Страница 49 из 73
Рыжий послушно ушёл за щит, и очередная порция краски прошла по фанере уже над ним. Он выдохнул так громко, что все на поле услышали.
— Я живой? — спросил он сам себя.
— Пока да! — крикнул в ответ Добрыня. — Не порть нам статистику!
У пары красных вырвались нервные смешки.
Второй наёмник разозлился, поняв, что его заранее заготовленная ловушка не сработала.
— Левее, блин! — заорал он на синего возле бочки. — Я сказал, левее! Ты глухой?
Пацан полез туда, куда ему приказали, хотя позиция была откровенно дрянная. Ещё один наёмник пригнулся за укрытием на секунду дольше, чем раньше. Потом резко выпрямился, дал очередь, сменил угол и опять скрылся. Когда он поднялся в следующий раз, я видел, что его начинает догонять. В животе этого товарища прямо сейчас булькало всё сильнее и сильнее. И он прекрасно понимал, что ничем хорошим это не закончится.
— Сейчас будет лезть, — сказал я одними губами.
Наёмник занервничал — дал синим короткую команду, пригнулся, перенёс вес на левую ногу и стартовал. В этот момент его скрутило впервые по-настоящему. Ненадолго, правда, — примерно на полсекунды. Он даже удержал маркер.
Правда, это наёмнику не особо помогло. Добрыня выстрелил раньше, чем тот полностью вышел из-за укрытия. Пацан бил по месту, куда наёмник должен был прийти, подумав на полсекунды быстрее противника.
Наёмник вывалился из-за укрытия и…
БАМ!
Шарик лопнул у него на груди. Второй попал в край рукава.
— Есть! — крикнул Рыжий.
— Не было! — взорвался наёмник.
Он резко повернулся к Сергеичу.
— Рикошет! От щита сняло!
Сергеич уже шёл к нему. Кирилл мгновенно вклинился с бровки.
— Проверьте внимательно! — крикнул он. — Там мог быть рикошет! У красных уже были спорные эпизоды!
Я смотрел на Сергеича и со своей стороны ничего не говорил. Сейчас лишнее слово только дало бы Кириллу повод устроить базар. Инструктор и сам прекрасно видел пятно. Свежее, жирное, с краской, стекавшей по ткани. Понятное дело, что никакого рикошета тут не было и быть не могло — мой пацан попал чисто. Но что решит Сергеич — посмотрим.
Он наклонился, проверил попадание и выпрямился.
— Игрок поражён. Выход.
— Да ты издеваешься? — процедил наёмник.
— Выход, — повторил Сергеич жёстче.
Кирилл аж прыгнул ближе к сетке.
— Вы уверены, судья⁈
— Уверен, — отрезал инструктор. — Попадание чистое.
Наёмник повернул голову к Кириллу и буквально просверлил того взглядом. Смотрел, правда, недолго, в следующий момент его снова повело. Наёмник согнулся, выдохнул и пошёл к выходу. Руку, правда, поднял не сразу — держался за живот.
Синие проводили его взглядами, несколько растерянными. После первого выбывшего они ещё могли считать всё случайностью. Сейчас же, после второго подряд, это уже пахло закономерностью, причём запах наверняка был такой, что высокий за сеткой мог оценить.
Пашка медленно повернулся к Стасу.
— Слушай, а нас тут вообще в команду взяли или как декорации?
Стас поправил маску.
— Мы тут массовка, Паш.
Марат услышал и мрачно усмехнулся. Леон же стал ещё внимательнее к своим. Он видел то же самое, что и я: обычные синие перестали ощущать себя победителями. Они вдруг оказались игроками, которым никто заранее не объяснил настоящие правила.
Красные это тоже почувствовали.
Добрыня выше поднял маркер, Рыжий увереннее выглянул из-за укрытия, Даня сам проверил левый сектор…
— Раунд продолжается! — крикнул я. — Держать порядок!
Мне очень хотелось, чтобы пацаны поняли главное. Два чужих сбоя ещё не победа.
Третий наёмник уже двигался на фланге, пытаясь закрыть вновь образовавшуюся просадку. Четвёртый закрыл свой сектор. Безусловно, они ещё оставались опасными. Вот только мои пацаны уже перестали быть мишенями.
В целом они могли спокойно забирать раунд, но при условии, что красные снова начнут торопиться или зависнут на чужих ошибках.
Кирилл понял это тоже. Происходящее ему ни черта не нравилось. Лицо у него пошло пятнами, губы сжались в тонкую линию.
— Давите! — взвизгнул он.
Для него сейчас даже слабительное не требовалось, я был почти уверен, что живот этого урода и без того крутит от нервов.
Я же не смотрел на потуги Кирилла, потому что заметил, как у сетки появился один мой знакомый. Не скажу, что да — познакомились мы с ним минувшей ночью. СБэшник с котом, у нас не получился разговор. Он возник возле зоны персонала. Я прекрасно помнил слова Сергеича и понимал, что именно этот фрукт давил на мужика перед игрой.
СБэшник стоял у поля, большим пальцем что-то набирал в телефоне, а потом поднял глаза на Сергеича. Инструктор, понятное дело, его заметил. Сделал шаг в сторону, будто хотел занять позицию удобнее, хотя с точки зрения игры этот шаг ничего не давал.
Кирилл тоже увидел незваного гостя, и у него на лице вдруг появилась уверенность.
На поле мои красные пацаны продолжали держаться.
Да, в игре новый гость не участвовал. Но, во-первых, мог это сделать, а во-вторых, одно его присутствие конкретно так давило на судью. Давать ему возможность пользоваться преимуществом я не собирался.
Я отошёл на два шага к Элеоноре. Она стояла рядом с директором, с телефоном в руке.
— Эля, — шепнул я. — Вон того у сетки возьми в кадр. Пусть видит, что ты его снимаешь.
Физручка даже вопросов лишних не задала — подняла телефон выше, включила камеру. На экране теперь в одну линию попадали Кирилл, Сергеич и гость у зоны персонала. Отличная композиция, чёрт возьми.
— Так? — спросила Элеонора.
— Прекрасно, — подтвердил я. — Только директора краем захвати.
Директор услышал. Повернулся ко мне, а потом посмотрел туда, куда был направлен телефон Элеоноры. Его лицо едва заметно вытянулось — он тоже увидел гостя.
Тот, кстати, заметил телефон. Его большой палец замер над экраном, и он медленно убрал мобильник в карман, одновременно отойдя на пару шагов от сетки. Этот товарищ явно не хотел светить своим лицом в камеру.
Кирилл это тоже понял. Его взгляд метнулся к Элеоноре. Сергеич же вдохнул полной грудью и бросил на меня короткий взгляд.