Страница 68 из 70
— Миледи, позвольте поднести вам этот скромный символ весеннего возрождения, — шепотом проговорил чиновник, едва не задев букетом проходящего мимо алтаря церковного служителя. — Я также подготовил небольшую поздравительную речь, сократив её всего до трёх плотных листов, дабы не утомлять столь высокое собрание.
— Миледи просто прекрасна, я сейчас точно расплачусь от этой красоты, — всхлипнула Элис, утирая слезы кружевным платком.
Добродушный хозяин гостиницы тоже напросился на торжество самостоятельно и теперь с важным видом кивал головой, а в глубине полутемного зала скромно устроились несколько давних академических приятелей Даниэля, с интересом разглядывавших провинциальную невесту. Пожилой священник с удивительно добрыми глазами поднял руки, призывая всех к тишине, и ласково посмотрел на стоящую перед ним пару.
— Господь соединяет человеческие сердца вовсе не случайно, — неторопливо произнес он, благословляя жениха и невесту. — Если два человека сумели рука об руку пройти сквозь столь суровые испытания и вопреки всему выбрали друг друга, то это не просто слепая случайность, а настоящий высший промысел.
Даниэль слегка повернул голову к Маше и едва заметно сжал её холодные пальцы.
— Вы кажетесь слишком задумчивой для невесты, которая вот-вот выиграет главное сражение в своей жизни, — тихонько шепнул он.
— Я просто пытаюсь мысленно сопоставить свои прежние квартальные отчеты с этим алтарем, — так же тихо ответила Маша, глядя в его серые глаза. — И до сих пор не могу поверить, что ты стоишь здесь, зная обо мне абсолютно всё.
— Мне кажется, ваши сложные отчёты наконец-то уступили место более важным жизненным планам, — тепло улыбнулся Даниэль.
Маша стояла перед деревянным алтарем в простом кремовом платье без единого лишнего украшения, с волосами, собранными в аккуратную косу с переплетенными белыми лентами. Она слушала размеренный голос старика и думала о том, как поразительно устроен мир, ведь все её прежние грандиозные карьерные устремления и логистические схемы странным образом привели её именно сюда.
Священник повернулся к Даниэлю и торжественно спросил:
— Даниэль Серый, обещаешь ли ты любить, беречь и поддерживать её во всех грядущих испытаниях, какие бы трудности ни приготовила вам судьба?
— Да, я твердо обещаю это пред лицом неба и всех присутствующих здесь людей, — ответил Даниэль, уверенно сжимая её руку и его взгляд выражал любовь.
Старик перевел взгляд на невесту:
— Мира Каменная, обещаешь ли ты любить, беречь и поддерживать его во всех грядущих испытаниях, деля с ним и радости, и невзгоды?
Маша сделала медленный глубокий вдох, чувствуя, как уходит последнее волнение, и ответила:
— Да, я обещаю всегда быть вашей надежной и верной опорой, — и этот ответ прозвучал гораздо надежнее любого коммерческого контракта, который ей когда-либо доводилось подписывать в своей прошлой жизни.Элис всхлипнула в платок, Крот захлопал так громко, что священник поморщился, а хозяин гостиницы утер слезу.
— Теперь все стало официальным, — прошептал Даниэль, когда они вышли из церкви.
— Теперь полностью и бесповоротно официальным, — согласилась Маша.
Празднование устроили в гостинице — скромное, на двадцать человек, с простой едой и вином, и Маша сидела рядом с мужем и чувствовала странное, непривычное спокойствие, как будто все, что было до этого момента — попадание в чужой мир, долги, мельницы, граф, король, — было всего лишь подготовкой, а настоящая жизнь начиналась только сейчас.
Вечером, когда гости разошлись и они остались вдвоем, Даниэль спросил, не устала ли она от всего этого.
— Устала, и очень, — честно призналась Маша. — Но это хорошая усталость, от работы, которая имеет смысл, от людей, которые начали верить в лучшее, и от того, что я больше не просто выживаю в чужом мире, а по-настоящему живу в своем.
— Тогда будем жить дальше, и обязательно вместе.
Она положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Завтра их ждала дорога обратно, новые дела и новые проблемы, но сегодня были только они вдвоем, тишина и ощущение, что все наконец-то встало на свои места — впервые за очень, очень долгое время.