Страница 57 из 70
— Мельники враждуют между собой уже третий год и принципиально не разговаривают друг с другом, из-за чего обе мельницы стоят без дела.
— И из-за чего они умудрились поссориться настолько серьезно?
— Один в сердцах сказал, что у другого мельница поставлена криво, тот смертельно обиделся, и с тех пор они не обменялись ни единым словом, а все зерно деревня вынуждена возить на помол в соседнее поместье, переплачивая вдвое.
На втором этаже усадьбы Маша решительно толкнула дверь господской спальни и обнаружила на изгрызенном до состояния археологической находки матрасе крысу — очень большую, откормленную крысу с лоснящейся шерстью, которая при виде людей не испугалась и не подумала убегать, а лишь подняла голову и посмотрела на Машу с выражением полноправной хозяйки, которой порядком надоели незваные гости.
— Знаете, она выглядит вполне разумной и даже в каком-то смысле интеллигентной, может, попробуем наладить дипломатические отношения? — сказала Маша и медленно, без резких движений, достала из дорожной сумки кусок хлеба и аккуратно положила его на пол посередине комнаты.
Василиса с достоинством истинной аристократки спустилась со своего матраса, не торопясь обошла подношение кругом, придирчиво обнюхала его со всех сторон, одобрительно шевельнула усами, после чего ловко подхватила кусок в зубы и удалилась в свой угол завтракать, всем своим видом показывая, что дань принята и новая власть может считать себя условно признанной.
— Вот и договорились к обоюдному удовольствию сторон, — удовлетворенно констатировала Маша, чувствуя, что этот успех, пусть и крошечный, слегка поднимает ей настроение. — А теперь давайте осмотрим все остальное хозяйство, чтобы я понимала полную картину бедствия.
Осмотр занял весь остаток дня и результаты оказались настолько удручающими, что список проблем в артефакте рос с пугающей скоростью: поля заросли сорняком так, что не видно было даже межей, амбары стояли пустые и гулкие, мастерские сгорели дотла в прошлом году — все, кроме кузницы, которая уцелела, но толку от нее не было, поскольку кузнец ушел в наемники два года назад и возвращаться не собирался, таверна работала от случая к случаю, когда хозяин бывал достаточно трезв, а единственную дорогу в соседнее поместье размыло после последних дождей до полной непроезжаемости.
— А хорошие новости в этом поместье вообще бывают? — спросила Маша, не поднимая головы от списка проблем в артефакте, который занимал уже вторую страницу и продолжал расти.
— Дети все здоровые и коровы пока не болеют, — сказал Семен после продолжительного раздумья. — Коров, правда, осталось всего три штуки на всю деревню, но те, что уцелели — вполне здоровенькие и даже молоко дают.
— А еще курицы несутся, не все поголовно, но некоторые вполне исправно, и колодец работает без перебоев, и Агафья-повитуха на своем посту — она у нас детей принимает, болезни лечит и вообще незаменимый человек, — добавил кто-то из местных, явно стараясь хоть чем-то порадовать новое начальство.
Маша решила начать с самой понятной и быстро решаемой проблемы — примирения враждующих мельников — и провела следующий час, курсируя между двумя мельницами, стоявшими в ста метрах друг от друга. Федот, хозяин мельницы без крыши, жаловался, что Прохор из чистой вредности и личной неприязни не дает ему запасные лопасти для колеса, а Прохор, хозяин исправной мельницы с целой крышей, наотрез отказывался иметь какие-либо дела с человеком, который «поставил свою мельницу кое-как, без уровня и отвеса, и она у него с каждым годом на градус кривее становится, скоро и вовсе набок завалится». Маша внимательно оглядела мельницу Федота и вынуждена была честно признать, что та действительно накренилась — не катастрофически, но достаточно заметно, чтобы дать Прохору формальный повод для придирок.
— А что если вам попробовать работать в паре, вместо того чтобы поодиночке сидеть без дела и без дохода? — предложила она, обращаясь поочередно к обоим. — Прохор берет на себя основной помол на своей исправной мельнице, Федот работает на подхвате как дополнительная мощность, доход делите ровно пополам, а мы со своей стороны обязуемся найти способ выправить вашу покосившуюся красавицу.
— А он-то на это вообще согласен? — с недоверием спросил Федот, кивая в сторону мельницы соперника.
— А вы согласны на такие условия? — крикнула Маша через разделявшие их сто метров взаимной неприязни.
— Если половина дохода моя — тогда согласен, но только колесо свое пусть сам чинит, мне его кривизну выправлять недосуг! — отозвался Прохор.
— По рукам, только тогда и запасные лопасти пусть тоже будут пополам, нечего жадничать! — крикнул в ответ Федот.
Маша с немалым облегчением записала в артефакт: «Мельницы — конфликт разрешен через экономический компромисс, проверить выполнение договоренностей через неделю».
К вечеру в наскоро расчищенном и подметенном зале усадьбы собралось человек двадцать — все трезвые и способные соображать жители «Черного Лога», которых удалось отыскать. Маша встала перед этой импровизированной аудиторией и развернула артефакт, спроецировав на побеленную стену подробную схему поместья с пронумерованными проблемами и предложенными решениями напротив каждой из них.
— Нас прислал сюда лично его величество король, чтобы мы навели в этом поместье порядок, и на всю работу у нас есть ровно один месяц, ни днем больше, — начала она, обводя взглядом настороженные лица. — Первая неделя целиком посвящена мельницам: Федот и Прохор начинают работать вместе, и наша общая цель — наладить регулярный помол зерна для трех окрестных деревень, которые сейчас возят свое зерно к черту на кулички. Вторая неделя — поля: засеваем все участки, которые можно быстро подготовить, овсом и рожью, причем не ради урожая этого года, это уже нереально, а чтобы продемонстрировать королевской комиссии нашу активность и серьезность намерений. Третья неделя — ремонт всего, что можно починить, и уборка всего, что починить невозможно. Четвертая неделя — подготовка и демонстрация результатов перед комиссией.
— А семена где брать, а деньги на ремонт откуда, а если вообще ничего не получится? — посыпались вопросы со всех сторон, причем спрашивали все разом, перебивая друг друга.