Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 121 из 618

– Нет. Помните, я говорил, что собираюсь начать с малого? Так вот, я думаю начать со снабжения других уличных торговцев, а затем пущу прибыль от этого на аренду и заполнение витрины магазина. Вероятно, понадобится от трех недель до месяца, прежде чем я буду готов к этому переезду.

Месяц – не такой уж и плохой срок. Меня восхитили его трудолюбие и уверенность в своих силах.

– Что ж, удачи! – сказал я искренне. – Обязательно оставь мне сообщение в банке, когда обзаведешься постоянным адресом. Я буду на связи.

Он собрал свои товары и зашагал по улице, а я вернулся к Пуки.

– Хотел бы извиниться за эту путаницу, – сказал я. – Я должен был сообщить вам, что он придет.

– Я решила, что с ним все в порядке, – ответила телохранительница, все еще наблюдая за улицей. – Он не вел себя… не двигался как грабитель. Мне показалось, что сейчас самое время для небольшой демонстрации, поэтому я сделала свое дело.

– Не было необходимости устраивать для меня демонстрацию. У меня нет никаких сомнений в ваших способностях.

Пуки взглянула на меня.

– Не для вас, – поправила она. – Для них… тех, кто наблюдает здесь, на улице. Это был мой способ объявить им, что теперь вы прикрыты и им следует держаться подальше.

Такая возможность развития событий не приходила мне в голову.

– Понятно, – сказал я. – Думаю, мне следует заняться своим делом, а вы займетесь своим.

– Согласна, – кивнула она, – хотя, признаюсь, то, как вы ведете дела, меня слегка озадачивает. Извините, но я не могла не подслушать ваши разговоры.

– Что? Почему я настоял на контракте? Я потому настаивал на этом там, а не на нашей сделке, что это долгосрочная инвестиция, а не прямая покупка услуг.

– Дело не в этом.

– Что тогда? Условия контракта? Возможно, я был чуть более щедр, чем следовало, но ситуация… – Поняв, что телохранительница смотрит на меня в упор, я умолк.

– Я имела в виду, – прямо заявила она, – что, прежде чем вкладывать деньги в бизнес, мне хотелось бы знать, что это такое.

– Вы его слышали. Это оптовая/дилерская контора.

– Да, но чем именно он торгует?

Я не ответил на этот вопрос. У меня просто не было ответа. В своем стремлении оказать Дж. Р. добрую услугу я совершенно забыл спросить его, какой бизнес он начинает!

Глава 17

Биббити… Боббити…

С. Стрэндж, доктор медицинских наук

[20]

[«Bibbidi-Bobbidi-Boo» – популярная песня феи-крестной из мультфильма «Золушка» (1950); фея поет ее, превращая коня в кучера, пса в лакея и т. д. Песня многократно исполнялась (в том числе Луи Армстронгом) и стала объектом пародий. Stephen Vincent Strange, M.D., Ph.D. – вымышленный персонаж вселенной Marvel, нейрохирург и могущественный колдун. – Прим. ред.]

Ранним утром следующего дня я приступил к следующему этапу поисков Ааза. Мотылек убедил меня, что я вряд ли встречу его в финансовых кругах. Оставались маги.

Как и предупреждал Эдвик, поистине гигантское количество извергов в магическом бизнесе делало эту задачу практически невыполнимой. Однако это была моя последняя надежда, поэтому я был вынужден попробовать и надеяться, что мне повезет. Увы, к тому времени, как я посетил примерно полдюжины контор, я был почти готов признать, что меня надули.

Реальная проблема, с которой я столкнулся, заключалась в том, что перенасыщение рынка магических услуг привело к чрезвычайно острой конкуренции. Никто не хотел говорить о других магах или даже признавать их существование. В результате я получал лишь мощные рекламные презентации и лекции о «потребности непрофессионалов в магической помощи в их повседневной жизни». Стоило мне признаться, что я сам занимаюсь этим же бизнесом, как мне либо предлагали партнерство, либо обвиняли в шпионаже и вышвыривали из офиса. (Пара магов пригрозила мне неприятностями, но благодаря присутствию Пуки мне удалось уйти с достоинством.) Чего я не получил, так это никаких зацепок или информации об Аазе.

Несмотря на растущее отчаяние и неверие в успех поисков, мне было интересно рассматривать эту магическую саморекламу глазами стороннего наблюдателя. Кельвин упрекал меня за то, что я чересчур требователен к себе и преуменьшаю свои способности. В тот день, бездарно просидев несколько раундов безудержного хвастовства подряд, я узнал: чем громче кто-то трубил в свой рог, тем меньшее впечатление он производил на слушателя, в данном случае на меня. Я подумал о спокойной уверенности, которую излучают такие люди, как Мотылек и Пуки, и пришел к выводу, что в целом это гораздо более разумный способ вести себя в деловых ситуациях… или, если уж на то пошло, просто при общении с кем-то. Насколько я мог судить, целью было не убедить людей, а скорее произвести впечатление. В соответствии с этим я решил не только отказаться от титула «мистер Скив», но и от всей шумихи вокруг «Великого Скива». В любом случае я никогда в нее не верил. Я был просто «Скивом», а людей могло либо впечатлять, либо нет то, кем я был, а не то, как я себя называл.

Если для вас это полная неожиданность, то… просто поверьте мне на слово – территория Извра, которую я исследовал, была достаточно велика, и я проводил немало времени, разъезжая взад и вперед в такси Эдвика. Это давало мне время обдумывать то, что я видел и слышал. Более того, советы, данные мне Мотыльком и Кельвином, не говоря уже о вопросах, которые я задавал самому себе по поводу поисков Ааза, дали мне повод пересмотреть свои взгляды и приоритеты, так что мне было о чем поразмыслить.

Общение с почти бесконечным потоком людей, которые никогда раньше обо мне не слышали, а тем более не встречались со мной, дало мне уникальную возможность наблюдать, как люди взаимодействуют. Я все больше и больше размышлял о том, как я реагировал на них, а они – на меня.

Изверги имели репутацию существ грубых и злобных, не говоря уже об их пресловутом высокомерии. Имелось также достаточно свидетельств того, что они могли быть не просто грубыми. Тем не менее я также встречал тех, кто был отзывчивыми и мягкими, – таких как Мотылек и даже таких, как Дж. Р., рисковавших собой ради попавшего в беду незнакомца. Очевидно, стереотипное представление о людях таило в себе опасность. Тем не менее было интересно наблюдать за моделями поведения, которые появились в условиях многолюдной конкурентной среды. Еще интереснее было замечать тех, кто казался невосприимчивым к давлению окружающей среды, которое управляло всеми прочими.