Страница 76 из 152
Глава 31
Нармин
Бахтияр принимает мое условие, но развод – это сложно и не всегда быстро.
У них с Сабиной нет общих детей, но есть прожитые вместе три года.
Я осознаю, что по отношению к Сабине мы оба поступаем жестоко. Не ищу оправданий для своих поступков в ее действиях, пусть так и было бы легче, но данностью принимаю, что дальше так существовать мы не смогли бы.
Мыслей о встрече с Сабиной у меня и в помине нет, как нет ни злорадства, ни отмщения. Наши решения привели в точку абсолютного несчастья. Выходить из нее тоже больно. Я уверена, им двоим.
Все, что я могу сделать, это на это время отступить в тень из уважения к Бахтияру, дав ему столько времени, сколько потребуется.
Бахтияр не приезжает ко мне. Мы почти не переписываемся и общаемся крайне редко. Он всего несколько раз мне звонил. Мы не болтали о погоде и о том, как каждый из нас провел свой день. Слова складывались сложно и не с первого раза.
В его голосе я слышала явную сдавленность и хрипоту.
Бахтияр – не злодей. Он не из тех, кто умышленно делает близким больно и радуется тому, что на это способен. Не из тех, кто легко отмахивается.
Только и сочувствия мои звучали бы лицемерно, потому что причина чужой боли кроется во мне.
Сабина тоже не пытается со мной встретиться. Думаю, это наконец-то правильно. По правде, нам всегда не о чем было говорить. Единственное, что я делаю для нее, это молчу о злодействах, которые она совершила.
Пусть разойдутся достойно.
Мне важна безопасность моих возможных детей, их статус. А топтаться по сгоревшей от ревности женщине я не хочу.
Я часто повторяю себе, что мне важна только безопасность моих возможных детей. Но...
***
Первой после нашего с Бахтияром разговора в мой дом снова приезжает Лейла-ханым.
Ее недовольство моей новой выходкой ступает в дом вместе с изящной ногой на умеренной шпильке.
Но теперь я встречаю её, не виновато склонив голову, а с терпением смотря в лицо.
Для Лейлы-ханым, возможно, я выгляжу горделиво, но дело в том, что я очень хочу научиться делить и нести ответственность за наше решение с Бахтияром, а не взваливать всё на его плечи, прячась за маской покорной женщины.
Она подходит почти вплотную. Даже если захочет – дать себе пощечину не дам. Оскорбить тоже не позволю.
Готовлюсь ко всему, а она всего лишь обжигает взглядом и спрашивает:
– Добилась своего?
И да. И нет.
Мать Бахтияра проводит в моем доме совсем ничего. Я – хорошо воспитанная родителями азербайджанка и выгнать из дома гостя не могу, но и блеять радушно перед человеком, который приехал, чтобы снова попытаться навязать мне требования, которые не будут действовать, не стану.
Правила друг для друга мы с Бахтияром отныне устанавливаем сами. Лейлу-ханым это, кажется, злит ещё сильнее, но эта злость обнажает бессилие. Перед своенравностью младшего сына. Передо мной – женщиной, которую он опять выбирает против её воли.
После Лейлы-ханым ко мне также приезжают юристы Бахтияра, с которыми когда-то мы обсуждали наш никах-наме.
Я помню каждого.
Алекпер Гаджиев, Мусса Рустамзаде, Рафик Бабаев.
Они меня тоже. А вместе с ними приезжает и Раиль-бей.
Мне привозят новые бумаги, с которыми я должна ознакомиться. Это официальный брачный контракт, который будет подписан в день росписи.
Мужчины сидят за столом по правую и левую руку от меня, а я вдумчиво читаю страницу за страницей, как ни странно, не испытывая неловкости и не чувствуя себя глупо.
На сей раз я почему-то совсем не жду подвох. Я доверяю Бахтияру, понимаю его логику. Верю его просьбе. Всё остальное – мелочи.
Ловлю на себе заинтересованные, иногда серьезные, а иногда озорные взгляды его партнера и вроде бы друга.
Раиль меня определенно волнует. Бывает, смущает. Что думает обо мне – ужасно интересно, но и страшно спросить.
Пока доверенный юрист Бахтияра – Алекпер-бей – уже во второй раз терпеливо разжевывает мне нюансы, которые теперь-то я уточняю скорее для вида, чтобы приезд занятых мужчин был не зря, Раиль-бей успевает и в телефоне с кем-то переписаться. И на мой зарождающийся сад в окне полюбоваться. И тот же кинжал, которым мне угрожала Сабина, в руках покрутить.
Встреча с юристами длится около часа. Мне кажется, мужчины готовы разъяснять мне каждую запятую, но я устала, да и смысла в этом нет.
Я выйду замуж за Бахтияра, как только он скажет, что готов. Договор подпишу, не глядя.
Я детей с ним готова делить, что мне какое-то имущество?
Как только я закрываю документ, юристы благодарят за встречу и спешат курить к машинам, а Раиль-бей задерживается в гостиной.
Я смотрю на него – он в ответ, склонив голову и не скрывая улыбки, которая расцветает в уголках губ.
Он красивый мужчина. Почти такой же, как Бахтияр. Никак не могу отделаться от мысли, что был бы для кого-то хорошим мужем, но потом вспоминаю, что бабник… И грустно.
– Поздравляю вас, Нармин-ханым, – Раиль склоняет голову, вызывая во мне смесь из чувств – в области солнечного сплетения чуть-чуть щекочет.
Хочется улыбнуться. Прищуриться. Уколоть. С другой стороны, я просто-напросто его пока не понимаю.
– С чем, Раиль-бей?
Спрашиваю, балансируя в голосе прохладу и любопытство.
Я не знаю, на чьей он стороне в нашей истории. Что думает, что чувствует.
Может быть уговаривал Бахтияра не делать глупостей. Не связываться со мной.
Судя по тому, как явно дрожат уголки его губ и ресницы, его моя напускная прохлада забавляет. Ох уж эти Бакинские беи! Обожают смущать провинциальных девушек.
– Вы даже имя мое запомнили, Нармин-шахбану
(
прим. автора:
буквально «госпожа шаха», «императрица», ироничная отсылка к смене места Нармин в иерархии семьи Теймуровых)
?
Не выдержав, закатываю глаза, а он улыбается уже открыто. Широко. И щекотка усиливается. А ещё я убеждаюсь, что мне не кажется и от Раиля исходит настоящее тепло.
Быстро взяв себя в руки, корю:
– Вы мне весь день что-то глазами говорите, а я по глазам не читаю! – Развожу руки в сторону, теряя любой страх. Раиль тоже улыбается открыто.
Надеюсь, Бахтияр всерьез меня к нему не приревнует. Он хороший. Приятный. Но с бабником я дела не имела бы ни за что.
– С чего вдруг я стала Нармин-шахбану?
– А как ещё вас назвать? И как не поздравить с победой?
– Я ни с кем не соревновалась. Соответственно и победы нет.