Страница 24 из 26
Глава 11.
— А где шаман? — спросила я подругу.
— Ушел. Сказал нам где второй вход в пещеру и тут же скрылся с глаз. Как будто в воздухе растворился, — ответила Ира.
— Как жаль. Я хотела у него спросить кое-что. А он не сказал, где его можно найти? — спросила я в надежде.
— Нет… Хватит на сегодня приключений! — ответил за Иру Игорь. — Давайте спать. Скорее бы завтра. Бежать нам надо отсюда… Какое-то нехорошее чувство.
— Я посижу немного у костра, — сказал вдруг Александр.
— Брат, не засиживайся. Теперь ты понял, что пещера не волшебная.
— Угу, — тихо промычал Александр.
— Пошли в палатку, — поманила меня за собой Ира.
— Нет… Я тоже еще посижу, — ответила я.
— Ну как знаешь, — зазевала Ира. — А я после случившегося перенервничала и сейчас у меня отходняк. Чувствую, если лягу, то сразу усну.
— Иди, иди! На меня не обращай внимание. Я уже взрослая и сама решаю, что мне делать, — кивнула я и улыбнулась подруге.
Марат и Ира ушли. Игорь подбросил в костер прутья и тоже пошел спать в палатку. Мы остались наедине с Александром.
— Почему не спрашиваешь ничего? — спросил он.
— Зачем ты меня скинул в пропасть? — сказала равнодушным голосом.
Саша помолчал и закрыл лицо руками.
— Я не знаю, — замотал он головой. — Чуть с ума не сошел, когда пришел в себя. Хотел тоже прыгнуть, но услышал странный голос в голове. Он приказал мне ждать. Потом я увидел брата с Маратом. Хотел им рассказать, что с тобой случилось, но вдруг увидел тебя. Ты лежала у камней на той стороне пропасти… Расскажешь что случилось?
— Просто попала в другой мир, — нервно засмеялась я. — Снова его встретила и снова потеряла.
— Это тот человек с зеленой кожей? Он мне часто снится. Говорит со мной.
— Что он говорит?
— Всегда по разному. Однажды так отчаянно признался, что вселится в мое тело, завладеет моим разумом. Потом поменял тон и стал говорить, что не может иначе и что я должен его понять… Бред какой-то.
— Ты как себя чувствуешь?
— Как я? Теперь намного лучше. Душа того, кто был во мне ушла, но забрала часть меня. Кажется я не проживу долго в этом мире без души...
— Что ты говоришь? Это только кажется. Как может человек без души?
— Запросто. Я живой пример этого.
Александр придвинулся ближе ко мне и обнял. Его рука была теплой и сильной. Я хотела вырваться, но что-то меня остановило.
— Ты тоже несчастлива, как и я, — продолжал он. — Но если мы объединимся, то может что-то получится.
— Ты о чем? Хватит говорить загадками. Мне становится не по себе.
— Этот мир мне уже чужой, — прошептал Александр. — Как и тебе. Может сойдемся и будем жить вместе? Мне нравилось, что тебя тянет ко мне. Ты так неожиданно поцеловала меня в лодке, а потом делала другие знаки внимания… И я стал думать о нас.
— Это было случайно, извини. Я не хотела.
— Потом я понял, что тебя тянет не ко мне, а к нему… Жаль… Жаль, что я уже не молод. Жаль, что ты любишь другого.
— Ты же не старик. Можешь еще устроить свою жизнь и найти хорошую женщину.
— А ты сможешь забыть любимого и жить в этом мире с другим?
Я пожала плечами. На сердце стало тяжело, как будто его сковали цепями. Стало невыносимо больно. Появилось отчаяние и захотелось бежать куда глаза глядят.
Я вырвалась из объятий Александра и пошла быстрым шагом вдоль пещеры. Нужно пройтись, чтобы успокоиться, унять дрожь и пустоту в сердце.
Александр прав. Я уже не смогу быть такой как раньше. Этот мир стал мне чужим. Он не отторгал меня, а удерживал как в клетке. Похоже придется влачить свою жалкую жизнь, считая минуты до кончины.
Я дошла до второго входа в пещеру. Вспомнила слова старика. Я должна убить человека, чтобы очутиться в мире орков и жить счастливо с любимым. Как жить счастливо, после убийства? Никак не могла понять.
Войдя в пещеру я остановилась и дала глазам немного привыкнуть к темноте. Может прыгнуть в пропасть снова? Но так я уже не попаду в другой мир. Просто разобьюсь и даже моих костей никто не найдет. Убивать человека тоже не собираюсь.
Я пошла дальше, вглубь пещеры, позволяя прохладному воздуху и тишине окутать меня. Удивительно, но с каждым шагом гнетущее чувство в груди начало ослабевать. Тяжесть, которая только что сковывала сердце каменными цепями, бесследно исчезла. Дрожь утихла.
Тьма вокруг не пугала — она словно освобождала меня от внешнего мира. Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох и доверилась этому покою, шагая вперед.
Я шла вперед, пока каменная тропа под ногами внезапно не оборвалась. Впереди зияла бездонная пропасть. Я посмотрела вниз, во тьму, и в голове созрело безумное решение. Прекратить мучения. Шагнуть в пустоту.
Я уже занесла ногу над обрывом, как вдруг из темноты раздался сорванный, отчаянный голос Александра:
— Стой! Не смей этого делать!
Я замерла. Он подбежал ко мне, тяжело дыша. Александр вытащил из сумки крепкую веревку. Прежде чем я успела что-то понять, он ловко обвязал один конец вокруг моей талии, а второй намертво затянул на себе. Конец узла он силой вложил в мою ладонь и крепко сжал мои пальцы.
— Что ты делаешь?! — в панике закричала я.
Он грустно, но нежно улыбнулся. Лицо его казалось спокойным, как у человека, который наконец принял самое важное решение в жизни.
— Без тебя этот мир для меня не существует. — тихо сказал он, глядя мне прямо в глаза. — Старик говорил, что тебе нужно убить человека, чтобы вернуться к своему орку… Да, да. Я все знаю. Услышал от того, кто был во мне… Моя жизнь принадлежит тебе. Если суждено разбиться — мы погибнем вдвоем. А если магия сработает… ты окажешься там, где твое сердце. Прости меня за все.
Он крепче перехватил мою руку, сделал несколько шагов вперед и увлек меня за собой. Земля ушла из-под ног, и мы вместе рухнули в свистящую темноту бездны.
Свист ветра оглушал, а безумное падение казалось бесконечным. Паника захлестнула меня волной, страх за секунду вытеснил былой покой.
— Что ты натворил?! Зачем?! Идиот! — в слезах кричала я, срывая голос и тщетно пытаясь удержаться за воздух. — Зачем ты это сделал?!
Я ругала его, захлебываясь рыданиями, злясь на его безумную, жертвенную решимость. Александр не отвечал. Его тело прямо в полете постепенно становилось прозрачным. Скорость нашего падения замедлилась, словно сама бездна нехотя расступалась перед силой его выбора.
Он улыбнулся мне — так искренне и тепло, как никогда прежде. Сквозь гул ветра я отчетливо услышала его умиротворенный голос: