Страница 47 из 70
К полудню пришел ответ от Волкова: «Буду через два часа, привезу Серого Оставшееся до их приезда время Маша провела за столом, раз за разом перечитывая указ и пытаясь отыскать хоть какую-нибудь лазейку, но юридический текст был составлен настолько железобетонно, что даже самый изворотливый крючкотвор не нашел бы к чему прицепиться: никаких «если», никаких «при условии», никаких оговорок, только чеканные «должна» и «не позднее».
— Артефакт, нет ли в королевском праве прецедентов отмены подобных указов? — спросила она, не особенно надеясь на ответ.
«Проверяю доступные источники... Прецеденты отмены брачных указов не обнаружены».
— Этого я и боялась.
Ровно в два часа пополудни во двор въехала знакомая черная карета Волкова — без гербов, без позолоты, без единого лишнего украшения, как и все, что принадлежало этому человеку.
— Миледи, барон Волков и господин Серый у ворот! — доложил Мартин, хотя Маша и без него прекрасно видела карету из окна кабинета.
Она сбежала по лестнице и встретила гостей у крыльца. Волков вышел из кареты первым — суровый, настороженный, с тем особым выражением лица, которое появляется у людей, заранее готовых к скверным новостям и заранее решивших, что отступать они не намерены. Даниэль вышел следом, с привычно непроницаемым лицом, но Маша, научившаяся за последние месяцы читать его мимику лучше собственного артефакта, сразу уловила в серых глазах тщательно скрываемое беспокойство.
Она молча протянула Волкову свиток с указом. Барон прочитал его медленно, от первой строки до последней, потом так же молча передал Даниэлю.
— Ну-ка, посмотрим, что тут наш граф накрутил, — пробормотал тот, разворачивая пергамент, и по мере чтения лицо его заметно потемнело.— Серебряный в конце концов добился того, чего хотел с самого начала, — сказал управляющий ровным голосом, в котором, однако, слышалось нечто похожее на сдерживаемую злость.
— И весь вопрос теперь в том, что мы втроем можем с этим сделать, — Маша жестом пригласила обоих следовать за ней и провела их в малую гостиную, плотно прикрыв за собой дверь, чтобы Элис на этот раз не смогла проходить мимо с привычной регулярностью.
— Если говорить формально, то сделать мы не можем ровным счетом ничего, — сказал Волков после тяжелой паузы, опустившись в кресло и потирая переносицу. — Королевский указ по закону не оспаривается и не отменяется, его можно только выполнить, и это прекрасно знает каждый дворянин в королевстве.
— Или же найти способ его обойти, — негромко добавил Даниэль и надолго замолчал, глядя в окно на заснеженный двор, словно тщательно обдумывая и взвешивая каждое слово, прежде чем произнести его вслух. — У этого указа есть одна любопытная особенность, которая, возможно, дает нам шанс: он предписывает вам брак с графом Серебряным, но нигде в тексте не оговаривается ситуация, при которой у вас уже имеется жених.
— Что вы имеете в виду, объясните подробнее? — Маша подалась вперед, чувствуя, как в груди затеплилась крохотная искра надежды.
— Я имею в виду, что по законам королевства нельзя выйти замуж за одного человека, будучи официально помолвленной со мной, и это создает самый настоящий юридический конфликт между двумя равноценными обязательствами, а подобный конфликт вполне можно использовать как основание для обращения к королю с просьбой пересмотреть свое решение.
— Серый, ты понимаешь, на что подписываешься? — Волков поскреб бороду. — Если план провалится, граф может потребовать твоей головы за оскорбление благородного семейства.
— Прекрасно понимаю.
— И все равно предлагаешь?
— Все равно предлагаю.
Маша закрыла глаза на секунду, и в голове мелькнуло: «Маша Орлова никогда не соглашалась на фиктивные браки, но Маша Орлова никогда и не получала королевских указов о принудительной женитьбе».
— Хорошо, я соглашаюсь на ваше предложение, но при соблюдении трех обязательных условий, — сказала она, глядя ему прямо в глаза. — Первое: это действительно фиктивная помолвка, без каких-либо личных обязательств с обеих сторон. Второе: если план провалится, я категорически не хочу, чтобы вы пострадали из-за меня, и мы заранее продумаем, как вас защитить в этом случае. И третье: когда вся эта история закончится, мы остаемся деловыми партнерами и ничем более, как и прежде.
— Согласен на всех трех условиях без оговорок, — кивнул Даниэль.
— Тогда считайте, что вопрос решен, господин управляющий, и примите мои поздравления — с этой минуты вы официально помолвлены, — Маша протянула ему руку, и он пожал ее крепко, тепло, задержав ее ладонь в своей на секунду дольше, чем того требовало обычное деловое рукопожатие.
— Взаимно поздравляю вас, баронесса, — ответил он, и в его голосе что-то едва уловимо дрогнуло, хотя лицо осталось невозмутимым.
— Невероятно романтично, конечно, прямо хоть балладу складывай, — откашлялся Волков, наблюдавший за этой сценой со скрещенными на груди руками, — но у нас остаются чисто практические вопросы: когда именно объявляем о помолвке, как оформляем все это должным образом и, самое главное, что конкретно говорим графу, когда он заявится сюда завтра?
— Графу говорим чистую правду — что у меня уже есть жених и я при всем желании не могу выполнить королевский указ, а объявляем о помолвке завтра утром, при самом графе и при свидетелях, чтобы все было сделано строго по форме и ни у кого не возникло сомнений, — ответила Маша. — Никакого особого оформления пока не потребуется, потому что помолвка — это еще не брак, и для нее вполне достаточно публичного объявления в присутствии нескольких уважаемых людей.
К вечеру план был продуман до мельчайших деталей и готов к исполнению. Волков уехал, пообещав безоговорочную поддержку в случае любых осложнений, а Даниэль задержался у ворот, явно не торопясь садиться на лошадь.— Мира, вы уверены, что хотите это делать? Последний шанс передумать.
— Уверена, а вы?
— Тоже.
— Тогда до завтра, господин жених.
— До завтра, госпожа невеста.
Он уехал, а Маша вернулась в замок и обнаружила, что все слуги каким-то образом уже узнали о плане. Элис подскочила к ней, едва та вошла в зал.
— Миледи, правда, что вы выходите за господина Серого?!
— Помолвлена, Элис, и это деловое решение, не строй романтических иллюзий.
— Но вы же его любите, и он вас любит, и теперь вы наконец можете быть вместе!
— Это ФИКТИВНАЯ помолвка для защиты от графа, больше ничего.