Страница 32 из 44
— Могу, — сказал он. — Но тогда это будет неправда.
Я невесело хмыкнул.
— Ты ужасный друг.
— Зато честный.
Честный. Как будто мир сговорился и решил избивать меня честностью, пока не дойдет.
— Я рад за нее, — сказал я тихо. И удивился, что это звучит без фальши.
Костя посмотрел внимательно.
— Рад?
— Да. И боюсь.
— Чего?
Я подумал. Ответ был такой огромный, что хотелось разделить его на части. Но суть была проста.
— Что она больше не нуждается во мне вообще никак. Даже как в неудачной любви.
Костя долго молчал. Потом сказал очень спокойно:
— А может, это и есть единственная точка, из которой вы оба сможете когда-нибудь стать нормальными людьми. Не нуждаться. А выбирать.
Я посмотрел на него и впервые не захотел спорить.
Потому что в этом была правда слишком большого масштаба.