Страница 21 из 30
Глава 17. Прошлое Макс
Через два часа после того, как я надел кольцо на палец своей жены, я лежу на бетонной крыше склада в сорока километрах от нашего свадебного банкета и смотрю в оптику винтовки.
«Свадьба подождёт, Логинов!».
Не буду врать, я очень хотел врезать Марко после этих слов, но он был прав. Какая-то крыса слила все важные точки бизнеса, и если хоть одна живая душа подберется к хранилищу — будет ой как плохо. Накроется не только бизнес Дели, я тоже пойду ко дну.
Марко был самым молодым главой мафии, но при этом одним из самых смышленых. Он мотивировал своих людей страхом как и все, но еще чаще этот парень использовал компромат. На каждого из нас у него было пару интересных статеек, которые разошлись бы по всем специальным службах, предай ты его.
И какова ирония, что именно на одной из точек и была эта коллекция топ самых ужасных вещей, которые ты совершил, будучи участником преступного клана.
Моя задача сегодня проста — прикрывать. Сидеть на крыше и снимать любого, кто сунется в хранилище, но на душе пиздец паршиво, словно я совершу сегодня самый ужасный поступок в своей жизни.
* * *
Они появляются со всех сторон одновременно. В наушнике хрипит один из людей клана: «Девка зашла с другого входа!» Внизу уже завязывается перестрелка, но я покидаю эту крышу, перепрыгивая на здание хранилища. Если сюда заслали казачка, я встречу его с распростертыми объятиями.
Ниже, в переплетении контейнеров и погрузочных платформ, идёт тихая ночная бойня — глухие хлопки глушителей, короткие перебежки, ни одной вспышки. Наши против чужих. И где-то там — «девка», которая зашла с другого входа и, судя по всему, уже уложила двоих.
Профи. Такую бы к нам, а не против нас.
Я ложусь на край крыши, и беру эту фигуру в облегающем костюме на мушку. На ней маска, лица не разобрать. Единственное, в чем я точно могу быть уверенным — она движется вдоль стены хранилища, туда, где заперта моя коллекция грехов. Если она дойдёт до той двери — мне конец.
Она двигается рвано, непредсказуемо, всё время меняя ритм — ни одного лишнего движения, ни одной паузы, за которую можно зацепиться. Красиво работает, сука. Я невольно любуюсь, поймав себя на профессиональном уважении, которое у людей моей специальности заменяет всё остальное.
Вот. Девчонка замирает на секунду у угла, прижавшись к стене: проверяет, чисто ли впереди. И этого времени мне достаточно, чтобы нажать на курок.
В последнюю долю секунды она срывается с места. Но поздно. Слишком поздно даже для неё. Пуля находит её за мгновение до того, как она уходит в кувырок за бетонный отбойник. Я вижу, как её отбрасывает, как она хватается за левое плечо, и как чёрная ткань на ней становится ещё темнее.
Попал.
Не туда, куда целился, она успела сместиться, и я всадил ей в плечо навылет.
И всё равно, несмотря на боль, эта девчонка не кричит. Она не издает ни звука, хотя болевой шок уже должен был пройти. Только перекатывается за отбойник, зажимая рану, и я ловлю в лунном свете линию её скул, изгиб тела, напоминающий мне красоту моей оставленной жены.
Сука.
«Логинов! Отбой! Уходим все, приказ Марко!» — рвёт эту мысль голос в наушнике.
Я вытряхиваю дурь из башки, и ищу её через прицел, чтобы закончить работу. Но за отбойником уже пусто. Раненая, истекающая кровью, она смогла умыкнуть от меня. Только тёмное пятно на бетоне напоминало о том, что этот женский супер-нидзя реально существовал и был здесь пару секунд назад.
* * *
В отель я возвращаюсь под утро, придумывая тысячу и одно оправдание, куда я пропал с собственной свадьбы.
Мы забронировали люкс для новобрачных еще месяц назад. Лина тогда фыркала на лепестки роз, говорила, что это пошло и банально, но глаза у неё при этом предательски блестели.
Я снял этот номер, чтобы внести её сюда на руках. Чтобы у нас была нормальная, человеческая первая брачная ночь. А получилось полная херня. Надеюсь, она хотя бы сможет поверить в мое оправдание и простить меня.
Или нет? Я открываю номер по карточке и понимаю, что сюда не ступала нога человека, а уж тем более невесты. Лепестки всё так же лежат на нетронутой кровати. Шампанское в ведёрке, но лёд давно уже стал тёплой водой.
Я осматриваю весь номер, решив, что это неудачная шутка, но вокруг ни души. Меня окутывает паника, и с нарастающей прогрессией я начинаю переживать о потери близкого мне человека.
Блять, блять, блять!
Не могла же Лина просто уйти молча? Нет, она бы оставила кольцо и какое-нибудь послание. Но тогда где она, черт побери?!
Не знаю почему, но только сейчас мне приходит в голову наконец-то зарядить свой телефон и прошерстить все пропущенные и смс. Там-то я и нахожу слова, облегчающие мой тремор рук.
Любимый, прости меня. Форс-мажор на работе, выдернули прямо посреди праздника — готова провалиться сквозь землю. Улетаю в срочную командировку на две недели. Да, я худшая жена на планете, можешь занести меня в свой списочек. Но клянусь, когда я вернусь, всё заглажу так, что ты забудешь собственное имя… Люблю тебя. Твоя (теперь официально!) жена ?
Я читаю это и, вопреки всему, улыбаюсь.
Не поверишь. Меня тоже сорвали на работу прямо со свадьбы. Кажется, мы с тобой два сапога пара — оба ненормальные. Возвращайся целой, это приказ. И я, надеюсь, что вину ты планируешь заглаживать минетом? Хах. Люблю. Твой (тоже официально) муж )))
Я отправляю ответ, зная, что она точно не обидится на мой скользкий юмор. Но раз моей жены нет, максимум, на который я сейчас способен
—
завалиться в кровать и не вставать до обеда.
Я ложусь на покрывало с несчастными лепестками роз, и проваливаюсь в сон, так и не узнав, что моя любовь прямо сейчас борется за жизнь…