Противостояние

— Хорошо, граф. Попробуйте, — сказал он, наконец. — Но запомните. Если у вас ничего не выйдет, после взятия Цитадели к вашему сыну и к детям ваших соратников отнесутся так же, как ко всем предателям короны. Без исключений.

Смертельно бледный граф де Англанд поклонился и удалился. Почти сразу в шатер вошел королевский камердинер. Адриан подозвал его ближе.

— Прикажи, чтобы с вестонцев не спускали глаз. И проследи, чтобы завтра во время разговора де Валье и де Англанда рядом были наши люди.

Камердинер поклонился и выскользнул из шатра. На мгновение в проеме мелькнула вершина холма, тонущая в ранних сумерках. Ольгерд, похоже, все еще был там.

Адриан поймал себя на том, что впервые задумался, о чем именно молится король Кларона.

На вершине холма…

К вершине холма вела натоптанная за день тропа. Факелов здесь не жгли. Последний дневной свет мешался с багровым свечением, которое поднималось от самой земли.

Свечение исходило от рун. Вязь древних знаков покрывала утоптанную площадку от края до края, широкой спиралью сходясь к ее центру. Борозды были заполнены кровью, которая слабо светилась изнутри.

Между линиями вязи ползали дримлинги. Десятка полтора коротышек двигались словно сомнамбулы, с закрытыми глазами, безостановочно шепча древние наговоры. Их руки и лица были перепачканы темной кровью. Время от времени кто-нибудь из них замирал, проводил ладонью по борозде, и свечение в этом месте становилось ярче.

Магда, присмотревшись, узнала одного из первородных. Это был старейшина общины дримлингов, которая помогла в свое время Ладе свершить ее месть над убийцами мужа. Повелитель ничего не забывает…

В центре спирали стояла широкая бронзовая чаша. Издали могло показаться, что она кипит: поверхность вздрагивала и ходила тяжелыми толчками, хотя никакого огня под чашей не было.

Ольгерд стоял у края площадки, там, где вязь обрывалась. Сангвальд держал спину прямо, левой рукой поддерживая правый локоть, а пальцы правой задумчиво водили по подбородку. Его немигающий взгляд был устремлен на работу дримлингов, а лицо оставалось непроницаемым.

Первой на вершину поднялась Магда. Следом, выдержав расстояние, поднялся Драгомир. Друг на друга они демонстративно не смотрели.

Проходя мимо чаши, баронесса замедлила шаг и наклонилась. То, что издали казалось кипящей кровью, вблизи оказалось сердцами. Дюжина сердец, крупных и поменьше, лежала в чаше вплотную друг к другу, и каждое медленно, тяжело пульсировало.

В самом крупном из них Магда узнала сердце химеры, которую недавно добыла самолично на фронтире. Были здесь и сердца других теневых тварей, на которых Ольгерд заставлял ее охотиться.

Сангвальд, не оборачиваясь, спросил:

— Как все прошло?

— Так, как вы и предполагали, мой повелитель.

— Лис. — Пальцы сангвальда на мгновение замерли. — Что ты ощутила, находясь рядом с ним?

Магда ответила не сразу.

— Ауринг использовал сильную магию скрыта. Но один раз он все же потерял контроль. — Она помолчала. — Он намного сильнее, чем мы предполагали, мой повелитель. И это меня настораживает.

Последние слова она произнесла почти шепотом.

— Он не мог набрать много силы за такой срок, — качнул головой Ольгерд. — Ты сама должна помнить, какими ауринги были раньше. Тем более, этот Лис только в начале своего пути. Но признаю, он оказался способным и упорным. К тому же — златодар. Поэтому его нужно уничтожить прежде, чем он наберет силу.

Король повернул голову к Драгомиру.

— Завтра ты выйдешь с ним на бой.

Старый стригой молча наклонил голову.

— Подойди к столу, — продолжил Ольгерд. — Возьми то, что я тебе обещал.

В стороне от вязи, у королевского кресла стоял походный стол. На темной столешнице лежали крупные кровавые круды.

— Подготовься к ночному ритуалу.

Драгомир медленно подошел, собрал круды и, поклонившись, двинулся вниз по тропе.

Когда его фигура скрылась за гребнем холма, Ольгерд заговорил снова:

— Отряд, что шел через горы, уничтожен. Весть принесли серокрылы. Видимо, аурингу рассказали о тропе старейшины горных кланов, и он решил перестраховаться. Так что план меняется.

Он неспешно достал из-за пазухи несколько тяжелых медальонов с изображениями родовых знаков стригоев. Еще недавно Магда видела их на шеях лидеров кланов.

— Драгомир теперь последний из древних, — безэмоционально произнес Ольгерд.

Уголки губ Магды едва заметно дрогнули.

— А теперь уходи, — произнес Ольгерд, снова поворачиваясь к рунам. — Не отвлекай меня. Ночь будет длинной.

Магда поклонилась и пошла вниз по тропе.

Дримлинги продолжали ползать между линиями вязи, и кровь в бороздах разгоралась все ярче.