Страница 66 из 78
— Это значит, что теперь мы работаем по-нашему, — продолжил спокойно вещать. — Ворон, Синицын! Главные ворота. Заминировать все к чертовой матери! Я хочу, чтобы там образовался такой завал, через который и танк не проедет. Хмырь, Ломов! Запасные выходы, крыша, вентиляция. Заварить, заблокировать, заминировать! Превратить этот сарай в крепость! Остальным занять позиции, подготовить сектора обстрела!
Парни без единого слова бросились выполнять приказы. Бойцы еще раз проверили оружие, удобно раскладывали боеприпасы возле позиций. Ангар ожил, превращаясь из склада в ощетинившийся огнем бастион. А я бросился к кейсам.
— Алиса, сколько у меня времени, чтобы извлечь кристаллы?
— Минуты, дорогой хозяин! — ее голос дрожал от напряжения. — Я засекла массированное движение в нашу сторону. Три группы, общая численность не меньше сотни. И это только первая волна. Плюс, они глушат связь, мы полностью отрезаны от внешнего мира.
— Мне хватит, — процедил я, подбегая к пятому, самому опасному кейсу.
Замки были сложными, с биометрической защитой. Но для моих нанитов это не было проблемой. Я приложил ладонь к крышке, и тысячи микроскопических роботов хлынули в механизм, разбирая его на атомы. Щелчок, еще один, крышка поддалась.
Я смотрел на содержимое, три кристалла, тускло мерцающие в полумраке, которые медленно подняли на поверхность, прикреплённые к странной площадке, которая не давала просто так достать носители информации. В них смерть Империи. Я осторожно, двумя пальцами, начал извлекать их из ложементов, окутав их нанитами. Как показала мне Алиса, металлическая площадка тоже было непростой, фактически являясь детонатором для всего кейса с Пылью, разве что она не взорвётся. Зато был заложен другой скрипт действия, от этого не менее смертоносный, полностью подходящий под класс медицинской Пыли: разложить всю органику в радиусе ста метров. Руки не дрожали, но я чувствовал, как по спине струится холодный пот.
— Ворота! — раздался крик снайпера с крыши. — Вижу движение!
Снаружи некисло так ударило, это был методичный, ураганный огонь из десятков автоматических карабинов и нескольких пулеметов. Они не пытались штурмовать, просто превращали наш склад в решето, пытаясь подавить нас, заставить вжать головы в плечи. Пули с визгом рикошетили от контейнеров, высекая снопы искр.
Мои парни молчали, укрывшись за надежными баррикадами из ящиков и контейнеров, не тратя патроны зря. Ждали, когда враг подойдет ближе.
— Первый кристалл извлечен, — доложил я сам себе, пряча носитель во внутренний карман бронежилета.
И тут огонь снаружи на мгновение стих. Это был самый страшный звук, означающий начало штурма.
— Внимание! Пошли! — заорал Матвеев.
Первая волна нападавших, человек сорок, вырвалась из-за угла соседнего пакгауза и бросилась к главным воротам. Они бежали, поливая все перед собой огнем, уверенные, что мы подавлены.
— Огонь! — скомандовал Матвеев.
И наша крепость ответила, два пулемета с флангов ударили перекрестным огнем, превращая пространство перед воротами в мясорубку. Два снайпера с крыши методично, снимали тех, кто пытался укрыться. Остальные мои парни вели точный, прицельный огонь, выбивая одного врага за другим.
Нападавшие падали, спотыкались о тела своих товарищей, но продолжали лезть вперед. Несколько из них, самые отчаянные, добежали до ворот и попытались прорваться внутрь через пробоины в стенах.
— Щиты! — приказал Матвеев.
Перед моими бойцами, встречавшими штурмовую группу, вспыхнули яркие, почти осязаемые купола энергии. Пули нападавших просто испарялись, сталкиваясь с ними. А мои парни, прикрытые этой пылевой броней, хладнокровно, почти в упор, расстреливали врагов.
Штурм захлебнулся, через три минуты все было кончено. Перед воротами лежало не меньше тридцати трупов. Остальные, кто уцелел, в панике отступили, укрывшись за соседними зданиями.
В ангаре повисла тишина, нарушаемая лишь запахом пороха и тяжелым дыханием моих бойцов.
— Чисто, — коротко доложил Ворон. — Пока что.
— Второй кристалл извлечен, — пробормотал я, пряча очередной носитель.
Я знал, что это лишь начало. Они перегруппируются, подтянут подкрепление, возможно, гранатометы. Они будут давить числом, пока у нас не кончатся патроны или пока не откажут щиты. Мы выиграли бой, но не войну.
— Алиса! — позвал я. — Связь, хоть какая-то!
— Глушат, командир, — отозвалась она. — Все частоты, даже аварийные, мы в вакууме.
— Какой ретранслятор ближе к нам?
— Только гражданской связи.
— Бери все системы под контроль и через них пробивайся дальше в администрацию города, у них есть прямой выход на Корпус, причём проводной. А дальше уходи на канал батальона.
— Кирилл! Мы раскроемся на все двести процентов!
— Плевать! Выбора особого нет. — ответил ей, доставая очередной кристалл. — Вызывай полковника Арсеньева. Не позывным, а по имени-отчеству. Сообщение короткое: «Лейтенант Строганов в беде. Склад номер семь. Нас штурмуют». Повторяй каждые тридцать секунд.
Алиса посмотрел на меня с сомнением, появившись прямо передо мной.
— Я не уверена, что выйдет! Да и что он поймет?
— Пробьется или нет, не знаю. Но если пробьется, он поймет, — твердо сказал я. — Арсеньев не дурак. Раз я, официально мертвый, выхожу на связь таким способом, значит, дело пахнет не просто керосином, а концом света. И он знает, кому звонить дальше. Это наш единственный шанс. Выполняй!
* * *
Шрам лежал за грудой проржавевших бочек и пытался отдышаться. Легкие горели, руки дрожали, а в ушах стоял звон. Десять минут назад он, вместе с остальной сотней, был уверен, что это будет легкая прогулка. Зачистить склад, перебить десяток залетных гастролеров и получить хорошую премию. Но все пошло не так.
Он видел, как его товарищи, опытные бойцы, прошедшие не одну заварушку, падали, как подкошенные. Он видел, как их пули, которые должны были рвать плоть, просто исчезали, врезаясь в эти проклятые белые щиты. Он видел холодные, безжалостные глаза тех, кто стрелял из-за этих щитов. Шрам теперь был уверен на все сто, это были не бандиты.
Их осталось чуть больше половины. Раненые стонали, остальные вжимались в укрытия, боясь высунуть нос. Командир группы, бывший армейский офицер по кличке «Зверь», орал в коммуникатор, пытаясь связаться с Константином, но связь не работала.
— Что это было, командир? — спросил Шрам, подползая к Зверю.