Страница 47 из 115
– Повторяю в очередной раз: не трогай чужое, – напомнила я. – А тронул – верни. Если не сразу, то сам. Я же узнаю, – и протянула руку. – Ну?
Змей бросил на меня несчастный взгляд и выплюнул золотую монету. Я стряхнула её на одеяло и выжидательно подняла брови. Горюшка вздохнул и выплюнул ещё одну. Я склонила голову набок. Змей, явно борясь с собственной жадностью, выплюнул ещё одну.
– Горюша! – в моём голосе звякнул металл.
Он виновато пискнул и скинул на одеяло две серебряные монеты и одну золотую.
– Скажи спасибо, что нашему соседу плевать на этот тайник, и он не придёт за него мстить. И не будет жаловаться на нас в Управу как на воров, – я сгребла монеты. – Кстати, с тебя карта склепа. Лети на кухню, нарисуй и отметь тайник. Ещё раз обворуешь – буду запирать тебя в домике за месяц до штормов. Во избежание.
Змей с похвальным рвением метнулся на кухню. Я прикинула время: ещё почти час до работы. Всё успею – и поесть, и приготовиться.
Едва я завела на три часа ремесленные ходики, как звякнул звонок. Шторма бушевали с прежней силой – даже в окно смотреть жутко, – но Бреннар пришёл ровно в десять. Невероятная точность – да в такую погоду... Он страшный человек.
Я кое-как приоткрыла входную дверь и сняла обе защиты. Моментально замёрзла, выстудила коридор и чудом не улетела. Хорошо, сосед не медлил – тут же вышел из «моста» рядом с кухней. Хотя вообще-то в шторма все «мосты» закрываются – и городские, и храмовые, и личные смотрительские. Ибо опасны. Но у старших смотрителей масса поблажек и разрешений почти на всё. А у младших близнецов ещё и силы с избытком – больше, чем у простых чудесников. Потому что. Особенные они.
– Доброе утро, – чопорно поздоровался Бреннар. Недействительный, но (видимо, по старой смотрительской привычке) весь, кроме светлой кожи и копны чёрных кудрей, тёмно-коричневый – расстёгнутый плащ, рубаха, штаны, сапоги.
Он перехватил посох и с прежней сухой вежливостью осведомился:
– Можно начать осмотр с вашей мастерской?
– Доброго, – я кивнула. – Да.
Тайя спряталась в храме ещё до моего пробуждения, но успела и поесть, и запасы забрать. Ищите. И хоть бы нашлось полезное...
Я вернула обе защиты, захлопнула дверь и притянула в коридор побольше огоньков. Нет, больше никаких заказчиков до нормальной погоды... День-другой – и шторма схлынут. Осталось всего ничего.
Пока сосед крутился в коридорах, я вернулась в мастерскую. Добавила в очаг огоньков для тепла (не помогло), надела рабочий плащ с короткими рукавами, повязала фартук и выложила на стол всё для примерки. Бреннара мои приготовления чуть не вспугнули.
– А это зачем? – насторожился он, появившись на пороге мастерской и уставившись на поднос с завтраком.
– Затем, что вас ждёт «ловец», – я указала на стул. – Садитесь и ешьте.
– Я позавтракал, – поспешно возмутился сосед.
– Лжёте, – я достала из кармана фартука почерневшую булавку.
– А разрешение на эти амулеты у вас есть? – он иначе попытался увильнуть от неприятной темы.
И попятился бы, но позади него возник Горюша и выразительно засиял.
– У меня есть завещание мамы, – я выбросила булавку в мусорное ведро. – И законы я знаю. Все амулеты и артефакты уровня помощника Небытия можно завещать родным, а остальное сдаётся в храм. Завещание показать?
– Я в храме больше не служу, мне всё равно, – проворочал Бреннар и неохотно сел за стол. – Вы и других так же кормили?
– Конечно, – спокойно отозвалась я, придвигая к нему поднос, плотно заставленный тарелками. – «Ловцы» опасны. Я должна быть уверена, что не наврежу. Хотя бы на замерах силы и примерке амулетов всех заставляю есть, и опыта в этом у меня хватает. И непослушных детей кормить умею, и упёртых смотрителей. А после примерок – ваша ответственность. Моё дело – предупредить и попытаться приучить. Ешьте.
Он взял ложку, по-детски повозил ею в каше, вздохнул, собрался с духом и попробовал. Прожевал, сглотнул и уставился на меня с таким изумлением...
– Морок, – пояснила я, пряча улыбку. – Морок вкуса. У вас минута.
Каша, хлеб с маслом, сыр и чай исчезли моментально. И верно говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок – сосед посмотрел на меня снизу вверх почти влюблёнными глазами.
– Где вы добыли такое чудо? – и деловито: – А ещё есть?
– Увы вам, – я взяла поднос и наговором отправила его на стол для бумаг. – Этих чудес осталось всего пятнадцать штук. Десять – у меня, пять – у старших смотрителей храмов в качестве опытных образцов. Ремесленник, который создал этот морок, давно казнён, а тайна морочного вкуса утрачена. И он же, кстати, создал Горюшку.
Змей приветственно склонил узкую голову.
– Я нашла эти амулеты, – из кармана фартука появилась ложка, – в сундуках казнённого, которые распродавала его семья. С тех пор две штуки выделяю каждому заказчику из смотрителей – в начале работы и в конце. А старшие смотрители надеются отыскать ремесленника, способного воспроизвести морок. Пока безрезультатно. Но мы живём на Чудесных островах, поэтому верим, что однажды он отыщется. С мороками мало кто умеет работать – в основном это бывшие ищейцы, – но мы верим. И вы верьте. Обещаете хорошо питаться?
– Да, – немедленно согласился Бреннар и плотоядно посмотрел на ложку. – По расписанию. Честное смотрительское.
– В моменте морок действует всего минуту, – под его разочарованным взглядом я спрятала ложку в карман. – Но имеет отложенное действие – ещё несколько дней в некоторых продуктах будет слабо ощущаться прежний вкус. Обычно в самых любимых. Намёк ясен?
– Да, – повторил сосед.
– Надеюсь на вас, – подытожила я. Натянула перчатки и катнула к нему через стол небольшой, с кулак, серый стеклянный шар. – Ловите и держите.
– И всё? – Бреннар поймал шар.
Я вздохнула:
– «Ловцы» не делаются за пару минут и наговоров. Это очень долгая и сложная работа. Да, на сейчас – и всё. И ни одного наговора, никакого посоха, никаких чудес. Ждём. Вы все метки успели проверить?
– Да, – снова повторил он. – Вам интересно?
– Очень, – я один за другим выставила на стол сундучки и склянки.
Горюша почуял родную кровь и с возмущённым шипением вылетел из мастерской. Я сразу вспомнила про долг и достала из кармана фартука мешочек с деньгами и карту.
– Съеденное Горюшей, – пояснила неловко. – И карта тайника. Извините, мы вас всё-таки обокрали... немного.
Змей виновато распищался из коридора.