Страница 80 из 118
Глава 27
Выходные были пронизаны неловкостью, несмотря на то, что Лиля сама предложила Витале остаться у нее до понедельника, а он сам согласился. Воскресное утро началось с того, что они позавтракали, немного поболтали о погоде и планах на день, навели порядок в подсобке, а потом решили пообедать в любимом заведении парня – ресторанчике азиатской кухни «Тори Рамен». Виталя частенько звал Лилю сходить туда на обед, но девушка все время отказывалась. Она пропускала обеды ради того, чтобы немного постройнеть. Как бы она ни старалась любить себя любую, Сашкины слова ее все равно задевали. Но в этот раз Лиля сдалась. И не зря. Тематический двухэтажный ресторанчик настолько ей понравился, что занял место в «Топ-3» ее любимых заведений города. И несмотря на то, что порции были огромными, Лиля съела все, и супчик тори рамен спешл, и восхитительный ким-чи боккум со свининой, и моти на десерт, потому что не желала отказываться ни от кусочка такой вкуснятины.
Поблагодарив Виталю за то, что все же уговорил ее посетить такое классное место, Лиля согласилась еще и на прогулку по Красной, чтобы «растрясти» незапланированный и очень сытный обед. Девушка в очередной раз полюбовалась памятником Екатерине и, проходя через Александровскую арку, по своей традиции, загадала желание, попросив помочь разобраться с мужчинами. Но дойдя до «Авроры» Лиля призналась Витале, что устала и попросила поехать домой.
Вернувшись обратно, Лиля и Виталя приготовили легкий ужин и устроили очередной вечерний киномарафон. Они старались вести себя как друзья, и это им удавалось, ведь легко притворять в мире, где существуют всего два человека. Но пришел понедельник, а вместе с ним реальность, в которую следовало возвращаться из лживых выходных.
После завтрака Виталя, как и обещал поехал в клинику, тем более все воскресенье чувствовал себя плохо. Он списывал сбои в сердечном ритме на переедание, а потом на слишком долгую прогулку по Красной, но прекрасно знал, что обманывает сам себя.
Несмотря на то, что явился в клинику Виталя без записи, место для него нашли, тем более он был постоянным клиентом, как и вся его семья. Подождать нужно было подождать всего полчаса, потому он устроился в удобном кресле с журналом. И увлеченно читал про новую модель Мерседеса, пока над ним не навис мужчина в белом халате.
— Виталик? Какими судьбами у нас? Ты же только в августе чекап проходил, — поразился терапевт, который много лет наблюдал всю семью парня и прекрасно знал о традиции каждый год проверять здоровье перед днем рождения, которую родители привили и сыну.
— Дмитрий Палыч, здравствуйте! — Виталя отложил в сторону журнал. — Да в субботу сердце что-то расшалилось. Врачи в скорой сказали, что гипертонический криз из-за нервов.
— Гипертонический криз? У тебя? Совсем дела плохи у бесплатной медицины. Ладно такое сказать, когда ты в юстиции работал, но сейчас. Работа спокойная, кофейня чудесная, невеста Лилечка еще краше. Какие тут нервы?
Виталя не стал уточнял, что Лилечка, которую так обожала его мама, никакая ему не невеста, просто мама торопила события. Но решил оставить эту ремарку при себе, сказав только:
— Вот и я так подумал, поэтому пришел к своим любимым врачам убедиться, что все со мной хорошо.
— Что случилось хоть?
— Да как-то сердце закололо, и я в обморок грохнулся.
— О как! Ну ладно, разберется наш Олегыч что к чему. Уверен, он витаминчики проколет и будешь в порядке. У тебя здоровье ого-го-го! Матушке твоей спасибо, что блюла и привычки полезные вам с отцом привила. Сразу видно, что профессиональная спортсменка. И с таким здоровьем, как у тебя, до сотни прожить можно, а тебе криз на тридцать пятом году приписывают. Куда катится медицина? Совсем разленись.
— Дмитрий Павлович, пациент ждет! — напомнила заждавшаяся медсестра.
— Прости, Катюша, бегу. Виталик, ты как у Олегыча закончишь, ко мне заглядывай, чаю попьем.
— А тебе бы только пациентов сманивать! — рассмеялся вышедший из кабинета Виктор Олегович. — Пойдем, Виталик.
Кивнув улыбающемуся врачу, Виталя проследовал за ним в кабинет. Но чем больше проводил обследований Олегыч, тем тускнее становилась его улыбка и тем взволнованнее становился Виталя. А спустя пару часов, во время которых парень оббежал кучу кабинетов, сделав кучу обследований, о некоторых из которых и вспоминать не хотелось, Олегыч вообще закрылся в кабинете с Палычем, оставив Виталю сидеть в приемной. Но он и без их вердикта понял, что дела не очень, и не удивился, что врачи, когда впустили его в кабинет, сидели с печальными лицами и попросили присесть его.
— Ох, Виталик. Ну и задачку ты нам задал, — начал Палыч. — Мы с Олегычем всю голову сломали, пытаясь выяснить, что с тобой.
— И что же? —не стал тянуть Виталя.
— Ну… пока говорить рано, — юлил с ответом и Олегыч. — Я парочке коллег результаты обследований отправил и их мнение хочу послушать, симптоматика может указывать и на другие болезни и часто тот диагноз, что поставил я, ставят слишком поздно или …
— Посмертно? — подсказал Виталя, догадываясь, куда клонит кардиолог, который почти час совещался с его семейным терапевтом и кучей других врачей, которым отправлял его результаты.
— Таких прогнозов я бы не спешил давать, — сказал Дмитрий Павлович. — Но тебе определенно есть на что обратить внимание.
— Виктор Олегыч, не тяни, — попросил Виталя. — Что там у меня?
— Первичная лимфома, — осторожно произнес Олегыч.
— И что это? — в медицинских терминах Вит не разбирался, но слово лимфома доверия не внушало.
— Рак сердца, — диагноз смог произнести только Палыч. — Мы пока результаты на окномаркеры не получили и можем краски сгущать, так что ты через денька три приходи. Мы как раз результаты получим и точно все скажем. А сейчас только напугаем почем зря.