Страница 13 из 15
Обычно дети рай-ши сразу после рождения разлучаются с матерями и остаются в медблоке до момента формирования правильного электро-, магнитного и ментального поля. Своими волнами их для этого пропитывают члены императорской семьи. А после достижения определённого возраста или уровня развития этим же занимаются их отцы.
Так что, если бы не это правило, наверное, мой начал бы с самого рождения. Да не было такой возможности. И вероятно только поэтому я остался жив. Потому что как только оказался в резиденции с его сыновьями от других женщин (как члену императорской семьи и одному из возможных наследников ему разрешалось иметь несколько сосудов), начался мой личный ад.
По задумке его пыт… то есть манипуляции должны были усилить наши волны, сделать более грубой и крепкой кожу, ну и закалить нас, конечно, превратив в самых сильных рай-ши на планете.
Тогда, будучи ещё мальчишкой, я даже не думал, почему отец не экспериментирует на себе? Почему только на нас? Дошло до меня гораздо позже.
Когда я остался его единственным сыном.
Он «усовершенствовал» восстановительную капсулу рай-ши, что-то там изменив вместе со своими единомышленниками-инженерами. И заставлял нас часами лежать в ней, терпя боль. Я ощущал физически, как перестраиваются мои волновые потоки раз за разом. Как усиливается искусственно их заряд. Как моё неокрепшее тело едва справляется с такой нагрузкой. Иногда отключался, за что получал потом нагоняй и очередные упрёки в том, что я слабак.
Что касается моей кожи… Он разработал специальный состав, в который помимо ртути входили прочие жидкие металлы. В них же он вымачивал прежде натуральную кожу и убедился, что после десятого раза она становится практически невосприимчивой даже к сильным электрическим, а тем более механическим ударам. Тогда ему и пришло в голову заставить нас принимать такую ванную несколько раз в день ежедневно. А чтобы не пытались вывернуться или выйти, фиксировал нас ремнями.
И сейчас, во взрослом возрасте, я не понимаю, как остался тогда жив. Даже гены рай-ши не позволили бы большинству из моих собратьев справиться с подобным. Собственно, тем двоим, кого я теперь помню смутно, и не позволили…
Помимо этого, он ещё пытался с помощью знакомых медиков внести изменения в наши гены. Я так и не понял, остался ли он доволен результатом, ведь ни разу не увидел его одобрения хоть в чём-то. Но после того как моя кожа и правда стала грубее и крепче, но поменяла свой цвет, ведь все эти манипуляции напрочь изменили её внешний вид на генетическом уровне (и это только на открытых участках я был равномерно серым, а вот под одеждой – там, где раствор соприкасался дольше всего – кое-где оставались огромные бурые и тёмные пятна, я стал ещё и грушей для битья – ведь теперь был уродом.
Среди рай-ши любое отличие делало изгоем. А я теперь очень сильно отличался. И ни раз слышал, как отец говорил, что если бы у него имелся ещё один живой сын, то от меня бы он избавился как от позора.
Лишь совсем повзрослев я понял, что зря молчал. Ведь таким меня сделал он. Именно он мучил меня, заставлял испытывать невозможную боль, а потом упрекал, что я всё равно слабый и не такой, как ему бы хотелось. Однако, никогда мне не приходило в голову противоречить ему…
Словно на подкорку въелось, что я обязан ему жизнью. Что если бы не его защита, меня давно уничтожили бы свои же. Что я должен всегда поддерживать его, ведь я его сын. А все остальные нас ненавидят…
Так оно и было, да. Нас ненавидели. И я тоже ненавидел всех вокруг. Но больше всего я ненавидел землянок…
Разумеется, не так сильно, как императора, который, как я думал, занимал моё место, ведь я был немного старше него и приходился ему троюродным братом, а значит имел право на трон! (Эту мысль прочно вдалбливал мне в голову и мой отец).
И не так, как командора, который забрал моё второе после императора – место советника, оставив унизительное третье в иерархии рай-ши. Даже эта дурацкая должность адмирала, придуманная специально для меня, бесила – ведь она напоминала мне постоянно о моём поражении.
О том, когда бесхвостый уродец одолел меня при огромном скоплении рай-ши. А я, потерпев поражение, встретился с презрительным и разочарованным взглядом отца, в очередной раз ощущая себя последним слабаком и ничтожеством.
На самом деле у меня в жизни было много поражений. И много ненависти. Чаще я выплёскивал её на этих женщин, которые считали, что имеют влияние на своих рай-ши. Которые хранили их секреты. Которые оставались им верны, даже после моих запугиваний. Но ведь я знал, что в глубине души они ненавидят нас всех. Что всё их поведение – это лишь притворство. И настоящие чувства они лицемерно прячут. Конечно, у меня были и другие причины для ненависти…
Но уж точно я не испытывал угрызений, когда запугивал их, шантажировал, использовал в своих целях или просто похищал с Земли согласно Списку, чтобы лишить их прежней жизни и сделать сосудом рай-ши. Нет. Ничего такого.
Однако, прямо сейчас эта конкретная, рыжая землянка, прижимающаяся ко мне всем телом, не вызывала даже раздражение. Только огненное, неудержимое желание, которые накрывало меня волнами, лишая разума и воли. И даже рациональные мысли, что желание – это тоже зависимость и нельзя его позволить себе, не помогали.
Разумеется, о последнем я не стал ей рассказывать. Это ей знать совсем не обязательно…
Глава 11
Выговорившись, я выдохнул и замер от осознания, что именно сейчас на неё вывалил. Смотреть в её глаза почему-то было почти страшно. Не то чтобы я боялся, что она посчитает меня слабаком…
Чёрт. Я боялся этого.
Я всегда боялся, что кто-либо посчитает меня каким-то не таким, не достойным. Наверное, потому что этот страх был вшит мне на подкорку. И чтобы не позволить этому случиться, я всегда был готов действовать жёстко и решительно, не жалея и не раздумывая. Лишь бы ни в чужих, ни в собственных глазах не оказаться слабаком. Но теперь, когда она знает всё…
Наверное, если бы землянка посмеялась или высокомерно закатила глаза, я бы её убил…