Страница 66 из 70
ГЛАВА 21: «КОРОНА, СЕРДЦЕ И НОВЫЙ ПОРЯДОК»
Дорога в столицу заняла четыре дня и прошла совсем иначе, чем в первый раз: тогда они ехали как деловые партнеры, старательно избегающие неловких тем, а теперь — как два человека, которые наконец перестали притворяться.
Маша сидела в карете с артефактом на коленях и периодически поглядывала на Даниэля, который дремал напротив с видом человека, которого больше не мучают неразрешенные вопросы. Иногда она ловила на себе его взгляд — внимательный и теплый — и отворачивалась, делая вид, что изучает пейзаж за окном.
На второй день он поймал ее руку.
— Нервничаете перед аудиенцией?
— Нисколько не нервничаю, — соврала Маша.
— Вы всегда начинаете теребить застежку артефакта, когда нервничаете, я уже давно это заметил.
Маша опустила взгляд на свои пальцы — действительно, она бессознательно перебирала медную застежку книги.
— Ладно, нервничаю, и довольно сильно, ведь король может решить что угодно.
— Может, конечно, но инспектор Крот целиком на нашей стороне, а это уже немало.
— Крот роняет бумаги при каждом шаге.
— Зато обожает вас больше собственной репутации.
Маша хмыкнула и все же немного расслабилась, а Даниэль не отпустил ее руку — держал спокойно и естественно, как будто всегда так делал. Василиса, дремавшая в углу кареты на сумке с провизией, приоткрыла один глаз, посмотрела на их сплетенные пальцы и издала одобрительный писк.
— Даже крыса считает, что мы все делаем правильно, — заметил Даниэль.
— У этой крысы слишком много собственных мнений на все случаи жизни.
Василиса обиженно фыркнула и демонстративно отвернулась.
В столицу они въехали вечером и остановились в той же гостинице «Золотой кубок», где хозяин их немедленно узнал и принялся охать.
— Молодожены вернулись, я так и знал, что вы останетесь вместе, у меня на такие вещи особенное чутье!
Ночь перед аудиенцией Маша провела в бесконечном прокручивании возможных вариантов разговора с королем, а артефакт лежал на тумбочке и периодически мигал с интонацией «ложитесь уже спать наконец».
— Не могу уснуть, а вдруг он скажет нет, вдруг результаты покажутся ему недостаточными?
«Вероятность отказа — двенадцать процентов, вероятность, что вы измучаете себя бессонницей до состояния овоща — девяносто восемь».
— Спасибо за бесценную моральную поддержку.
Утром Элис ворвалась в комнату с кувшином воды и корсетом наперевес, заявив, что на все сборы ей нужно ровно три часа, потому что баронесса должна выглядеть соответственно своему титулу, и Маша после недолгого сопротивления сдалась. Через три часа она действительно выглядела прилично — темно-синее платье, простая прическа, минимум украшений, строго и по-деловому.
— Вы прекрасно выглядите, — сказал Даниэль, когда они встретились внизу.
— Вы обязаны так говорить как мой жених.
— Вовсе не обязан, но говорю, потому что это чистая правда.
В тронном зале было людно — человек тридцать просителей, чиновников и праздных придворных. Маша заметила у колонны знакомую фигуру: граф Серебряный стоял в окружении двух советников в парадном камзоле и смотрел на нее с выражением человека, вынужденного сохранять приличия при виде чего-то крайне неприятного. Она вежливо и холодно кивнула, граф ответил тем же и демонстративно отвернулся.
— Он здесь и наверняка попытается помешать, — тихо сказала Маша Даниэлю.
— Пусть попытается, но Крот уже подал свой отчет, а он сейчас любимец короля после истории с налоговой реформой.
— Откуда вы это знаете?
— Вчера спросил у знакомого из канцелярии, полезная привычка — собирать информацию заранее.
Наконец их вызвали, и они прошли к трону. Король Альфред выглядел уставшим, но при виде Маши чуть оживился.
— А, баронесса-реформатор, рад снова вас видеть, я читал отчет комиссии — инспектор Крот писал так восторженно, что я сначала заподозрил его в помешательстве, но потом прочитал отчет госпожи Ренар, которая, как известно, восторгаться не умеет от слова совсем, и обнаружил там тоже положительную оценку. Пять с половиной раз увеличение дохода за месяц — это впечатляет.
— Благодарю ваше величество, и все это мы делали вместе с господином Серым, я не справилась бы одна.
— Скромность украшает, но не всегда полезна, — заметил король. — Однако у меня вопрос другого рода: граф Серебряный утверждает, что ваша помолвка — чистый обман, что вы скажете на это?
Маша сделала глубокий вдох.
— Ваше величество, когда мы объявляли о помолвке, это действительно было средством защиты от нежелательного брака, но за месяц совместной работы в «Черном Логе» очень многое изменилось, и то, что начиналось как деловое соглашение, превратилось в нечто совершенно другое. Я люблю этого человека, и он любит меня, и это уже не имеет никакого отношения ни к указам, ни к графам, ни к политическим выгодам.
— Господин Серый, вы согласны с этими словами? — обратился король к Даниэлю.
— Полностью согласен, ваше величество.
— И вы готовы жениться на баронессе, зная, что она сильнее вас в управлении и, вероятно, будет командовать вами до конца ваших дней?
— Готов, ваше величество, и считаю это не недостатком, а преимуществом.
Кто-то в зале тихо хихикнул, а король усмехнулся и назвал это мудрым ответом, после чего откинулся на спинку трона.
— Что ж, вы доказали, что умеете управлять поместьями, работать с людьми и даже превращать фиктивные помолвки в настоящие, и это редкое сочетание качеств. Поэтому мое решение таково: господину Даниэлю Серому присваивается титул барона «Черного Лога» с правом наследования, ваш брак признается законным, поместье переходит в ваше совместное управление, и кроме того, в качестве признания за выдающиеся результаты вам обоим назначается королевская субсидия в размере пятисот крон на развитие инфраструктуры.
— Ваше величество, это невероятно щедро...
— Это инвестиция, — перебил король. — Вы показали, что умеете превращать развалины в доходные поместья, и я хочу, чтобы вы делали это и дальше, с другими проблемными землями королевства, разумеется, добровольно и за разумное вознаграждение.
Они поклонились и вышли из тронного зала, и за дверью Маша прислонилась к стене и медленно выдохнула.
— У нас получилось, мы действительно это сделали, — прошептала она.
— Получилось, и ты теперь замужем за бароном, — согласился Даниэль.
— За бароном «Черного Лога», где крыша течет и крысы размером с кота.