Лилия для Шута

— Никогда не любила маки. – Судя по всему, принцесса разглядывала картину. Она презрительно фыркнула, оставляя Джейми мерить глазами пол.

— Вам тяжело понравится. – Пробубнил он, переводя взгляд на белоснежные острые туфли на небольших каблуках.

— Что-что? Я не расслышала.

По хрусту платья и усилению голоса стало ясно, что принцесса наклонилась.

— Повтори мне это в лицо, Шут!

На Джейми не было ни капли грима, а чёрный фрак, который сейчас был на нём, ему сшили по заказу самой королевы. Если не знать его в лицо – то Шутом язык назвать не поворачивался. Однако принцесса не звала его по имени. Иногда по фамилии и то, только будучи в исключительно хорошем расположении духа – а в таком виде он её встречал всего пару раз за девятнадцать лет.

— Как же я повторю, если Вы не даёте мне подняться? – Ответил Джейми, не сдержав улыбки.

Ему нравилось доводить людей до состояния пороховой бочки. Это была его профессия. Но выводить из себя расфуфыренную принцессу было приятнее всего на свете.

Девушка долго собиралась с мыслями и только спустя минуту чётко и громко произнесла:

— Встань.

Джейми поднялся, хрустнув плечами, и проследил за янтарным взглядом принцессы, который медленно поднимался снизу вверх. Природа не обделила Шута ростом, а прекрасную принцессу он перерос ещё когда той было семь лет от роду.

— Ну и дылда, — произнесла она, делая пару шагов назад, чтобы всё-таки не задирать свою прекрасную голову.

— Возвращаясь к Вашему приказу – Джейми улыбнулся, сделал два шага вперед и наклонился к лицу принцессы. – Вам тяжело понравится.

Амалия вспыхнула и, схватив его за плечи, оттолкнула.

— Однажды я тебя казню!

— Повторяетесь, Ваше Высочество. Придумайте угрозу пооригинальнее. – Джейми вернулся к своей картине, но маки на ней словно завяли, стали безжизненными и совсем утратили реализм.

Принцесса отряхнула своё белоснежное платье, будто это она только что стояла на полу. Джейми только сейчас заметил, что на девушке платье с вышитыми серебром лилиями. Ему не было разрешено начинать разговор первым, но он не мог не спросить:

— Неужели Вы решили наконец-то выйти замуж? Король с королевой будут счастливы.

Амалия только сморщилась. Боги, на этом лице хоть иногда мелькает улыбка?!

— Тебе-то какое дело, Шут?

Джейми захотелось закатить глаза.

— Если Вы выйдете замуж, то Вас с муженьком как можно скорее отправят в загородный дворец для делания наследников. И пока наш король, да будет он править вечно, сидит на троне, Вашего духа здесь не будет, чему я буду очень рад. При всём уважении, принцесса, уж больно Ваш стан мылит мне глаза.

За такие речи Джейми должны казнить на площади у всех на виду. Однако, в виду профессии, он являлся единственным при дворе, кто мог себе позволить общаться с королевской семьёй в таком тоне. Правда, высказывания должны были быть шуткой, чтобы быть оправданы, даже самые грязные. Джейми же говорил принцессе в открытую о том, как сильно она ему не нравится.

— Ты же понимаешь, что я могу поставить тебя на колени и оставить здесь стоять до ночи, пока я не вернусь?!

Амалия сжала кулаки и раскраснелась ещё сильнее.

— Не можете, — спокойно ответил Джейми.

— Почему это?! — злилась принцесса.

— Потому что я должен быть на приёме, и если его Величество меня не обнаружит – очень разозлится. Разве забыли, как закрыли меня в уборной пару лет назад?

Принцесса сделала глубокий вдох. Теперь она напоминала дракона. Попытки Амалии досадить Джейми выглядели по-детски несерьёзно, несмотря на то, что она уже считалась взрослой. Чаще всего они оборачивались против неё самой.

— Матушка с отцом любят тебя только потому, что у них нет сына. Если бы у меня был брат – ты бы никому не был нужен. Вот увидишь, они ещё молоды, сын у них обязательно родится. И тогда ты больше никогда не вылезешь из своего костюма.

Принцесса пошла дальше, а Джейми, как дурак, ещё и поклонился ей в спину. Чёртова привычка. Амалия заслужила только плевок от него прямо на её белые туфли.

***

— А если две девушки выйдут справа, а другие две слева? А потом остальные сзади. Что думаешь?

Адель, взмахивая указательной палочкой, пыталась расставить своих юных гимнасток для выхода перед гостями. От неё пахло мылом и розами, а розововолосый парик в виде копны кудрей подпрыгивал каждый раз вместе с ней.

— Думаю, что эффекта неожиданности не будет, в том зале нет второго выхода. – Ответил Джейми, даже несмотря на стройных гимнасток или пышную Адель. Его внимание заполнило высокое окно, выходящее на лужайку, на подоконнике которого он сидел.

Он увидел, как женщина приближается к нему. Адель прижалась к его ноге своим пышным корсетом и жалобно посмотрела на него, выгнув нижнюю губу.

— Что случилось, дорогой?

— Ничего, — ответил Джейми, поворачиваясь к ней. — Придумываю новые шутки.

— Обычно ты делаешь всё на ходу, разве нет? — Адель нашла его руку и переплела их пальцы. – Джейми Флиман – придворный шут Альтарии, любимец короля с королевой с очаровательной улыбкой на лице. Кто же ранил твоё прекрасное сердце?

Адель была старше Джейми на пятнадцать лет, но после его совершеннолетия разница в возрасте между ними стала ощущаться не так сильно и одинокая женщина могла себе позволить ненавязчивый флирт. Джейми не придавал этому значения. Главное, не напиваться рядом с ней.

— Только не говори, что опять сцепился с нашей дорогой принцессой.

Джейми почувствовал себя ребёнком, которого отчитывает мать.

— О Боги ну конечно, тебе же больше не с кем ругаться, кроме как с наследницей династии.

— Если она – наследие, то я – принц Венгельбургский.

Адель прыснула, а когда закончила хихикать, провела пальцем по подбородку Джейми. Её ногти были острыми и твёрдыми.

— Принц из тебя вышел бы ничего.

Джейми улыбнулся. Он не знал, почему именно слова Амалии про его происхождение и статус задевают так сильно. Может, потому что в глубине души Джейми действительно чувствовал, что имеет право на ношение короны гораздо больше, чем она? Хотя смог ли бы он оставаться самим собой, имея такую власть — вопрос риторический. Богачи от того и были богачами, что чужие беды оборачивали себе на пользу.

***