Страница 24 из 95
Лиор еще раз посмотрел на мальчика, который уже оживленно показывал свою новую повязку соседям по палате, затем перевел взгляд в высокое окно, за которым над сияющим Аэларисом медленно кружили десятки айрэнов.
Он едва заметно улыбнулся.
А потом глубоко вдохнул, словно оставляя здесь одну часть себя и готовясь вновь стать тем, кем его хотели видеть во дворце.
Наследным принцем Эйрилона.
Лиор неторопливо вышел из госпиталя и на несколько секунд остановился на широкой террасе.
Отсюда весь Аэларис лежал перед ним, словно искусно выполненная карта, созданная руками безупречного мастера.
Город уже окончательно проснулся.
Над парящими островами сновали гонцы, торговцы открывали лавки, в садах слышались голоса детей, а в небе один за другим поднимались айрэны, отправлявшиеся кто на службу, кто по своим делам. Их крылья вспыхивали в солнечном свете серебром, золотом, темной сталью и жемчужной белизной, превращая утреннее небо в живую мозаику.
Лиор всегда любил смотреть на свой город именно в этот час.
Не во время праздников. Не во время военных парадов. А тогда, когда айрэны просто жили.
Он был наследником престола с самого рождения. Его учили стратегии, дипломатии, истории Великих Домов, искусству владения мечом и законам государства задолго до того, как он научился летать.
Ему бесконечно повторяли, что однажды судьба миллионов окажется в его руках.
Но никто никогда не говорил, как сохранить в этих руках собственное сердце.
— Ваше Высочество.
Негромкий голос прозвучал совсем рядом. Лиор обернулся.
Позади стоял тот самый гонец, Эрис, однако теперь выражение его лица стало значительно серьезнее.
— Простите мою настойчивость, но Солариарх приказал доставить вас без промедления.
— Что-то случилось?
Эрис на мгновение замялся.
— На Совете присутствуют представители всех трех Домов.
Лиор чуть приподнял бровь.
— Даже Люменор?
— Да.
Это действительно было необычно.
Совет собирался регулярно, но далеко не всегда в полном составе. Если Архонт Люменора лично покидал свои архивы, значит, вопрос касался не просто политики.
Лиор молча кивнул.
— Идем.
Дорога ко дворцу пролегала через центральный мост, соединявший два самых больших острова.
Под ногами тихо светился белоснежный камень, словно внутри него текла жидкая лунная энергия. Легенды утверждали, что эти мосты были построены еще до разделения Великих Домов и никогда не разрушались, даже во время самых страшных войн.
По обе стороны дороги возвышались стройные деревья с серебристой корой. Их листья тихо шелестели, хотя ветра почти не было.
Когда Лиор был ребенком, ему говорили, что эти деревья помнят каждого правителя Эйрилона.
Сейчас он уже не верил в подобные сказки.
Но почему-то каждый раз, проходя здесь, невольно ощущал, будто за ним действительно наблюдают.
— Ваше Высочество!
Навстречу выбежала молодая девушка в простой светлой одежде. В руках она держала небольшую корзину с белыми цветами.
Увидев принца, она поспешно поклонилась.
— Простите... я не хотела мешать.
— Тогда зачем бежала? — с улыбкой спросил Лиор.
Девушка смущенно покраснела.
— Сегодня день памяти моего отца.
Лиор сразу стал серьезнее.
— Он служил в армии?
— Да. Дом Ноктис. Погиб семь лет назад на южной границе.
Лиор помолчал несколько секунд. Он хорошо помнил ту кампанию. Слишком хорошо. Тогда погибли сотни воинов. Среди них был и отец этой девушки.
— Как его звали?
— Арден.
Лиор медленно повторил имя про себя. Потом неожиданно сказал:
— Он спас мой отряд.
Девушка удивленно подняла глаза.
— Правда?
— Если бы не он, меня бы сейчас здесь не было.
Это не было утешением. Это была правда. Он помнил темно-серые крылья воина, закрывшие его от вражеского копья. Помнил, как тот успел улыбнуться прежде, чем сорвался вниз.
— Ваш отец был очень храбрым человеком.
Девушка прижала корзину к груди. В ее глазах заблестели слезы.
— Спасибо...
Лиор осторожно коснулся ее плеча.
— Не благодарите меня. Постарайтесь жить так, чтобы он мог вами гордиться. Для хороших людей это лучшая память.
Он уже собирался идти дальше, когда девушка вдруг окликнула его.
— Ваше Высочество...
Лиор обернулся.
— Спасибо, что вы не забываете их.
На мгновение он опустил взгляд. Ему хотелось ответить что-нибудь красивое. Но вместо этого он тихо произнес:
— Я забываю. Каждый день. И именно поэтому стараюсь вспоминать снова.
Девушка ничего не ответила. Она лишь низко поклонилась, а Лиор продолжил путь.
Эрис шел немного позади, сохраняя почтительную дистанцию.
Несколько минут они молчали. Затем гонец неожиданно произнес:
— Народ любит вас.
Лиор едва заметно усмехнулся.
— Народ любит надежду, Эрис.
— Разве это плохо?
— Нет.
Он поднял взгляд на белоснежный дворец, уже совсем близкий.
— Просто надежда часто требует слишком высокой цены.
Перед ними медленно распахнулись огромные золотые ворота. Шум города остался позади.
Стоило Лиору переступить порог дворца, как улыбка окончательно исчезла с его лица.
Он не стал другим человеком.
Но теперь в каждом его движении появилась сдержанность, которой не было всего несколько минут назад. Плечи расправились. Взгляд стал холоднее. Походка — размеренной и уверенной.
Наследный принц Дома Соларис вновь занял свое место.
В конце длинной мраморной галереи уже ожидали двое стражей. Они одновременно ударили древками копий о пол.
— Его Высочество Лиор Соларис. Солариарх ожидает вас в Зале Трех Домов.
Лиор молча кивнул и направился вперед.
До дверей, за которыми решались судьбы Эйрилона, оставалось всего несколько десятков шагов.
Мраморная галерея тонула в мягком утреннем свете, льющемся сквозь высокие арочные окна. По обе стороны возвышались статуи прежних Солариархов — величественные фигуры с четырьмя расправленными крыльями, высеченные из белого камня так искусно, что казалось, будто еще мгновение, и они оживут.