Страница 48 из 73
Глава 16
Высокий выдохнул сквозь зубы что-то неприличное, сделал ещё два шага и снова поднял маркер. Лицо под маской было не разглядеть, зато тело выдало его с потрохами. Его повело вправо, потом чуть назад, и наёмник изобразил подобие лунной походки Майкла Джексона.
— Даня, левее! — бросил я. — На него не смотри! Рыжий, закрой фланг! Глеб, ты центр держи!
Даня дёрнулся, словно проснулся от щелчка по лбу. Рыжий первым сообразил, что надо делать. Он выскочил к ближнему укрытию, прижал маркер к плечу и дал короткую очередь по сектору, откуда высокого прикрывали двое «обычных» синих. Получилось, конечно, коряво, зато вовремя. Даня получил свои две секунды и начал смещаться.
— Работаем! — добавил я, когда увидел, как один из красных повернул голову к высокому.
Рыжий уже набрал воздуха, явно собираясь выдать остроумный комментарий в сторону начинающего «Джексона».
— Работаем, я сказал! — пресёк я.
Высокий попытался вернуть себе контроль. Он злился, ясное дело, в животе у наёмника был ураган. Но он взял себя в руки, когда живот чуть попустило, начал двигаться рывками, отрывисто командовать своим и из всех сил делал вид, что всё идёт по плану.
— Левый фланг! — зашипел он. — Чего встали, бараны⁈
Обычные синие как раз и встали. Двое у дальних щитов переглянулись, ожидая новой команды. До этого они уверенно шли за чужой спиной, как за бронетранспортёром. Теперь бронетранспортёр начал подозрительно искать глазами ближайший туалет, и военная доктрина синих дала заметную трещину.
Пашка, Марат и Стас стояли на своём краю поля и тоже всё видели. Пашка даже изумлённо приоткрыл рот, но молчал. Марат нахмурился, а Стас смотрел на высокого внимательнее всех.
Леон чуть в стороне не суетился. Он держал свой сектор, но взглядом уже проверял остальных синих и заодно Кирилла.
Кирилл наоборот засуетился, подошёл почти вплотную к ограничительной ленте и что было дури заорал:
— Продолжаем! Не останавливаемся! Синие, играем!
Про самочувствие высокого он, конечно, спросить не додумался. А на хрена ему это? Главное, чтобы статистика сошлась.
Директор недовольно поджал губы. Сергеич на поле повернул голову к бровке, но пока молчал. Ему сейчас приходилось судить под таким количеством взглядов, что я почти сочувствовал мужику.
Высокий тем временем решил, что пора заканчивать этот стыд. Он резко выскочил из-за укрытия, явно собираясь одним рывком снять Даню и вернуть себе статус главного страшного дяди на площадке. Идея была вполне понятная. В нормальном состоянии он бы, скорее всего, успел реализовать свою задумку.
Но спазм ударил его снова — прямо на выходе. Он сбился с шага, тело чуть пошло судорогой, и конкретно так подставился.
Добрыня месяц назад простил бы. Сегодня он прощать ничего не собирался — сдвинул ствол, дождался, пока высокий сам войдёт в линию поражения, и нажал на спусковой крючок.
Шлепок краски прозвучал отчётливо. Пятно легло в плечо, почти у края маски.
Высокий замер.
Я видел, как он захотел спорить. У него даже рука пошла к пятну от краски, будто его можно было стереть быстрым движением. Не успел, правда, — его снова согнуло.
— Синий, поражён! — громко сказал Сергеич. — Покинуть поле!
Кирилл резко повернулся к нему.
Сергеич выдержал взгляд.
— Выход, — повторил он.
Высокий поднял руку и пошёл к сетке, совершенно обескураженный тем, что только что произошло. Красные оживились — я успел посмотреть на каждого пацана.
— Раунд продолжается! — я поспешил снять ступор. — Даня, держи сектор! Рыжий, не засыпай! Глеб, центр держи, центр тебе говорю!
Но сама игра при этом чуть дрогнула.
У синих выбыл не просто игрок, их команда лишилась того, кто по сути цементировал весь правый край. Второй наёмник понял это мгновенно. Он был ниже высокого, чуть поплотнее, и едва высокий вышел за ленту, как этот товарищ перехватил командование на себя.
— Левый фланг держать! — рявкнул он. — Ты, назад! Под ногами не путайся!
Обычный синий пацан замешкался у фанерного щита. Второй наёмник врезался в него плечом и просто выдавил с позиции. Парень отступил, едва не споткнулся, поднял маркер и растерянно посмотрел на своих.
Я заметил, как Марат сжал челюсть. Он прекрасно видел отношение к обычным пацанам со стороны своих так называемых «сокомандников». Синих поставили на поле как мебель, и другой роли для пацанов попросту не предполагалось.
— Вот так, значит, — едва слышно пробормотал Пашка на своей линии.
Леон молчал, но начал двигаться осторожнее, держась чуть в стороне от наёмника. Похоже, участие в спектакле ему нравилось всё меньше.
Второй наёмник действовал грамотно. Этого отрицать не стоило. Этот товарищ не собирался мстить за высокого, лезть грудью на красных ему было совершенно ни к чему. Сначала закрыл дыру справа, потом плотным «огнём» отрезал Глебу выход в центр, следом заставил двух синих работать по Рыжему.
Через минуту инициатива на поле снова вернулась к синим.
Рыжий прижался к укрытию. По его щиту хлопали шарики, и каждый удар заставлял пацана вжимать шею в плечи. Даня снова оказался под давлением, только теперь его резали перекрёстно. Что хотели сделать наёмники, я понимал — справа очередь, слева крик, а впереди манящий пустой коридор, который слишком уж приглашал сделать глупость.
Глеб переступил с ноги на ногу. Я видел, как его тянет вперёд. Пацану хотелось поймать момент, выскочить и доказать, что красные уже перехватили игру.
— Глеб! — крикнул я. — Центр держи, не ведись!
Пацан услышал и мотнул головой, но приказ нарушать не стал.
Кирилл на бровке заметно оживился, и в его голос тотчас вернулась прежняя хозяйская наглость.
— Вот так! Давите парни! Красные уже посыпались!
Я посмотрел на него через сетку. Кирилл делал вид, что руководит игрой, хотя на деле просто ждал, когда чужие дяди додавят пацанов.
Добрыня сидел за укрытием чуть левее и молчал, его давили. В это время ещё один наёмник работал по одному и тому же ритму. Давал короткую очередь, смещался и давал команду своим. После снова выпускал очередь.
Рыжий, видя это, вдруг высунулся на полкорпуса из-за укрытия и крикнул:
— Даня! Слева чисто! Выходи! Сейчас!
Даня рванул почти на прямых ногах, с маркером, дуло которого ходило ходуном. Пацан сделал шаг, потом третий, и оказался за другим укрытием — ниже, удобнее, с нормальным углом на правый сектор.
— Хорошо! — бросил я. — Рыжий, смещайся!