Проклятый цветок

Глава 22

Глава 22 *** Амадео

Воздух в казино был густым. Он пах виски, дорогим табаком, и от него веяло ощущением проигранных денег. Полуобнажённые девушки в откровенных нарядах скользили между столами, касаясь плеч мужчин, нашептывая им на ухо комплименты и подливая алкоголь. Я не мешал им, считая это частью игры. Они теряли ясность. Проигрывали. А я забирал своё.

Джино кивнул в сторону старика за рулеткой. — Минус триста шестьдесят пять с половиной тысяч. Экономист из Нью-Джерси. Прилетел на твою свадьбу.

Я посмотрел на него и почувствовал, что лицо кажется знакомым. Когда-то этот человек руководил счетами клана Сичелли. Теперь же его руки дрожали над фишками, а взгляд был пустым. — Приму его проигрыш как подарок на свадьбу, — сказал я.

Джино повёл меня вверх по лестнице. Коридор уже сузился, когда мы прошли гостевые кабинки, где те самые женщины уже зарабатывали свою часть денег. Звук казино стих, сменившись гулом вентиляции и запахом старого бетона. Мы вошли в ту безлюдную зону казино, которая была доступна для моих самых приближенных людей: Джино, Марко и Сильвио. Эта часть казино называлась Зоной должников. В этом месте я не давал шанс отыграться, но здесь мне платили жизнью.

Джино толкнул массивную железную дверь. В комнате царил полумрак, только лампа под потолком слегка рассеивала темноту. В центре стоял стул, на котором сидел человек в чёрном мешке. Его руки были связаны за спиной, а ноги — скотчем. Когда Марко и Сильвио увидели меня, Марко поднял руки. Они стояли по обе стороны от человека, которого я принял за должника. — Сюрприз, босс!

Сильвио дёрнул шнур. Вспышка, грохот хлопушки. Мишура посыпалась на грязный пол, прилипая к моим ботинкам. Я замер, стиснув зубы. — Блять, какого чёрта? — голос сорвался на низкий рык. — Кто это?

Из-под мешка доносились приглушённые стоны и прерывистое дыхание. Джино тихо закрыл дверь и решительно шагнул вперёд, резко сдёрнув мешок с головы сидячего на стуле. Ткань соскользнула, и кровь в его венах мгновенно вскипела. Холод сменился обжигающим огнём.

Рауль.

Его черные грязные волосы прилипли к вспотевшему лбу. Лицо было в синяках, губы разбиты. Но глаза все еще по-прежнему наглые. И эта улыбка. Та самая, сучья, от которой хочется вырвать зубы по одному. Ублюдок.

— Это подарок от нас, — сказал Джино. Уголок рта дёрнулся в усмешке. — На свадьбу.

— Вчера чуть не сдохли в болоте из-за этого засранца, — Сильвио сплюнул на пол. — И какого хрена ты бежал, Рауль? Было поздно уже бежать, мы ведь нашли тебя.

Марко приблизился и сорвал скотч с его губ. Кожа оторвалась вместе с волосками. Рауль глубоко вдохнул, кашлянул, но улыбка не исчезла с его лица. — Блять, у тебя даже усы не растут, — Марко качнул головой. — Ни капли мужества.

Я сделал шаг к Лосано. — Я убью тебя.

Руки сами рванулись к нему машинально. Пальцы сомкнулись на горле. Хрящ хрустнул. Рауль дёрнулся, стул поехал назад, я повалил его вместе с ним, мое колено упиралось в его грудь, я сумасшедшей хваткой душил его. Воздух не проходил, вены на его шее вздулись. Глаза вылезли из орбит. Я давил сильнее, до тех пор пока не исчезнет эта улыбка, сучья ублюдская улыбка.

— Амадео! — Джино схватил меня за плечо. Рывок. — Стой. Рано. Ты забыл?

Сильвио и Марко подхватили и оттащили меня. Я отступил, дыша рвано. Мои пальцы дрожали от сжатия. Грудь ходила ходуном. Блять, я убью его голыми руками.

Но Джино всё же был прав. Не сейчас, мы должны повременить немного, чтобы убить его вовремя.

Рауль закашлялся. Кровь хлынула из угла рта, залила подбородок, И капала на пол. Он поднял на меня глаза. Всё те же. Всё так же нагло. Гребаный ублюдок — Чего ты так, Морте? — прохрипел он, сплёвывая кровь. — Не понравилось, что я трахнул твою птичку? Да ее, мне кажется, уже и Ачил поиметь успел, разве нет?

Мир сузился до точки, когда я услышал, как он упомянул о ней.

— Сука!

Нож неожиданно выскользнул из кармана, прежде чем я успел осознать, что делаю. Лезвие ярко блеснуло в свете лампы. Я схватил его за ухо и резко дернул. Хрящ под пальцами хрустнул, и кусок мяса легко отделился. Кровь хлынула на пол, образовав большую лужу, которая тут же впиталась в края моих ботинок.

Рауль заорал, звук его свинского голоса разорвал стены, эхом ударяясь в бетон комнаты. Я смотрел на отрезанное ухо в своей ладони и засунул его ему в рот, заставив жевать.

Нужно было язык. Но он пригодится мне, чтобы слышать его голос боли и мольбы отпустить его, когда я буду убивать его. Он заставлял Адару кричать. Она умоляла отпустить ее, но он продолжал бить. Я никогда не забуду тот день, когда услышал ее голос по телефону.

— Жуй, тварь! Чёртова мразь, я заставлю пережить тебя самую худшую боль, которую тебе даже не представится прочувствовать в аду от станы.

*** Адара

Тетя ушла в дом в предвкушении того как завтра она в честь нашей свадьбы с Амадео опустошит пару бутылок Виски Я же Не хотела возвращаться в дом, и решила пройтись. Территория этого особняка почти не изменилась. Только деревья выросли и стали еще выше, гуще, их кроны переплелись, отбрасывая длинные, неподвижные тени на гравий. Раньше люди Амадео не пускали меня к яблоневым и грушевым садам. «Там сыро, Адара. Там скользко. Не стоит». Теперь периметр, видимо, контролировали другие. Или охрана отошла проверить дальние ворота. Я прокралась тихо в сад. Зачем? Да еще и ночью. Кто знает. Мне просто так захотелось.

Дорожка в саду не была протоптана, похоже, еще с того времени, как умер дядя Луиджи. Трава цеплялась за подол моего платья. Слева, за густой изгородью, мелькнули старые кованые ворота. Воспоминания нахлынули сами, я не хотела их вызывать. Наш смех. Бег по садам. А потом в один миг в голове прозвучал громкий выстрел. Тот самый выстрел, после которого наши жизни разорвало пополам. Я помню, как застыли наши лица. И то, как Амадео, сам того не понимая, толкнул меня в сторону, рванув к отцу. Как же быстро Амадео тогда сорвался с места. Боже. Эти мысли в темноте заставили меня зажмуриться. ​​​​​Вдохнуть. Выдохнуть.