Пират. Война

— Что ты сделал? — пугающе спокойным тоном переспросил мужчина.

Крюк стремительно начал терять оптимизм, остатки жизнерадостности и вообще веру в жизнь. Он вдруг очень отчётливо понял, что совершенно зря задержался в городе и решил пойти сегодня вместе с Эхсаном, чтобы подсказать, где искать их сладкую парочку.

Ой, зря.

— Помог встретиться... — тихо прошептал Крюк.

Но квартирмейстер его уже не слушал. Он понял всё сразу. Секунда и мужчина направился к видневшемуся неподалёку широкому стыку между домами, не желая унижать друга на глазах у других и позволяя сохранить остатки гордости. Разумеется, злющий квартирмейстер не забыл прихватить с собой того, кто так нагло предал доверие, провернув всё это за его спиной. Крюк на это вяло сопротивлялся, пока его тащили следом.

Эхсан хотел жёстко впечатать лицо «друга» в стену, выплёскивая кипевшую внутри злость. Даже ярко представил это на миг, а после заставил себя взять эмоции под контроль, старательно усмиряя раздражение. Но зрелище, которое он увидел, никак не желало исчезать из памяти.

— Я видел, как ты всё это время мучился, страдал... Видел, как вы ссорились, ругались, как это влияло на тебя и твою работоспособность. Не смог пройти мимо, не мог смотреть на боль, которая тебя терзала, и тогда решил сделать лучшее, что было в вашей ситуации… — всё бормотал Крюк под молчание Эхсана.

Мужчина молча удерживал его за плечо и буквально оттаскивал от группы.

— Кто-то мог рано или поздно связать всё воедино, и тогда у вас обоих были бы проблемы... Агх..!

Никто не останавливал квартирмейстера. Оказавшись за углом, Эхсан жёстко припечатал грёбаного «помощника» к стене, перехватывая за шею и с холодной злостью вглядываясь своими почти бездонными чёрными глазами в испуганное лицо Крюка. Матрос захрипел, хватаясь за руку, сдавившую его горло. Эхсан медленно приподнимал его над землёй, совершенно не чувствуя веса своего друга и вынуждая терять последние крохи кислорода.

А друга ли?

Крюк не знал и не понимал, что делать в этот момент. Мог только ждать и надеяться, что его поймут.

— Как ты вообще посмел что-либо делать за моей спиной? Решать, что для меня лучше, а что нет? — буквально прорычал Эхсан ему в лицо, чувствуя, как внутри сжимается пружина ярости. — Как ты посмел сделать всё это, называясь моим другом?..

И он наконец ударил. Но не Крюка, который явно напросился. Лишь с силой врезал по стене, чувствуя, как боль пронзает руку. Это позволило резко прочистить мысли. Хотя бы немного. Со сбитых костяшек медленно сорвалась капля крови, но Эхсан этого даже не почувствовал.

Ещё какое-то время он всматривался в испуганное лицо напротив, а затем резко отпустил побагровевшего от нехватки воздуха Крюка. Тот скользнул по стене, царапая спину о неровную кладку, и рухнул на землю, подняв облако пыли.

Едва не задохнувшись, Крюк жадно втянул в себя воздух, даже не обращая внимания на его затхлость, и закашлялся, чувствуя, как огнём горит шея. Ну и силища... Эхсан никогда ещё не был настолько зол на друга. Да и вообще сейчас он как-то сильно изменился.

Больше не глядя на упавшего, но уже поднимающегося на ноги товарища, с которым больше не желал говорить, квартирмейстер вышел из-за угла и направился обратно к замершей группе, нетерпеливо наблюдавшей за его возвращением. Те двое, которых они видели, были уже далеко, но Эхсан всё равно жадно посмотрел им вслед, провожая взглядом до тех пор, пока парочка совсем не исчезла из виду.

Только тогда закрыл глаза и начал мысленно считать, пытаясь собраться. И чем больше считал, тем больше понимал.

Он не станет принижать её выбор.

Не станет его отрицать.

Он примет его.

Какой бы выбор она ни сделала.

Но не отступится.

Если кто-то посмеет присвоить Ибрис себе, он не станет сомневаться.

Просто придёт и заберёт её.

Потому что она его.

Его женщина.

