Страница 78 из 78
Волков смотрел на меня несколько долгих, мучительных секунд. Я был уверен, что сейчас он назовет меня лжецом и вызовет своих следователей, но он лишь позволил себе короткий кивок.
— Амнезия… Что ж, очень удобный диагноз, лейтенант, пусть так и останется. Допишем в медицинской карте тяжёлую контузию, чтобы выглядело более сносно. Отдыхайте, восстанавливайте силы, они вам еще понадобятся. Империя не забудет вашего подвига. Но и не простит вам ваших секретов, если они есть, разумеется…
С этими словами он развернулся и вышел, оставив меня в компании цифрового призрака, который готов был грохнуться в обморок в любой момент.
* * *
Цесаревич Алексей Николаевич не спал уже третьи сутки. Его просторный, отделанный темным дубом и зеленой кожей кабинет в Зимнем дворце превратился в главный штаб невидимой войны. Воздух был пропитан запахом крепкого кофе, табачного дыма, а стена мерцала от работы экранов терминала ГИС. Перед ним, как и три дня назад, сидела все та же троица: седой, похожий на старого волкодава генерал-адъютант Орлов, двоюродный брат арестованного сенатора, но полная его противоположность по части чести и верности престолу; заместитель главы ИСБ, генерал-майор Зубов, человек-скала с лицом, не выражавшим ничего, кроме усталости и долга; и полковник из Особого Корпуса, присланный из Ставки для координации.
— Как вы себя чувствуете, генерал, после ареста вашего… дальнего родственника? — спросил Цесаревич, не отрываясь от изучения рапортов на экране своего планшета. Его голос был спокоен, но все в комнате знали, что это спокойствие хищника перед прыжком.
Генерал Орлов скривился, как от зубной боли.
— Ваше Императорское Высочество, если бы мне было позволено, я бы лично затянул петлю на шее этого выродка. Позор на всю семью…Такого даже в самые смутные времена не было.
— Что ж, похвальное рвение, — кивнул Цесаревич, отложив планшет. — Господа, подведем итоги. Мы прошли по самому краю пропасти. Измена в высших эшелонах власти, почти удавшееся покушение на командующего Дальневосточным Корпусом, утечка стратегических секретов, которая могла привести к полномасштабной и заведомо проигрышной войне… И все это удалось предотвратить благодаря действиям одного человека.
Он открыл пухлую папку с гербом Особого Корпуса. «Личное дело: лейтенант Строганов Кирилл Андреевич». Папка за последние дни стала заметно толще. Цесаревич несколько минут молча изучал рапорты полковника Арсеньева, сухие, деловые сводки майора Волкова, медицинское заключение, от которого волосы вставали дыбом. Затем он захлопнул папку и задумчиво посмотрел в окно, на затянутое серыми тучами небо над ночным Петербургом.
— Этот парень ходячая аномалия, — наконец произнес он, скорее для себя, чем для присутствующих. — Простолюдин, сын купца, без связей, без протекции. Но с мозгами гения и хваткой бульдога. В одиночку сделал то, на что у всей нашей разведки и контрразведки не хватило бы и года.
Он повернулся к своим советникам.
— Итак, господа, я принял решение, отец меня поддержал. И оно не обсуждается! Первое. За проявленное мужество и спасение государственных секретов, наградить лейтенанта Строганова от лица Имперской армии военным орденом Святого Георгия второй степени.
Генерал Орлов крякнул от удивления. Вторая степень «Георгия»… За последние пятьдесят лет ее получили всего три человека, и все они были генералами. Про первую степень и говорить не приходилось.
— Второе, — продолжил Цесаревич, глядя на полковника из Корпуса. — От лица Особого Корпуса, за успешное проведение специальной операции, наградить орденом Святого Александра Невского.
— Ваше Высочество, — осторожно заметил генерал Орлов, прокашлявшись. — Дворянство… они не поймут. Два высших ордена Империи простолюдину… Это вызовет ропот.
— К черту их ропот и их понимание! — резко оборвал его Цесаревич. Его глаза гневно сверкнули, и на мгновение в молодом, интеллигентном лице проступили черты его грозных предков. — Особенно мнение тех, кто готов продать Родину за японское золото! Пусть привыкают, в моей Империи, господа, будут ценить не за длину родословной, а за верность и отвагу. И лейтенант Строганов живое тому подтверждение.
Цесаревич откинулся на спинку кресла и усмехнулся.
— Впрочем, это будет для него еще одна проверка. Проверка медными трубами, которую он, я уверен, выдержит. Присвоить ему внеочередное звание капитана. И… — он сделал паузу, наслаждаясь эффектом. — Направить капитана Строганова в Императорскую Военную академию.
На этот раз удивились все, даже на лице невозмутимого генерала Зубова промелькнуло недоумение.
— Но, Ваше Высочество, — подал голос полковник из Корпуса. — У него нет даже базового образования…никакого, вообще!
— Будет, — отрезал Цесаревич. — Пройдет ускоренный курс. А по окончании, на основании «совокупности инженерно-технических достижений в области вооружений и проявленной на поле боя исключительной храбрости», он получит право на личное дворянство.
Он обвел своих советников тяжелым, пронзительным взглядом.
— Вы не понимаете, господа. Я не просто награждаю героя. Я создаю прецедент, заодно бросаю этого волка в стаю сытых, породистых псов. Пусть наша спесивая аристократия познакомится со своим новым героем поближе. Уверен, они найдут общий язык. Или нет… Но так даже будет лучше…
В его голосе цесаревича звучала откровенная, злая издевка, предвкушая череду «случайных случайностей» и дуэлей…
Эта книга завершена. В серии Воздушная кавалерия есть еще книги.