Корсет, долги и никакого кофе!

ГЛАВА 13: «ЗИМНИЕ ИСПЫТАНИЯ»

Ноябрь пришел внезапно — как неожиданная проверка от налогового инспектора, только холоднее и с куда большим количеством снега. Маша обнаружила это в понедельник утром, когда вышла во двор и увидела собственное дыхание. В прошлой жизни это означало «пора доставать пуховик», а в нынешней — «у нас серьезные проблемы».

— Матильда, сколько у нас осталось дров?

Экономка посмотрела на нее с выражением человека, которого спросили о чем-то крайне неприятном.

— На месяц, может, на полтора, если топить только главный зал и кухню.

— А зима здесь длится сколько?

— Три месяца, а иногда и все четыре.

Маша взяла артефакт и быстро прикинула, что им нужно втрое больше имеющегося запаса.

— И где можно раздобыть дрова в ноябре?

— Дрова не покупают, миледи, дрова заготавливают летом.

— Отличная информация, невероятно полезная именно в данный момент, — Маша постучала пальцем по столу. — Кто у нас живет поблизости от леса и при этом не является нашим врагом?

— Волчья Падь, у них лесорубы имеются, Мартин рассказывал, — подала голос Элис, тихо стоявшая в углу.

— Мартин рассказывал тебе про заготовку дров? Какая романтика.

— Миледи, ну зачем вы так!

Письмо Даниэлю Маша написала с первого раза — коротко и по делу: у поместья недостаточно дров на зиму, прошу сообщить условия возможной сделки с вашими лесорубами. Ответ пришел на следующий день: тридцать возов по два шиллинга закроют потребность, поставка в течение недели, и если удобно — можно обсудить детали при личной встрече.

Даниэль приехал ровно в назначенное время и сразу перешел к делу.

— Тридцать возов, итого три кроны.

— У меня сейчас нет трех свободных крон, все деньги в обороте, поэтому предлагаю зачесть эту сумму в счет следующей партии муки — вы поставляете дрова, а я вычитаю стоимость из нашей совместной прибыли от следующей продажи Рудольфу.

— Довольно сложная схема, — заметил Даниэль.

— Нормальный взаимозачет, в больших городах так постоянно делают, — Маша вовремя осеклась, чуть не сказав «в моем мире».

— Вы бывали в больших городах?

— Давно, и это не имеет отношения к делу, так вы согласны?

Он помолчал секунду, потом кивнул, заметив, что согласен, но исключительно потому, что математика сходится, и Маша с серьезным видом подтвердила, что именно и только поэтому.

К концу встречи дрова были распределены по замку согласно «графику отопления» — документу на трех страницах, расписывающему, какая комната сколько дров потребляет в сутки. Даниэль изучил его с выражением человека, увидевшего нечто одновременно абсурдное и гениальное.

— У вас есть график буквально для всего? — спросил он.

— Почти для всего, графика для внезапных метелей пока нет, но я работаю над этим.

Даниэль коротко, но совершенно искренне засмеялся, а Маша почувствовала знакомое теплое «тук» в груди и немедленно занялась пересчетом столбца с расходами.

К пятнице поместье было готово к зиме, и Маша сообщила об этом артефакту.

«Готовы, вероятность замерзнуть — четыре процента».

— Откуда взялись эти четыре процента?

«Учла возможность внезапной метели раньше обычного срока».

Метель началась в воскресенье ночью. Маша проснулась от того, что привычный скрип мельничного колеса исчез, а за окном стояла ватная белая тишина. Двор замело по колено, ворота едва угадывались под сугробами.

— Артефакт, такая метель нормальна для ноября?

«Нет, подобное обычно бывает в январе, отклонение от нормы существенное».

— Значит, тот самый четырехпроцентный сценарий, и я теперь ненавижу статистику.

Элис принесла завтрак с лицом, на котором читалось: все плохо, но я изо всех сил стараюсь выглядеть оптимистично. Дорогу до деревни замело полностью, пешком идти по пояс в снегу, а главное — гонец добрался до ворот перед рассветом и сообщил, что у нескольких семей заболели дети, лихорадка с жаром и больным горлом. Агата сидела в своей лесной хижине, куда теперь было не пробраться.

— Значит, придется пробраться, — Маша встала из-за стола. — Зовите Томаса и Бернарда.

Совещание вышло коротким: Бернард вызвался идти первым, Маша заявила, что пойдет с ним, а Томас собрал теплые плащи, веревки и лопаты. Маша надела все теплое, что нашлось в гардеробе Миры, — три слоя, потом четвертый, потом, по настоянию Матильды, пятый.

— Миледи похожа на кочан капусты, — шепнула Элис Мартину, думая, что Маша не слышит.

— Зато на теплый кочан капусты, а это сейчас самое главное, — поправила Маша.

До хижины Агаты в обычное время было полчаса, а в метель, по пояс в снегу, с лопатами — все два часа. Снег набивался в сапоги, ветер бил в лицо, а корсет под пятью слоями одежды давил как всегда, и Маша в какой-то момент подумала, что феодальная мода — это отдельный вид пытки, изощренность которой так и не оценили историки. Агата открыла дверь прежде, чем они постучали, стояла на пороге уже одетая и заявила, что знала про их приход, потому что духи предупредили.

В деревне травница работала три часа — ходила от дома к дому, осматривала детей, раздавала отвары, а Маша следовала за ней и записывала в артефакт: что, кому, сколько, когда повторить. К вечеру стало ясно, что метель не утихает, и Маша приняла решение забрать самых тяжелых детей в замок, где теплее и Агата сможет за ними следить. Гордей засомневался, как везти больных детей по такому снегу, но Маша отправила Томаса обратно в замок за крытой повозкой, а Гордей собрал десятерых крепких мужиков с лопатами, и они начали расчищать дорогу навстречу людям из замка.

В замке разместили четыре семьи — восемнадцать человек, включая шестерых больных детей. Матильда засучила рукава и принялась командовать с решительностью прирожденного полководца, раздавая указания так четко и быстро, что даже Маша на мгновение залюбовалась.

— Семьи с больными детьми — немедленно в восточное крыло, там комнаты протапливаются лучше всего! — распоряжалась экономка. — Агату устроим по соседству, чтобы далеко к детям не ходить. Мужчины — в главный зал к большому камину, а если места не хватит, разложим тюфяки прямо на полу!

— Матильда, вы прирожденный управленец, и я совершенно серьезно говорю, — Маша смотрела на экономку с искренним уважением, потому что за какие-то четверть часа та умудрилась разместить восемнадцать незапланированных гостей так, будто готовилась к этому всю жизнь.