Лавка "Арканум"

Глава 15

Это случилось в шестую годовщину. Он приехал в Анапу всего на день, купил ее любимые ромашки и отправился на кладбище. Он не собирался задерживаться в городе, как и не собирался приходить в их квартиру. Но нарушил правила и остался ночевать в квартире, где провел самые счастливые годы жизни. Он думал, что спустя шесть лет сможет провести в их квартире хотя бы ночь, но не смог. Без нее это были просто стены, увешанные фотографиями каких-то чужих, слишком радостных людей. Таких, какими они были до диагноза.

В шоке были все. Врачи, родители, он сам. А она сохраняла спокойствие. Все улыбалась и твердила, что раз болезнь так быстро ее настигла, то так же быстро и уйдет. Болезнь и правда ушла очень быстро, но забрала ее с собой. А у него остались пустота в сердце, да букет засохших ромашек на фортепиано, которому больше не суждено производить на свет чарующие звуки. Такие, какие рождались под ее красивыми длинными пальцами.

Он не собирался приходить в их квартиру, но не удержался. Зашел в знакомый подъезд, влетел на третий этаж, отпер своим ключом дверь, ожидая, что она встретит его с улыбкой. Но встретила его тишина и пыль, которой покрылась и его жизнь. Больше не было той, кто смахнула бы пыль и провела генеральную уборку как в квартире, так и в его душе. Остался только въедливый майор полиции, который всю жизнь отдал раскрытию преступлений и в двадцать девять лет руководил отделом. Он собирался выяснить, каким образом его абсолютно здоровая жена превратилась в скончавшуюся от рака двадцатисемилетнюю девушку всего за пять недель. Пусть остальные верили, что рак не передается и им нельзя заразить, твердили, что так бывает и онкология коварна, он был уверен в обратном. И у него были на веские на то причины, хотя остальные считали их глупостью.

Они с женой мечтали стать родителями и готовились к этому важному моменту в хорошей клинике. Семнадцатого июля они были на обследовании всего организма, где узнали, что у обоих замечательное здоровье и ничего не мешает им завести ребенка. Но в начале августа, седьмого числа, жене резко стало плохо и ее увезли на скорой.

Этот день он хорошо запомнил. Был вполне обычный вечер, и он с букетом ромашек шел домой. На пороге его, как обычно, встречала любимая жена. Она улыбалась и немного покашливала. Они сели ужинать, как обычно. Жена рассказала, как поддержала милую девушку, у которой выдался ужасный день, и покашливала сильнее, а он любовался ее красотой, поэтому слушал не слишком внимательно. Затем они мыли посуду, и она начала кашлять еще сильнее. Он побежал в аптеку за лекарствами, жена осталась дома, заваривать горячий чай. Он принес лекарства, она выпила таблетку, но кашель не отступал. Не успели они сделать и пары глотков чая, как жену накрыл приступ, закончившийся тем, что она начала отплевывать кровь.

Вот тогда он испугался и вызвал скорую, потому что был не в состоянии сесть за руль. Испугалась и она. Но виду не подала. Дождалась врачей, рассказала им, что кашель начался у нее после обеда и закончился вот чем. Врачи, в отличие от них, не испугались, а усадили обоих в машину и отвезли в приемный покой. Специалисты, делающие рентген, тоже были спокойны, но ровно до того момента, как увидели результаты. Вот тогда началось не пойми что, хотя медики старательно скрывали свое замешательство.

Сначала пришел серьезный мужчина в очках, который задавал кучу вопросов о том, как чувствовала себя его жена в последние месяцы. Он интересовался не было ли у нее недомогания, бессилия, проблем с аппетитом и сном, не было ли болей в грудной клетке или дискомфорта. Жена отвечала, что чувствовала превосходно, недавно проходила чекап организма и все было отлично, а недомогание почувствовала только после обеда, приняв его за простуду. На лице врача появилось недоумение и даже недоверие. Тогда он показал врачу результаты обследования жены, сделанные пару недель назад, результаты которых продублировали ему на электронную почту. Тогда лицо врача озадачилось еще больше. Он вышел из кабинета и начал кому-то звонить.

Сначала вызвали врача, который сделал томографию, потом пригласили того, кто взял кровь на анализы, затем позвали еще парочку, которые сделали еще парочку анализов.

После этого он убедился, что дело дрянь. Он вышел с врачом в коридор и спросил прямо:

— Что с моей женой?

— Пока мы не можем сказать точно, нужны обследования и результаты всех анализов, и после этого я смогу сделать выводы,— юлил доктор.

— Давай на чистоту. Не нужно быть следователем, как я, чтобы понять, что ты растерян не просто так. Будь любезен, просвети меня, что думаешь насчет всего этого, ведь не просто так ты собрал тут целый консилиум из тех, кому давно пора быть дома.

Упоминание должности сделало свое дело, и врач перестал уходить от ответа, поэтому признал:

— Кашель с кровью ничего хорошего не сулит, а на рентгене видна опухоль в правом легком. Завтра я хочу отправить вашу жену на биопсию, чтобы все проверить, но…

— Но ты уверен, что у нее рак и хочешь выяснить, злокачественная эта опухоль или доброкачественная, — уверенно произнес он, сам поражаюсь тем ужасным словам, которые произнес.

— Да, — печально ответил врач.

Тогда он и понял.

Понял, что именно случилось.

Не мог поверить, но биопсия и прочие анализы подтвердили первичный диагноз. У его абсолютно здоровой жены диагностировали рак легких в последней стадии. Не только местные врачи, но и московские, к которым он повез любимую женщину, потому что так и не поверил, что такое может произойти.

Не верили и остальные. Всем казалось, что это глупая шутка, злой розыгрыш или кошмарный сон, который вот-вот закончится. Но он никак не заканчивался, а жизнь превратилась в ад на земле, потому что любимой женщине было безумно больно, а он никак не мог помочь. Не мог ни облегчить боль, ни спасти. Мог только сдерживать слезы, когда она кашляла кровью и плакала по ночам в ванной, думая, что он спит и не слышит.