Страница 18 из 25
1. Действительно ли Кристиан защищал меня, или он также пытался спасти себя и своего брата?
2. Был ли Нейтан всего лишь пешкой в этой опасной игре, или на нем лежит его собственная вина?
3. Оказалась ли моя работа безвозвратно осквернена и разрушена братьями Джонс?
Правда опасна, но она необходима, чтобы стать свободной
.
22
Кожа к коже
Лейла
Дом погружен в тяжелое молчание, которое нарушают лишь легкое гудение холодильника и тиканье далеких часов. Каждая комната кажется коридором из теней, а я заперта где-то посередине между страхом и паранойей.
Это кошмар наяву. Стоит мне закрыть глаза, как на меня накатывают флешбэки: признание Кристиана в машине, Нейтан в больнице с этим его взглядом, который, казалось, читал меня изнутри.
А потом я слышу это.
Едва уловимый скрип со стороны стеклянной двери на террасу. Сердце прыгает в горло. Я медленно приближаюсь, испытывая ужас вперемешку с неконтролируемым любопытством.
Тень там.
Это Нейтан
.
— Что ты здесь делаешь? — шепчу я дрожащим голосом.
На мгновение он замирает, а затем включает настольную лампу. Слабый свет озаряет его лицо. Он подходит ближе с просчитанным спокойствием.
— Ты когда-нибудь задумывалась, что я чувствую, когда наблюдаю за тобой? — он делает паузу. — Это не просто любопытство. Это одержимость.
Дрожь пробегает у меня по спине.
— Одержимость? Да ты сумасшедший! — я пытаюсь оттолкнуть его, но мои движения медленные, неуверенные.
— Я сумасшедший? Нет, Лейла… это ты сводишь меня с ума.
Его голос — шепот, царапающий кожу. Он подходит ближе, шаг за шагом. Воздух между нами вибрирует от электрического напряжения.
— Ты ненормальный! — бормочу я.
— Я здесь не для того, чтобы быть нормальным. Я здесь ради тебя.
Каждое слово — вызов. Мой разум кричит, что нужно сопротивляться, но тело реагирует совсем иначе. Страх и желание сливаются воедино, пока не становятся неразличимы.
— Ты хочешь контролировать меня! — восклицаю я.
— Нет, Лейла. Я хочу, чтобы ты увидела. Хочу, чтобы ты поняла: всё совсем не так, как ты думаешь.
Мне нечем дышать. Его взгляд пригвоздил меня к месту. Он останавливается в полувздохе от меня. Я чувствую запах его лосьона после бритья, тепло его дыхания.
— Я не могу… — говорю я, но голос меня предает.
— Можешь. И ты этого хочешь.
Тело сдается раньше разума. Я опускаюсь на диван, не отрывая глаз от его глаз.
— Ты ведь тоже это чувствуешь, правда? — шепчет он. — Это влечение… ты не сможешь игнорировать его долго.
Он крепко берет меня за шею, прижимая к спинке дивана. Его глаза, полные власти и порока, не отпускают мои.
— Скажи, как сильно ты меня хочешь.
— Сильно.
— Насколько сильно, цветочек?
— С самой первой встречи, — признаюсь я.
— Разве так трудно было это признать? — тяжело дышит он.
Я не отвечаю. Я потеряла себя, или, возможно, наконец-то отыскала ту темную часть, которую всегда подавляла. Неидеальная жизнь, сотканная из лжи и запретных желаний.
— Бьюсь об заклад, ты уже промокла. Будь у нас больше времени, ты бы позволила трахнуть тебя как следует, — продолжает он.
— Нейтан, — предостерегаю я его.
— Ах да, точно… ведь в этой истории злодей — я, так что мне плевать, если через несколько минут придет мой брат, я все равно это сделаю, — говорит он затем.
Он перехватывает меня за шею и горячо, властно целует. Я чувствую, как его горячее дыхание обжигает мою кожу. Его тихие стоны заставляют трепетать мою душу. Он приспускает брюки и медленно входит в меня.
Он становится всё более агрессивным, его толчки делаются всё интенсивнее и жестче.
Эта битва больше не идет просто между ними двумя. Она идет внутри меня.
23
Сладкое предательство
Лейла
На следующее утро мир словно замер в нереальной, звенящей тишине.
Тело всё еще горело от запретного желания, от ночи, проведенной с Нейтаном, а в голове бушевал вихрь противоречивых эмоций: возбуждение, вина, страх. Каждая клетка моего тела помнила это прикосновение, каждый стон, каждую ласку. И каждая мысль о Кристиане наказывала меня, заставляя чувствовать себя грязной, виноватой и — одновременно с этим — невероятно живой.
Сидя за рабочим столом с чашкой уже остывающего кофе, я пыталась сосредоточиться на делах. Но мысли упрямо возвращались к Нейтану, к той ночи, к его обжигающему взгляду и к тому, как неистово он мной овладел. Я всё еще физически ощущала его контроль надо мной, то, как он наблюдал за мной — словно каждое мое движение было им предсказано и желанно. Это был чистый вуайеризм, и всё же я попала в полную зависимость от него.
Телефон завибрировал.
Сообщение от Кристиана:
«Увидимся вечером. Нам нужно поговорить».
Сердце сжалось. Его тон ни о чем конкретном не говорил, но каждая строчка казалась заряженной напряжением, скрытым подозрением. Я знала: он начинает чувствовать, что что-то не так. Что Нейтан — это не просто воспоминание. Что я больше не принадлежала ему полностью.
Весь день я провела в попытках сохранить контроль. Каждое электронное письмо, каждая папка, каждое дело, которое я пролистывала, были лишь способом отвлечься от правды: мое тело и мое сердце принадлежали Нейтану, даже если Кристиан пока ни о чем не догадывался.
Когда наступил вечер, Кристиан стоял передо мной — взгляд неподвижен, поза напряжена.
— Лейла… — произнес он наконец.
Его глаза выдавали глухую ревность, и для этого был веский поворот.
— Я знаю, что ты что-то скрываешь от меня, — продолжил он.
Ком в горле стал еще больше. Я знала, что рано или позвать этот момент наступит. Но я не могла рассказать ему всё. Не могла раскрыть Нейтана, не могла признаться в измене, не могла обнажить то, насколько глубоко меня подчинил себе его брат.
— Я не понимаю, о чем ты, — ответила я, стараясь звучать спокойно, хотя сердце бешено колотилось.
Кристиан сделал шаг вперед.
— Лейла… — прошептал он, и его тон изменился, став тише, проникновеннее. — Я чувствую, как ты отдаляешься от меня с каждым прожитым днем. И это не просто рабочий стресс.
Мое тело отреагировало на его приближение — растерянное, раздираемое противоречиями. В тот момент я не хотела его тела. Не хотела его прикосновений. Но Кристиан был моим мужем, и любовь, которую я к нему испытывала, была настоящей. Вот только теперь она оказалась замешана на вине, запретном влечении и одержимости.