Страница 3 из 95
Потому что Сорвейн искренне считал её разумной.
Он действительно не понимал, что именно сделал.
— А что происходит? — спросила Эврайна. — Объясни мне, пожалуйста. Только без Совета, обязательств рода и предназначения союза. Что происходит между тобой и мной?
Сорвейн посмотрел в сторону сидевшей Алейсы.
Ему хватило одного взгляда.
Эврайне — тоже.
Внутри что-то болезненно сжалось, однако странным образом стало легче. Неизвестность закончилась.
— Род Торн предложил союз, — произнёс он.
— Когда?
— Это имеет значение?
— Теперь уже исключительно из любопытства.
Он снова помолчал.
— Три месяца назад.
Три месяца.
Эврайна вспомнила зимний ужин, на котором Сорвейн подарил ей серьги с дымчатыми камнями. Поездку в старую оранжерею за городом. Вечер, когда они сидели у камина и он рассказывал о сложностях в Совете, положив голову ей на колени.
В тот момент предложение Торнов уже лежало на его столе.
— И леди Алейса согласилась?
— Переговоры завершены.
Удивительно точный ответ человека, который не хотел произносить простое «да».
Эврайна повернула голову.
Алейса смотрела на неё.
Не торжествовала.
Не улыбалась.
Но и глаз не отвела.
— Когда свадьба?
Сорвейн напрягся.
— Это сейчас не имеет отношения к нашему разговору.
— Значит, скоро.
— Эврайна.
— Я услышала.
Она отступила на полшага и посмотрела на разложенные документы.
Поверенный, худощавый мужчина по имени мастер Норвей, которого Эврайна много раз видела в доме, осторожно подвинул к ней первый лист.
— Леди Аркро, здесь перечислены условия передачи имущества. Если вы желаете, я могу прочитать каждый пункт.
— Я умею читать, мастер Норвей.
— Разумеется.
Он покраснел.
Эврайна взяла документ.
В первую минуту буквы расплывались. Пришлось заставить себя сосредоточиться.
Дом Риаль.
Двадцать две тысячи золотых марок ежегодного содержания.
Четыре слуги, содержание которых оплачивает род Аркро.
Карета.
Две лошади.
Право использовать фамилию Аркро ещё шесть месяцев после расторжения.
Запрет оспаривать решение венечного суда.
Отказ от любых требований на имущество рода.
Отказ от участия в столичных делах дома Аркро.
Последний пункт был сформулирован особенно изящно.
«Во избежание обстоятельств, способных нанести ущерб достоинству обеих сторон, госпожа Эврайна Мерсель принимает обязательство вести преимущественное место проживания за пределами столичного округа».
Она перечитала дважды.
— Значит, мне запрещено жить в столице.
— Не запрещено, — поправил Сорвейн. — Речь идёт о преимущественном проживании.
— Насколько преимущественном?
Мастер Норвей кашлянул.
— Не менее девяти месяцев в году.
— Какая тонкая разница.
Сорвейн подошёл ближе.
— Так будет проще для всех.
— Для тебя.
— И для тебя тоже. Первые месяцы неизбежно будут сопровождаться слухами. В Риале ты сможешь переждать их вдали от внимания.
Эврайна посмотрела на гостей.
Вот, значит, как он представлял её будущее.
Она уезжает.
Столица несколько недель обсуждает несостоявшуюся жену великого лорда, потом переключается на великолепную свадьбу Аркро и Торн.
А Эврайна остаётся в маленьком загородном доме с хорошим содержанием, четырьмя слугами и яблоневым садом.
Ей будет удобно.
Спокойно.
Безопасно.
До конца жизни.
И ни разу не придётся решать, кем она является без Сорвейна.
От этой мысли стало страшнее, чем от самого развода.
— Нет, — сказала она.
Сорвейн не сразу понял.
— Что?
— Я не согласна.
В зале кто-то перестал шептаться.
Поверенный замер над бумагами.
— Эврайна, — начал Сорвейн, — условия уже согласованы.
— Не со мной.
— Твоё согласие на расторжение не требуется при подтверждённой несостоятельности венечной связи.
Слова были жестоки именно своей юридической точностью.
Эврайна кивнула.
— На расторжение — нет. На имущественное соглашение — требуется.
Мастер Норвей посмотрел на неё с неожиданным интересом.
Сорвейн нахмурился.
— Чего ты хочешь?
Вот и всё.
Семь лет брака завершились вопросом о цене.
Эврайна снова опустила взгляд к документу.
Она могла потребовать больше денег.
Дом в столице.
Земли.
Долю в торговых предприятиях Аркро.
Драгоценности, большая часть которых после развода должна была вернуться в родовую сокровищницу.
Она могла торговаться и, вероятно, получила бы достаточно, потому что Сорвейн хотел закончить всё сегодня.
Но впервые ей не хотелось взять у него как можно больше.
Хотелось получить что-то, после чего не пришлось бы зависеть от его щедрости.
— Перечень собственности дома, которая не входит в родовой резерв, — сказала она.
— Зачем?
— Я хочу его увидеть.
— Эврайна, выбери городской дом, если Риаль тебе настолько неприятен.
— Я попросила перечень.
Что-то изменилось в его взгляде.
Наверное, он впервые осознал, что сегодня она не станет просто выполнять предложенный порядок действий.
— Принесите, — сказал он поверенному.
Мастер Норвей извлёк из кожаной папки несколько страниц.
Список оказался длиннее, чем ожидала Эврайна.
Дом Аркро владел складами, мастерскими, доходными зданиями, двумя небольшими гостиницами, пустующими участками и помещениями, о существовании которых она никогда не слышала.
Она читала медленно.
Сорвейн ждал.
Гости тоже.
Эврайна чувствовала их нетерпение почти кожей.
Шёлковый склад у северных ворот.
Дом на Мостовой.
Половина доли в стекольной мастерской.
Старая конюшня на Нижнем тракте.
Трёхэтажное здание на улице Фонарщиков, номер семнадцать.
Назначение: бывшее ателье.
Статус: закрыто.
Доход: отсутствует.
Оценочная стоимость была настолько низкой, что Эврайна перечитала строку.
— Это, — сказала она.
Сорвейн посмотрел на указанное место.
— Что?
— Здание на улице Фонарщиков.
На этот раз он действительно рассмеялся.
Не громко, скорее от неожиданности.