Страница 73 из 115
Змей испуганно пискнул и исчез. Тайя сглотнула и сбивчиво прошептала:
– Ты что... будешь дальше?..
– Конечно, – я снова вытерла лицо, с удовольствием ощущая, как паническая дрожь сменяется приятной дрожью предвкушения. – Я использовала два разных наговора на двух разных камнях – предположительно горячем и остывшем. И получила два разных результата. Надо понять, почему у камней разная форма – из-за действия наговоров или из-за их состояния. Или из-за чего-то ещё. Но это последний на сегодня опыт.
– Но это же... старшее, – с запинкой напомнила Тайя. – Смотрительство старшее.
– Эта защита выдерживала и не такое, – я указала на колпаки и выразительно посмотрела на девочку: – А ты вообще-то хозяйка и владеешь некоторыми умениями. И наговоры не нужны, чтобы успокоить подвластную тебе стихию. Не хочешь попробовать и поучаствовать в опыте иначе – не помощником, а смотрителем? Присмотреть за Небытием, чтобы не наглело?
Тайя покраснела, поспешно схватила грифель и склонилась над справочником. Ладно, пусть хотя бы пишет. Не сбег
а
ет – и то хлеб. У Горюши не такой внятный почерк, за ним потом всё переписывать два часа.
Я соскочила со стола, сходила к шкафу за кружкой и вернулась к фонтану. Согрела воду и надолго приникла к чашке. Горло болело, руки немного дрожали – вот все неприятности. Остальное, как недавнее море, поглотили и прибили ко дну очередная победа над Небытием и усилившаяся уверенность в себе.
Всегда становлюсь сильнее, когда его побеждаю. И однажды оно даже головы не посмеет поднять без моего ведома. Помогать в ремесле – да, попытаться подчинить меня и поглотить – нет.
– Сколько наговоров потребовалось? – я согрела вторую кружку воды. – Тоже двенадцать?
– Д-да...
– Я не скрипела? – я обернулась к Тайе. – Скороговорки использовала, не скрипела наговорами?
– Местами... немного да, – неловко подтвердила она. – Я всё записала и пометила, где. Подчеркнула те слова, где скрип.
То-то горло дерёт... Значит, нужен голос – мыслями тональность не передашь. Или передашь? Нет, всё, хватит. Используем готовое. Не то застряну в мастерской на всю ночь, перебирая варианты, а потом останусь без голоса на несколько дней. Да и время нынче такое, что надо сразу восстанавливаться и высыпаться. На всякий случай.
Вернулся Горюша, сбросив на край последнего стола сумку. Он не только пришёл в себя, но и подготовился к неприятностям – сиял пуще прежнего, для храбрости явно проглотив пару-тройку монет.
– Молодец, – похвалила я, открывая сумку. – Спасибо.
Поставлю дополнительную защиту из маминых амулетов – и в бой. Осталось немного.
Змей обвился вокруг моих плеч и обдал бешеной волной тепла. И только тогда я поняла, как замёрзла и какой ледяной и влажной была моя одежда.
– Спасибо, мой хороший, – я почесала Горюшкину шейку. – А теперь согрей Тайю и ничего не бойся. Два опыта – и мы идём есть. А с остальным пусть разбираются смотрители.
Горюша улетел к девочке, а я натянула перчатки и разместила под колпаками ещё два ношта из разных партий. Каждый колпак окружила амулетами и шепнула наговор, высвобождающий силу. Амулеты тихо скрипнули, и вокруг колпаков зарябил воздух. Всё Небытие из камней амулеты впитают в себя – или почти всё. Сколько влезет. А сколько останется, растеряет прежнюю пугающую мощь.
Тайя принесла тщательно переписанные и пронумерованные наговоры, пестрящие отметками, и замерла рядом со столом.
– Я помогу, – сказала она твёрдо. – Мне с этим всю жизнь жить и работать. Я просто боюсь, что ещё не умею... Но силу не боюсь. Буду рядом. И предупрежу, когда хватит.
Я одобрительно кивнула, взяла первый наговор, пробежалась по тексту, вспоминая, и положила руку на колпак. Накатов Небытия не последовало, и в нужный момент Тайя дёрнула меня за рукав. Я открыла глаза и тихо хмыкнула. Третий результат – что-то между первым и вторым, но ближе к первому. В горстке серого праха чернел камень, имеющий явные очертания круглой раковины – той, что стала прообразом Серого города.
– Немного подшлифовать, и получится ракушка, – я взяла второй наговор. – Это символ ума и знак первого нашего отца-творца.
– Из тебя сочилось Небытие, – заметила Тайя сосредоточенно. – В первом случае – вообще нет. Во втором прям много. А сейчас чуть-чуть. В этом дело, Маля. Небытие в камне откликается на Небытие в тебе. Поэтому наговор и сработал иначе, чем в первом случае. Четвёртый будет почти такой же, как третий. Захочешь фигурку – надо выпускать всё. Из себя. Чем больше ты выпустишь, тем больше его, – девочка показала на камень, – выйдет оттуда.
Я внутренне содрогнулась, повела плечами и качнула головой. Нет, выпускать всё – это прямая дорога к посоху младшего смотрителя и последующему посвящению. Спасибо, не нуждаюсь.
Однако...
– Думаешь, если я выпущу всё, получится даже больше, чем просто фигурка? – я посмотрела на Тайю.
– Думаю, да, – девочка склонила голову набок. – Мне показалось, ты выпустила едва ли половину. В камнях почему-то совсем не ощущается силы. Но я видела, как она выходила. Как становилась... формой. Я даже думаю... что если бы было больше Небытия, и лодка была бы другой. Это не вся её форма. Не конечная. Ты же по силе как младший смотритель? А ты говорила про уровень сильного старшего. Сильный старший смотритель нужен, чтобы получилось... ну, что задумано.
– Это мы проверим завтра, – решила я, расправляя смятый лист.
Тайя не ошиблась – полноценная фигурка снова не получилась, камень лишь приобрёл очертания, смутно напоминающие пса. А Небытием снова даже не потянуло, только мамины амулеты красноречиво покрылись ледяной испариной.
– Верность, – пояснила я, откладывая лист с наговором. – Символ второго отца-творца. И твоя правда. Как считаешь, чьё Небытие первично? Моё или ноштовое?
– Ношт первый, – девочка показала на искристую чёрную фигурку. – Сначала оно идёт отсюда на твой зов мастера. А если выпускаешь своё Небытие, оно его чует и увеличивается. Может... может, даже поглощает, – добавила неуверенно.
Я шепнула запирающий наговор и начала собирать амулеты:
– Запиши всё, и свои выводы тоже. Черновики наговоров разложи по стопкам и отдельным папкам. И всё на сегодня. Я сама уберусь. Потом беги сразу в храм. Я напишу смотрителям, и вряд ли они будут ждать до утра.
– Поняла, – кивнула Тайя и застенчиво добавила: – Спасибо. Что веришь мне. Показываешь это. Позволяешь помогать. Это так интересно!
– И тебе спасибо, – отозвалась я, снимая перчатки.