Страница 16 из 25
Лейла сидит рядом со мной. Не шевелится. Молчит. От неё всё ещё пахнет больницей — чем-то стерильным, что ей совершенно не подходит, и от этого осознания я сильнее сжимаю челюсти. Кажется, стоит ей сделать вдох, и она обо всём догадается. Не потому, что я заговорю, а потому, что некоторые секреты, когда становятся слишком тяжёлыми, начинают проступать наружу сами собой.
— Почему ты так напряжён? — спрашивает она вдруг.
Её голос спокоен, но в нём нет мягкости. Так она говорит, когда уже поняла, что официальная версия не пройдёт.
— Я не напряжён, — отвечаю я слишком быстро.
Она слегка наклоняет голову, будто фиксирует улику. Она не смотрит на меня в упор, но изучает. Она делала так всегда.
Когда светофор переключается, мы трогаемся с места — с более резким ускорением, чем нужно. Между нами снова воцаряется тишина.
— Кристиан, там, в больнице… — заговаривает она через несколько кварталов.
И обрывает фразу.
— Что? — спрашиваю я.
— В том, как Нейтан говорил, что-то было. Как будто он знает кое-какие вещи. О тебе.
Моё сердце делает неровный скачок.
— Нейтан всегда говорит так, будто знает больше остальных. Это часть его игры, — отвечаю я.
— Нет, — тихо шепчет она. — В этот раз всё было иначе.
Я медленно вдыхаю, пытаясь сохранить контроль. Но что-то внутри меня уже сдалось. Потому что я знаю: Нейтан начал копать в правильном месте.
— Есть вещи, о которых я тебе не рассказывал, — произношу я наконец.
Лейла не торопит меня. Она ждёт.
— Не потому, что я тебе не доверял, — продолжаю я. — Просто некоторые решения, стоит произнести их вслух, меняют абсолютно всё.
Она поворачивается ко мне. Её глаза блестят от слёз.
— Кристиан… какого рода решения? — спрашивает она.
— Когда Нейтан сел, это было не только из-за его киберпреступлений. Там было замешано дело Уинтер-Лейк. Бетти. Всё произошло совсем не так, как тебе рассказали.
Она затаивает дыхание.
— Я был там. Не просто как брат. Как мужчина, которому пришлось выбирать.
Дорога впереди нас внезапно кажется слишком узкой.
— Шла операция. Конфиденциальные данные. Имена, которые не должны были всплыть. Нейтан перешёл все границы.
— А ты? — спрашивает она.
— Я раньше других увидел, что случится, если я ничего не предприму. Я перепрятал улики. И связал его цифровые следы с делом Бетти, чтобы всё выглядело правдоподобно. Это был единственный способ удержать его подальше от тебя и от того, что он раскапывал. Я сделал так, чтобы некоторые показания так и не дошли до зала суда.
Я крепче сжимаю руль.
— Я думал, что похоронил его там навсегда. Но он… он начал говорить с ФБР ещё из тюрьмы. Он знал, что я прикрываю сеть Уинтер-Лейк. Они оставили его в живых, потому что он был нужен им, чтобы добраться до меня.
Лейла едва заметно вздрагивает.
— И это ещё не всё.
Мой голос падает до шепота.
— Один человек, вовлечённый в эту операцию… человек, который мог разрушить всё… погиб.
Тишина становится почти осязаемой.
— Это не был несчастный случай, — говорю я. — И это сделал не Нейтан.
Она смотрит на меня, не веря своим ушам.
— Это сделал я. Чтобы остановить цепь, которая иначе никогда бы не замкнулась.
— Ты… ты хочешь сказать, что сам отправил своего брата в тюрьму? — спрашивает она.
— Да.
— И что ты убил человека?
— Да.
— Чтобы защитить меня?
— Чтобы защитить тебя. И чтобы защитить самого себя от того, кем становился Нейтан.
Лейла снова отворачивается к окну. Она не плачет. Не кричит. И это пугает меня сильнее любой другой реакции.
— Нейтан знает об этом? — спрашивает она спустя вечность.
— Не всё. Но он начинает понимать.
— Кристиан… я больше не знаю, кто ты, — говорит она наконец. Голос надломлен, но твёрд.
Эти слова пробивают меня сильнее любых обвинений.
Я продолжаю вести машину, понимая, что только что открыл дверь, которую уже никогда не закрыть. Что Нейтан — далеко не единственный монстр в этой истории. И что впервые в жизни Лейла начинает смотреть на меня так, словно я и есть тот, от кого ей нужно защищаться.
20
Защита
Лейла
Неделю спустя
В доме больше не пахнет жизнью. Только бумагой, пластиком, прогорклым кофе и усталостью. Эта неделя, проведенная взаперти, превратила гостиную в импровизированную комнату для допросов. Бумаги повсюду. Стенограммы. Плохо распечатанные скриншоты. Имена, обведенные красным. Стрелки. Даты. Связи, которые, возможно, существуют только в моей голове.
Я сплю на диване. Еда стала чем-то необязательным. Мое тело работает на инерции.
Я помню всё из того вечера в машине. Каждое слово Кристиана. Каждую паузу. Каждое слишком долгое молчание. Я ничего не помню из больницы. Нейтан — это пятно без очертаний, присутствие, от которого остались эхо, но нет фраз. И это пугает меня больше всего.
Я переслушиваю очередную запись, когда слышу, как ключ поворачивается в замке. Я не вздрагиваю. Я знала, что это случится.
Кристиан входит на кухню, не говоря ни слова. Кладет ключи. Снимает пиджак. Он не пытается приблизиться. Остается стоять, словно зная, что любой лишний шаг будет вторжением.
— Ты не в порядке, — говорит он.
Я не отвечаю.
— Лейла… — он медленно вдыхает. — Я должен рассказать тебе, от чего на самом деле тебя защищал.
Я поднимаю взгляд. И в этот момент понимаю: он собирается признаться не в ошибке. Он собирается признаться в выборе.
— Нейтан попал в тюрьму не только потому, что был опасен. Он сел, потому что обнаружил кое-что о тебе, — начинает он.
Мой желудок сжимается.
— Много лет назад, когда ты вела то дело… о Бетти, девочке, которую нашли мертвой в лесу в Уинтер-Лейк, и которое ты потом закрыла из-за недостатка улик… — я чувствую, как кровь отливает от лица. — Ты коснулась системы, которой не должна была касаться, — продолжает он. — Ты не знала об этом. И именно поэтому была идеальной мишенью.
Он делает шаг вперед.
— Кто-то изменил доказательства с твоего компьютера, зашифровал данные в базах, удалил папки и подделал документы, которые привели к утверждению ордера на арест.
Я не могу открыть рот.