Эхсан глубоко вдохнул, беря наконец свои эмоции полностью под контроль, и открыл глаза, спокойно посмотрев на остальных. Он заметил, как сильно отреагировала команда, и понял, что его вспышка не осталась незамеченной. Крюк к этому времени уже вернулся в строй, но его Эхсан старательно игнорировал, ощущая запрятанные глубоко внутри гнев, ярость и спокойную уверенность в своём решении и выборе.

— Пойдём.

Группа двинулась дальше.

Ибрис

— Так ты говоришь, что стала капитаном и теперь у тебя есть свой весьма представительный корабль? — восхищённо присвистнул мужчина, и я чуть смущённо улыбнулась. Давно уже никто так не восхищался моими успехами.

Мы устроились у окна, где посетителей кафе приятно обдавал свежий ветерок. На столике между нами стояла небольшая вазочка со свежими цветами — этот факт я специально проверила. Вдобавок нам только что принесли десерт и напитки. Поблагодарила разносчицу и сразу накинулась на угощение, чувствуя нежный бисквитный крем. Проглотила несколько ложек и только после этого ответила:

— Да, на Свободном мы бороздим космос, часто выполняем задания...

— И имя у него хорошее. Как ты и мечтала.

— Что есть, то есть.

Ещё несколько ложек — и десерт как-то незаметно подошёл к концу.

— Моя жизнь сложилась не так удачно... — грустно пробормотал мужчина, а затем улыбнулся и уже более бодро продолжил: — Но я весьма и весьма рад, что ты смогла исполнить свою мечту, проделав огромный путь. Уверен, что весьма непростой. Ты по-прежнему постоянно тренируешься?

— Не постоянно. Иногда устраиваем спарринги с командой. Те суровые тренировки остались далеко в прошлом, когда… умер учитель.

Застарелая грусть опалило горло, заставляя сглотнуть. Уильям положил руку поверх моей в успокаивающем жесте.

— Мне было очень больно услышать об этом, когда сообщили, что Тагран погиб.

Слова старого знакомого пришлись кстати, и я улыбнулась.

— Спасибо. Я очень ценю твои слова и то, что у нас остались общие воспоминания.

— А я бы хотел дополнить их новыми. Такими, которые мы тоже не забудем и будем хранить в сердце.

Уильям говорил так воодушевлённо, что я хихикнула, поправляя чуть сползшую шаль. Мужчина мимолётно скользнул взглядом в ложбинку моей груди, явно намекая на свой интерес. Ну вот, началось. По-женски глубоко вздохнула, и взгляд мужчины тут же поплыл. Довольная своей маленькой шалостью, поправила шаль на сокровенном и вернулась к разговору.

— Новые воспоминания?.. — не совсем поняла, что хотел сказать Уильям. — Хочешь ещё куда-нибудь прогуляться? Я ведь не всё здесь посмотрела...

— Я хочу за тобой ухаживать, — перебил мужчина, перебил мужчина и посмотрел на меня чуть требовательнее, чем прежде, а после смягчил слова лёгкой улыбкой. — Но не так, как раньше. Теперь я не настолько зависим от других и могу уделять тебе достаточно времени.

Слова были неожиданными. Даже слишком. Недолго думая, чтобы не создавать недопонимания, ответила правду:

— Извини, но я не могу принять твои ухаживания и предложение встречаться.

Мужчина чуть оторопел, и я продолжила:

— У меня уже есть мужчина.

— Мужчина...

Только сейчас заметила, что наши руки всё ещё соприкасаются, и отвела свою в сторону, беря прохладный стаканчик с чуть подтаявшим мороженым. На нашу парочку никто не смотрел, и это меня вполне устраивало. По улице пробежал ребёнок, чем-то напомнивший мне Мико, и я проводила его долгим взглядом, понимая, что ошиблась. Это был не он.

— Но мне сказали... — пробормотал Уильям, чуть нахмурившись.

Повернулась к нему с лёгким удивлением.

— Сказали?

Оговорка была любопытной. Неужели он с кем-то обо мне разговаривал?

— Не бери в голову, — отмахнулся Уильям, впиваясь в меня требовательным взглядом, словно пытаясь понять, вру я или нет. Но я была предельно честна. — Значит, говоришь, что у тебя уже есть мужчина?