздрогнула, вспомнив ночной полусон и фигуру за окном. Серен, значит... Будем знакомы.
– Не знаю, что или кого именно он решил создать, – продолжал силд Кремен, сжимая кружку. – Или вторую душу города, которая будет заботиться о чужаках, или же городского смотрителя. Настоящего, с древней сильной кровью отцов-творцов, который сможет посадить Серена на цепь. Или – или, Маля. И первое, и второе – это мои предположения, сам Долган о проекте молчал. Но он несколько раз обмолвился, что найдёт на Серена управу, а я потом, когда Долган сбежал, обнаружил в его рабочем храмовом тайнике список документов, которые он запрашивал в архивах. Все касались древних ритуалов пробуждения крови и развития души.
– Отец мог... – сипло согласилась я.
– И явно смог, – посмурнел старый смотритель. – Смог – и спрятал. Мы нашли эту девочку, Маля. Эту младшую близняшку. Но не среди пропавших, а среди мёртвых. К сожалению, мы не всесильны, и не все младшие выживают. По документам девочка мертва, и подписал их смотритель, который тоже мёртв – естественным образом, от старости. Как Долган это провернул, мы вряд ли узнаем, но предположения есть. Клятвы обязывают нас защищать город – и твой отец мог подобрать такие слова и доказательства для смотрителя, чтобы они не шли вразрез с клятвами.
– Да, мог, – признала я. Других слов не находилось.
– Сейчас ей тринадцать лет, – старый смотритель глотнул чаю. – На материке, вдали от силы, близнецы не выживают совсем, поэтому семья девочки приехала сюда, родила, оставила младшего ребёнка нам и вернулась обратно. Случай был очень сложный – и осколок души маленький, и в родителях ни капли силы, – но девочка сумела уцепиться за жизнь. По документам её звали Искр
я
на. Но теперь, конечно, имя иное.
Я даже чуть не сказала, какое, – но не смогла. Просто не смогла, без боли и прочих предупреждений. Бреннар на всякий случай наклонился ко мне, прищурился, но сразу же откинулся на спинку стула.