Страница 7 из 57
- Какой была хвастуньей, такой и осталась! – ахнула Сахаджанья. – Да ты понимаешь, что за несколько дней после возвращения нажила больше врагов, чем за всю свою жизнь до ухода в Паталу?
- Ой, ну о чём вы говорите? Какие враги? – беззаботно отмахнулась Анджали, чувствуя, что превращается в ту самую дерзкую девчонку, которой была когда-то.
- Зачем ты сняла с должности Трипти? Я помню, как она бегала за тобой, когда училась в младших классах. И как ты помыкала ею.
- Когда я ушла, - медленно произнесла Анджали, - Трипти не растерялась. Помощница несравненной Урваши? – она указала на вырезанную на ложе надпись. – Трипти просто нашла другой объект для обожания, только и всего. Нет, таким в нашей школе не место.
- И ты зря так обошлась с бывшей старшей апсарой, - понизила голос Сахаджанья. – Она мстительная. Она этого не забудет.
- Этоя не забыла, как она пыталась испортить мой арангетрам,
- Женская ревность была и будет всегда… - начала Сахаджанья, но ученица её перебила.
- Это не про ревность, наставница, - сказала она, блеснув глазами. – Это про обман. И про подлог. И про нечестную войну. Я бы назвала это нарушением дхармы, но апсары – не люди, им не надо соблюдать законы нравственности и справедливости. Достаточно раскрывать объятия всем и каждому. Боги закрывают на это глаза, но мы с вами, наставница, не будем настолько слепы. И внашей школе никогда больше никто не победит обманом. Только силой своего таланта.
- Ты говоришь великие речи, - покачала головой Сахаджанья. – Но боюсь, как бы они не оказались слишком великими даже для такой красивой и талантливой апсары, как ты.
- Но вы же поддержите меня в любом случае? – Анджали склонила голову к плечу и умильно захлопала глазами.
Сахаджанья не смогла удержаться от смеха и потрепала ученицу по щеке, как делала прежде.
- Ты прекрасно знаешь, что я буду защищать тебя после любого твоего безумства. Завтра я предоставлю тебе новые списки учителей. Многих ты знаешь, они учились вместе с тобой. Думаю, они будут рады поддержать тебя. Что же касается новых учениц…- Сахаджанья замолчала и задумалась.
- Вы так помрачнели, что мне уже страшно, - поддразнила её Анджали. – Они такие бестолковые, новые ученицы? Совсем-совсем вырезаны из тикового дерева?
- Нет, они не бестолковы, - наставница внимательно посмотрела на неё. – Многие очень талантливы, а некоторые даже одарены. Но сейчас многое изменилось. Сама увидишь. Школа не та, что была прежде. Тебе надо приготовиться к трудностям. Всё же быть просто учительницей танца проще, чем стать старшей апсарой. Молюсь, чтобы ты не пожалела об этом.
- Не пожалею, - небрежно ответила Анджали. – Там уже шумят под дверями. Наверное, пришли ученицы. Садитесь рядом со мной и посмотрим, что там за юные плоды. Надеюсь, в головах у них не одна сочная мякоть. Семечки тоже имеются. Заходите! – крикнула она и усадила Сахаджанью на ложе, и сама уселась рядом, поджав левую ногу.
Двери распахнулись, и вошли наставницы школы, а за ними – почтительно сложив ладони – ученицы.
Анджали благосклонно рассматривала их – совсем юных ещё девушек. Сахаджанья сказала, что ученицы сейчас совсем другие, но выглядели они точно так же, как сама Анджали и её подруги полстолетия назад.
Все в набедренных повязках, с распущенными волосами, украшенными цветами жасмина и лилий. На руках – стеклянные браслеты, на груди – лишь нитки разноцветных бус, едва прикрывающие соски. И у всех в глазах – жадное любопытство, когда они смотрели на новую старшую.
По обычаю, Анджали поднесли цветочные гирлянды и воскурили вокруг неё фимиам.
- Моё имя Шакрани, - сказала Анджали громко, и ученицы, только что шептавшиеся, замолчали. – Господин Шакра поручил мне управлять этой школой, - продолжала она. – Буду счастлива научить вас всему, что знаю. Мои знания станут вашими знаниями.
По знаку одной из наставниц, ученицы упали на колени и поприветствовали «госпожу Шакрани». Анджали кивнула всем и улыбнулась. Теперь в этой школе всё будет по-другому.
- А вы умеете танцевать, госпожа? – раздался вдруг наигранно смиренный голос из первого ряда. – Госпожа Урваши – величайшая танцовщица, а про вас мы не слышали.
Анджали прищурила глаза, глядя на высокую, очень красивую девушку, стоявшую в центре, гордо подбоченясь. Пусть голос её звучал смиренно, но взгляд был полон совсем не смирением. Возле девушки стояли две её подруги – пониже ростом, не такие смелые, но, судя по всему, готовые во всём её поддержать.
Ученицы, только что молчавшие, снова зашептались. Шёпот становился всё громче, нарастал, как шум волн, и уже перешёл в ропот.
- Вы как разговариваете с госпожой?! – повысила голос Сахаджанья, и «ропот волн» сразу поутих. – Будет вам известно, негодницы, что госпожа Шакрани – величайшая мастерица танца. Вам надо благодарить судьбу, что повезло учиться…
- Подождите, наставница, - мягко остановила её Анджали и поднялась с ложа, продолжая кутаться в покрывало. – Как тебя зовут, красавица? – обратилась она к дерзкой девушке.
- Моё имя – Виджул, госпожа, - отозвалась та без тени покорности. – Это потому что у меня волосы длинные и гладкие, как шёлк.
- Имя такое же красивое, как и ты, - сказала Анджали с улыбкой. – А ещё ты недоверчивая? Так, получается?
Ученица не ответила, покривив губы.
- Что ж, твои сомнения понятны, - согласилась Анджали. – Тогда придётся убедить тебя и твоих подруг, что всем вам есть чему у меня поучиться. Нужна музыка, - сказала она через плечо, и кто-то из учительниц бросился к выходу, громко окликая школьных музыкантов. – Дайте больше места, - обратилась Анджали уже к ученицам, и те отступили, освобождая середину комнаты.
Появились музыканты, их усадили в стороне, возле стены, и когда инструменты были настроены, Анджали сбросила покрывало.
Ученицы дружно ахнули и одинаково вытаращили глаза.
- Какие украшения! Какие ткани! – послышался взволнованный шёпот.
Виджул, стоявшая в первом ряду, даже не потрудилась принять почтительный вид, скрестив на груди руки и состроив гримаску, словно бы говоря всем своим видом: ну и что такого? каждая будет хороша в золоте и златотканых одеждах.
Анджали расстегнула и сняла тяжёлые серьги, потом настала очередь ожерелья и браслетов.
- Госпожа, что вы делаете? – не утерпела одна из наставниц.
- Танцу ничто не должно мешать, - ответила Анджали дружелюбно