Страница 109 из 152
Глава 45
Нармин
Бахтияр расправляется с моей одеждой беспощадно. Секунда – и джоггеры вместе с бельем уже болтаются на щиколотках. Он руками сталкивает майку с живота и груди, чтобы обхватить сосок губами и играть с ним языком.
Сопротивление выглядит жалко и глупо. А ещё запоздало. Он сметает все мои планы смерчем, пока оцепенение накатывает волна за волной. Вместе с ним – шок и передающееся воздушно-капельным путем возбуждение.
Бахтияр сгибает мои колени и съезжает ладонью между ног. Делает несколько скользящих движений снаружи и проникает внутрь пальцами.
Я падаю на обивку дивана затылком, пытаясь справиться хотя бы с дыханием, и застываю где-то на грани: хочу все ему разрешить и не могу!
Сейчас даже не ночь. Дом полон людей. А он…
Отрывается от одной груди, пуская по влажной ареоле легкий ветерок, и прижимается ко второй, а пальцами начинает извлекать из меня красноречивые влажные звуки.
Я пытаюсь свести колени скорее от растерянности и легкого отчаянья, чем из протеста, но он не дает, причем довольно жестко. Пальцы двигаются внутри будто тоже волнами, сознание в ответ на его напор сдается и туманится.
Я уговариваю себя, что происходящее – не смертельно. Он сейчас быстро возьмет свое и успокоится, но новая вспышка шока бьет по темечку и прошивает до промежности, когда губы Бахтияра начинают спускаться по животу, а ладони раздвигают мои бедра шире.
Этого
я не выдержу.
Я точно этого не выдержу.
Сердце лупит о ребра, как бешеное. Хотя бы оно пытается сбежать, чтобы в этом не участвовать.
Резко протрезвев, я тяну руки к его лицу. Бахтияр узорами из поцелуев покрывает мой живот и лобок. Я сжимаю его теперь уже гладко выбритые щеки и пытаюсь вернуть к себе, моля:
– Бахтияр… – Но он не слышит. Двигается ещё ниже. Стаскивает джоггеры с моих щиколоток и забрасывает ноги себе на плечи. Перед глазами издевательски пляшут красные вспышки, пока обманчиво-нежные пальцы щекоткой проезжаются по икрам вверх. Я продолжаю умолять: – Бахти… Баха… Джаным! – А он ведет носом по коже, прижимаясь губами к влажным складкам.
Я дергаюсь и пытаюсь отползти. По ощущениям, мы сейчас займемся этим не в доме, а на площади в окружении толпы людей. Я учусь быть более раскрепощенной, но это уже слишком.
Опытные руки стискивают мои бедра и дергают назад. Я прогибаюсь и глупо пытаюсь сбежать ещё раз, ловя руками воздух вместо спинки дивана.
Чего-то всё же добиваюсь, потому что перестаю чувствовать дыхание половыми губами. Поднявшись на локтях, смотрю вниз. Он – в ответ. Я умоляю:
– Джаным, ну пожалуйста… – Так нежно, как только могу. — Пойдем в спальню? Я все, что хочешь, сделаю.
Но муж мне отказывает. Снова дергает так, что ягодицы проезжаются вниз, а я падаю на лопатки. Стону и шепчу:
– Аллах, ну нет!
И даже кажется, что вот теперь-то он меня слышит. Поцелуи снова рассыпаются по животу и двигаются выше. Дыхание щекочет грудь и ключицы.
Пользуясь возможностью, я тут же обхватываю торс мужа ногами, потому что я уже даже просто отдаться ему здесь готова. Стыд познается в сравнении.
Но, вернувшись к моему лицу, он смотрит в глаза строго и губами в губы нравоучительно вкладывает:
– Аллаха зачем трогаешь? У тебя муж есть. Ты с мужем договаривайся.
Его слова разбивают любую надежду, потому что договориться с мужем мне в миллион раз сложнее.
Клюнув в губы, Бахтияр сталкивает мои щиколотки со своей поясницы.
Спустившись, замирает между моих ног и долго, упоительно, мучительно и сладко ласкает. Сначала я горю в мучительном огне. Потом – сама становлюсь огнем и растекаюсь жаром по комнате.
Возможно, мы пачкаем моим удовольствием диван. Потолок гостиной кружится.
Мышцы живота непроизвольно напрягаются и подрагивают.
На пол летит сначала книга, а за ней, с грохотом, дорогостоящий планшет.
По внутренней стороне бёдер и вдоль позвоночника пробегают волны дрожи.
Я борюсь со своими ощущениями, сколько могу, но итог предопределен и я быстро сдаюсь.
Главное не представлять нас со стороны, но это и так слишком сложное действие для меня в секунду незабываемо яркого удовольствия.
Теряя рассудок, я уже сама толкаюсь на мужские пальцы и язык, выгибаюсь и извиваюсь, сначала постанывая, а потом и вскрикивая.
Бахтияр сносит столпы, которые я сама для себя определила фундаментальными. Это скромность. Достоинство. Самообладание.
Были.
А теперь я лечу в неизвестность и ничего уже, кажется, не боюсь.
Первый оргазм разливается по моему телу крутым кипятком. Я пытаюсь дать знак, что мне нужно время, чтобы его пережить, но Бахтияр не останавливает ласки и сквозь мучительные, даже болезненные спазмы, меня почти сразу же накрывает ещё раз. Это шокирует и лишает рассудка. Я вскрикиваю, тело взрывается целой серией хаотичных фейерверков. Я не могу унять дрожь и совладать с собой, а он ложится сверху.
Смотрит в мои ошалелые глаза. Улыбается, спускаясь взглядом на занемевшие губы. Его глаза при этом наполнены такой энергией, что я ещё раз ради нее сгорела бы и обязательно сгорю. Потому что себя лишать удовольствия мой муж не планирует.
Проникает членом до упора и начинает двигаться внутри размякшего тела. Оно меня совсем не слушается, а вот его – за милую душу.
Меня не слушаются и связки, которые выдают то стоны, то вскрики.
Я хочу хотя бы это прекратить, но когда пытаюсь, Бахтияр тянется ко мне и просит:
– Кричи. Мне нравится.
Заводит руки за голову и продолжает толкаться, опустив взгляд туда, где тело бьется о тело. Берет меня так, как ему нравится. Возможно, как все это время и хотел.
Сам себе делает взрослый подарок на День рождения, а не какой-то глупый школьный учебник из старого сарая.
Я больше ни на что не способна, но Бахтияр делится со мной своим желанием и силами. Мы вновь взбираемся на вершину телесного удовольствия и срываемся с разницей в пару движений.
Он падает на локти, наваливаясь на меня частью своего веса. Я тяну ещё ближе, обнимая ногами и руками.
Тоже хочу испытать что-то новое. Например, почувствовать, как его тело расслабляется на моем. Как грудь сплющивает под его грудью. Как он дышит сначала быстро-быстро, а потом – всё медленнее. И я так же.
Когда гул крови в ушах немного стихает, я начинаю отчетливо слышать назойливо громкое жужжание газонокосилки.
И не менее громкие голоса Ульвии-ханым и Ильгар-бей:
– Вот тут косить, Ульвия?!
– Да, Ильгар!!! Ты тут коси!!! И тут коси!!! И тут!!!