Страница 19 из 84
Глава 2
Алебастровый путь
Прибыв на вершину каменной пирамиды, с которой спускаются лестницы к разным частям Базарата, я первым делом заметил белку-летягу, да не простую. Она парила в потоке ветра — явно искусственного, потому что белка стремительно рассекала воздух, но оставалась строго на одном месте.
Что-то выделяло белку из суетливой толпы прибывающих: то ли зелёный транспарант, привязанный к хвосту, со светящейся надписью «Бракованные артефакты Щёлкаря: лотерея года!» То ли смрадно коптящая табачная трубка у зверька в зубах, которая выглядела максимально неуместно. То ли сообщение мне в личку, которое пришло от белки, стоило мне оказаться на платформе.
«Купи билетик», — говорилось там без всяких объяснений. Но суть была ясна и без них.
Мой предусмотрительный партнёр сделал всё, чтобы мы не разминулись. Ведь он понятия не имел, когда именно я вернусь в Базарат, а до начала торгов оставалось мало времени. Так что Щёлкарь купил рекламное место на платформе на один день — и законтачил со мной сразу по прибытии, ведь у него был мой тэг и белка его сразу опознала.
Я подошёл к пропахшей табаком зверюге:
— Билетик, пожалуйста.
— Десять воронов! — хрипло сказала белка и раскрыла пасть, явно предлагая закинуть туда монеты.
Проглотив мои кровные, зверёк пискнул, глазки выпучились, а изо рта вылез почти не слюнявый билет. На нём был отпечатан явно бракованный и побитый жизнью артефакт в виде двойного шлема какого-то вождя эттинов (это раса двухголовых великанов). Такому шлему самое место в историческом музее, но насмешка судьбы забросила его в лавку Щёлкаря, и теперь он стал главным призом «ежегодной благотворительной артефакт-лотереи».
Хм, Чистота различила некро-вязь под той самой полоской, которую полагается не стирать для проверки подлинности билета. Вроде заклинание третьей или даже четвёртой ступени, но так хорошо замаскированное алхимическим покрытием, что я едва-едва заметил. Для чего в лотерейном билете некромантия и зачем мне вообще было его покупать?
Как только я принял бумажку, глаза белки зажглись, она неестественно вывернула голову, осмотрела меня и сказала уже другим, но столь же прокуренным голосом:
— Хм. А ты ещё кто?
— Яр, ты же видишь мой тэг.
— Угу, но теперь я вижу твою морду. А в прошлый раз было только одеяние с маской.
— Не обращай внимания, это маскировка.
— Лады. Я уж думал, ты не придёшь.
— Было много срочных дел, только освободился.
— Сделка через полтора часа, как раз успеем, — успокоил торговец. — Стой на платформе, я сейчас к тебе прилечу.
— Хорошо.
Пока я ждал проводника по местным финансовым джунглям, подошёл к краю платформы и наконец хорошенько полюбовался городом. Базарат расположился на высоком холме, и даже нижние ярусы были богаты, утопали в парках и садах, а верхние буквально лучились золотом куполов и обилием архитектурных украшений. Но главный образ города восседал на вершине, был сделан из чистого золота и размером в пару небоскрёбов! Это был
Владыка Обу-Хурай
, археон богатства и стяжательства. И его вес в десятки раз превышал золотой запас всех государств Земли вместе взятых.
Хохочущий бог любовно придерживал выпиравший живот, внутри которого были вплавлены громадные хрустальные часы. В них пересыпалась гора сокровищ: злата и драгоценных камней выдающейся каратности, ибо я различал их блеск даже издалека. Богатство уже почти пересыпалось сверху вниз, а как только упадёт последняя крупинка, наступит переход с дневного цикла на ночной. Именно в этот особый закатный час состоятся наши торги. А пузо Обу-Хурая начнёт вращаться и ровно за час совершит полный оборот, после чего солнце уйдёт под диск этого плоского мира, а сокровища с первым мгновением ночи опять посыпятся вниз.
Таким образом статуя буквально «пожирала время» и подчёркивала, что в Базарате всё подчиняется деньгам, даже смена дня и ночи. Бессмертное «Money makes the world go round».
В воздушном пространстве Базарата сновали летающие кораблики разных размеров и форм. Хотя именно над холмом и статуей они пролетали заметно реже, потому что там была полётная зона только для элиты, зато вокруг пирамиды плавали в количестве, украшая небо парусами различных цветов и форм.
Я невольно засмотрелся на крупный боевой фрегат под энергетическими флагами и с плазменными пушками на борту, самое настоящее космофэнтези. В данный момент пушки палили не боевыми, а фейерверками, поэтому я не заметил, как со стороны речной республики Хэзреш приблизилась лёгкая яхточка с мачтами, торчащими крест-накрест в четыре стороны.
Яхта изящно развернулась рядом со мной и выпустила деревянный мостик с перилами, но не над лестницей, а сбоку, прямо над пропастью. Щёлкарь помахал мне рукой с кормы, и я быстро взошёл на борт; не утерпел и глянул вниз — голова с непривычки закружилась. Нет, облака под ногами не плыли, но всё равно очень высоко.
Мы обменялись парой типичных базаратских приветствий:
— Монета к монете, партнёр.
— Тяжёлого тебе кошеля.
Белк явно приоделся по случаю сделки, он выглядел более представительным, чем в нашу первую встречу. Ещё бы, идём в закрытый город и внутри него в секцию, недоступную простым смертным.
— Ну что, помчали. Нам ещё карабкаться по Алебастровому пути, это шесть шагов для Владыки Обу-Хурая, а мы с нашими смертными лапами умаемся подниматься.
Алебастровый путь, так назывался проспект, восходящим от подножия холма на самый верх к Храму Богатства. Он состоял из шести кварталов-лестниц и семи площадей — на шестой из них находился дом сделок, в котором пройдут наши торги. Казалось бы, летающая яхта может донести нас до любого учреждения, но обычным судам было запрещено влетать в город. А нанять элитное нам с Щёлкарем оказалось не по статусу.
— Нельзя ли в городе снять какую-нибудь магическую платформу, рикшу или другое, ммм, вертикальное такси? — поинтересовался я. — А то будем тащиться пешком и выдохнемся перед важной встречей.
— Можно, можно. Разумеется, мы поедем на колесе. Я заплачу, это входит в услугу сопровождения сделки.
— А сколько ты потратил на рекламное место на вершине пирамиды?
— Одна звезда в сутки, в принципе, недорого. И она пару раз окупилась.
— Вот насчёт билетов не понял, ты же не мог продать много за день? Прибывшие в Базарат спешат по делам, а новички боятся обмана, да и десять воронов для них — сумма.
— Всё так, партнёр.