Лавка "Арканум"

— Нет. Его, как и меня, заперли в тела людей. Но он пошел добровольно, поэтому не мог выбраться наружу и собраться воедино, как смогла я. Я сопротивлялась, когда арканум снова разбил меня и запихнул в каждого человека, видимо, поэтому сохранила разум. А Свет его утратил очень быстро. Поначалу я чувствовала его в людях, мы же всегда были вместе – Свет и Тьма, которые есть в каждом человеке. Я чувствовала в людях его улыбку, его смех, его доброту. Но он никогда не отвечал мне, как бы сильно я его ни звала. А потом мой Свет стал звучать все тише, став просто светом. И я взбунтовалась, поняла, как сильно меня обманули. Но и это арканумы на пользу себе использовали. Тех людей, в которых я сильнее всего была, они забирали в ряды защитников людских. И если они могли меня побороть, то делали их лучшими – верумами. Но делали за мой счет, даруя им силы особые. Мой протест обернули против меня же. И вот так я тысячи лет была заточена в людях. Один раз меня выпустили брат с сестрой, но арканумы меня усмирили, а недавно вы с Максимом. И вот тут водные просчитались.

— Просчитались?

— Они позволили мне войти в Макса, идиоты. Хотели проучить его, а в итоге помогли мне. Я же пошла добровольно, он меня дружить позвал. А, значит, я могу выходить из него погулять.

— Что?!

— Да, дружочек, я нашла лазейку, иначе как бы все это провернула. Тут бы давно арканумы были, а их, как ты видишь, нет, потому что я не сбежала от носителя, а вышла на прогулку с другом своего друга.

— Почему ты раньше не выходила?

— Раньше надобности не было, но и об этой беседе ты умолчишь. Скажешь Максиму, что не вышло ничего. Он поверит. А я потом с ним познакомлюсь, сейчас не время.

— Так зачем ты появилась?

— Ну как же! Вы же старались. Воды святой вон сколько украли в церкви, свечи аж за пять миллионов купили. Целую ванну мне набрали для «плана В». Не с пеной, правда, а со святой водичкой, но все же. Не могла я не прийти. Кто-то же должен был сказать вам, что план ваш говно. Все три. И четвертый запасной.

— Почему? Мне вот этот кажется хорошим, ты же вышла.

— Кор, милый, нельзя сладкими речами обольстить меня так, чтобы я из Лили переехала в Максима. Я понимаю, ему умирать через месяц, он решил эксперименты на себя ставить, несмотря на предупреждение арканумов, но ты-то куда? И вообще зачем вам столько святой воды? Вы утопить меня в ней что ли собирались?

— Макс сказал, если ты не выйдешь под гипнозом, будем пробовать «план В». Попробуем его повторно крестить, под бабушкины молитвы, так и грехи смоем и Тьму в нем убьем. А если с ним вышло бы, то потом мы так и с Лилей бы делали.

— Кор, ты в следующий раз, когда надумаешь идеи своего друга поддерживать, температуру у него сначала померяй и убедись, что он не бредит. Это не план, а бред. Не спорю, вы молодцы, что стараетесь девочку спасти. Да и я вам благодарна, вы мне лазейку дали. Но арканумы не зря говорили, чтобы вы завязывали. У вас правда ничего не выйдет.

— А мне вот кажется иначе. Ты же вон какая… Живая и все понимающая. Я думаю, ты сможешь уйти из нее и по людям, например, раскидаться чуть в большем количестве. Их шесть миллиардов, они не заметят. А Лилю, Макса и Виталю освободишь.

— Ох, Кор… Какой же ты наивный. Не зря Света напоминаешь, а Лиля твоя на меня похожа. Не могу я уйти ни из них, ни из кого-то вообще. Свет и Тьма всегда живут в человеке, и умирают только вместе с ним.

— Но…

— Никаких «но» не существует. Прости, что в твоей любимой я очень сильна, но это не моя вина. Я сильна только в тех, в чьей жизни было много боли. Мне самой девочку жалко, я знаешь ли, ее раньше твоего знаю, больше тридцати лет в ней живу. И тебя я знаю, точнее знала. До того, как ты умер, я и в тебе жила. Я вообще живу во всех, понимаешь? Но как бесправный пассажир, привязанный к креслу. Макс предложил дружбу, и я смогла выйти из него. Но я все равно на поводке и дальше этой комнаты выйти не смогу, я проводила эксперимент прошлой ночью. А когда Максим умрет, умру в нем и я, моя частичка. Хотя я постараюсь, чтобы он прожил как можно дольше.

— Получается все зря? Я не смогу перенести тебя из Лили?

— Не сможешь. Да и убить потом Макса со мной внутри ты не сможешь, не такой ты человек. Был. И не такой ты анима кто-то там. Наврали тебе водные. Лилю и правда можешь убить только ты. Но не потому, что ты мертв и якобы мне не интересен. Это, конечно да, как и то, что у тебя счеты личные есть. Но убить человека с Тьмой внутри может только тот, кто его любит, ведь нет силы мощнее Любви. И тебе придется убить Лилю, только как ты ее спасешь. Ее тело со мной больше не справляется и скоро девочку разорвет на части, а я помешать не смогу. Я могу только на жителей города не нападать в уплату за то, что с Максом так все получилось. Но Лиле это не поможет.

— Так ты вышла сказать, что вариантов нет и я должен ее убить?

— Да. А еще сказать, что арканумы слово держат и после смерти точно воссоединят тебя с любимой.

— Ну да, с женой, я помню.

— Глупышка Кор. Они сказали «воссоединят с любимой», а не «воссоединят с женой». Чувствуешь разницу? Надеюсь, что да. Ты мне Светозара напомнил, вот я и вышла тебя поддержать, а заодно напомнить, что даже во Тьме можно отыскать Свет. Но сейчас я пойду обратно, чтобы не рисковать почем зря, а ты помни про наш уговор. Максу не слова, я потом сама с ним поговорю.

— Хорошо, — на автомате пообещал Кор, которому открылась удивительная истина.

— Удачи, Кор, — бросила на прощание Тьма.

Кор хотел поблагодарить Тьму за помощь, но она уже растворилась, подарив ему лучик света и надежду.