Страница 64 из 73
Первым, с оглушительным треском, лопнул большой пылевой барьер, который Строганов выставил в последний момент, чтобы сбить начальную скорость атаки. Затем, как стекло, рассыпался и малый щит на его руке. Голицын прорвался сквозь защиту, его собственный пылевой клинок, столкнувшись с серебряным Строганова, разлетелся на тысячи огненных брызг. Лишившись оружия, Голицын, не останавливаясь, не раздумывая, нанес серию простых, но яростных ударов обычным, в каждый из которых была вложена вся мощь артефакта.
В этот момент Строганов, казалось, раскрылся, пропуская несколько ударов. Один пришелся в плечо, другой чиркнул по груди. Его отбросило назад на несколько шагов, он пошатнулся, на мгновение потеряв равновесие.
— Нет! — вырвался у Елены сдавленный крик, она еще сильнее сжала руку отца, ее глаза расширились от ужаса.
Старый князь Голицын торжествующе скрестил руки на груди. Он видел, как его сын почти достиг цели остальное неважно. А проблемы с титулом всегда можно порешать…
Но это была уловка, гениальная в своей простоте и жестокости. Пропуская удары, рискуя получить серьезные травмы, Строганов заманил Голицына в ловушку, заставив его подойти на нужную, выверенную до миллиметра дистанцию. И когда княжич, торжествуя, занес руку для последнего, сокрушительного удара, который должен был раскроить череп его противника, Строганов сделал неуловимое движение. Короткий шаг в сторону с одновременным разворотом корпуса.
Голицын, несущийся вперед по инерции, ослепленный яростью и близкой победой, не успел среагировать. Он сам, всем своим весом, насадил себя на серебряный клинок, который Кирилл держал неподвижно, выставив его точно на уровне груди противника. Лезвие вошло ему в грудь, точно в то место, где под камзолом билось багровое сердце «Печати Ярости».
На полигоне воцарилась абсолютная тишина. Голицын замер, его руки, занесенные для удара, бессильно повисли. Его глаза, до этого горевшие безумным огнем, расширились от удивления. Дмитрий медленно посмотрел вниз на клинок, торчащий из его груди, потом снова на Кирилла.
Строганов резким движением выдернул клинок, тело Голицына, лишенное опоры, мешком рухнуло на песок.
И в этот момент произошло то, чего никто не ожидал. Артефакт на его груди, пронзенный клинком в момент пиковой нагрузки, взорвался. Но взрыв был направлен не наружу, а внутрь. Яркая беззвучная вспышка багрового света, и тело Дмитрия Голицына просто исчезло, за долю секунды, превратившись в черный пепел, который начал потихоньку уносить ветер…