Страница 12 из 25
Голос Нейтана звучит тихо, с надрывом. Я вспоминаю все фото, что он присылал, все слежки. Дыхание перехватывает.
— Ты болен… — шепчу я, отступая на шаг.
Нейтан тихо смеется, но в этом звуке нет ничего забавного.
— Ты точно такая же, Лейла, — говорит он.
Затем он протягивает мне папку, достает оттуда фотографии, и мой взгляд останавливается на нескольких снимках — они сделаны три года назад. Еще одна датирована временем до моей свадьбы.
— Нет… — едва слышно шепчу я.
Нейтан молча смотрит на меня бесконечные мгновения. Затем медленно приближается.
— Я был не единственным, кто следил за тобой, Лейла.
Эти слова бьют сильнее раскаленной пощечины.
— Что это значит? — спрашиваю я.
Он берет одну из папок и открывает ее передо мной.
— После «Уинтер Лейк» кто-то начал проверять каждого, кто хоть как-то приближался к этому делу, — говорит он. — Включая тебя.
— Ты врешь, — я качаю головой.
— Мне бы хотелось, — его челюсть сжимается.
Впервые с тех пор, как мы знакомы, он не кажется мне опасным. Он выглядит напуганным.
— Они следили за тобой годами. И я был единственным сумасшедшим, который решил следить за тобой в ответ, — он делает еще шаг ко мне.
Слезы застилают глаза.
— Почему?
Нейтан на секунду опускает взгляд, будто этот ответ причиняет ему боль. Когда он снова смотрит на меня, его глаза уничтожают мою последнюю защиту.
— Потому что я знал, что рано или поздно они попытаются забрать тебя, — заключает он.
Я быстро вытираю слезы и несколько минут просто смотрю на него. Я годами спрашивала себя, способна ли я состояться как личность, и в итоге стала худшей версией самой себя. Но я больше не люблю своего мужа, и если бы он узнал, какую боль я ему причинила, мне было бы жаль. Все эти годы он ни в чем мне не отказывал, не было неразрешимых проблем или скандалов. Возможно, именно это и должно было зажечь во мне тревожный сигнал, заставив понять, что он, быть может, не тот человек, который мне нужен.
Правильный выбор или ошибка — я уже совершила тяжелый проступок. И впервые я задаюсь вопросом: а хочу ли я вообще быть спасенной?
— Я всегда буду тебя защищать, — говорит он.
И в этот миг я осознаю истину, которая пугает меня больше всего остального: я больше не хочу быть под защитой.
14
Возле дома
Кристиан
Я иду рядом с Лейлой, пытаясь держать её за руку — не сжимая слишком сильно, чтобы не задушить своей заботой.
Так происходит всегда. Каждый вечер. Каждое возвращение домой в точности похоже на предыдущее. И всё же моё сердце бьётся так, словно это происходит впервые.
Я знаю, что там, снаружи, кто-то есть. И не с сегодняшнего дня. Уже несколько недель.
Я чувствую его присутствие ещё до того, как успеваю оглядеться.
Нейтан
.
Он стал константой. Болезненной привычкой. Он крутится возле нашего дома, выжидает в тени, меняет углы обзора, меняет время, но сам никогда не меняется. Иногда я вижу его, иногда нет, но мне не нужны доказательства, чтобы знать: он там. Он наблюдает за нами. Изучает нас. Преследует. Всегда на одном и том же расстоянии. Недостаточно близко, чтобы его можно было задержать, но и недостаточно далеко, чтобы его игнорировать.
Каждый день — точная копия предыдущего. Тот же маршрут. То же ощущение чужого присутствия, которое буквально въедается в кожу.
Когда Лейла улыбается мне, я замечаю тот самый момент, когда её взгляд становится отрешённым. Это секундная вспышка, но она повторяется. И я понимаю, что в этой пустоте я теряю почву под ногами. Моя ярость закипает медленно, день за днём. Она не взрывается. Она оседает внутри. И направлена она не на неё. Никогда. Она целиком принадлежит Нейтану.
— Кристиан… — произносит моя жена.
Лейла смотрит на меня с тревогой. Будто она тоже чувствует, что между нами всё окончательно замерло.
Я пристально смотрю на неё. Я её муж. Я мужчина, который обещал её защищать.
И всё же Нейтан повсюду. В затянувшихся паузах. В сообщениях, которые я не вижу, но знаю, что они приходят. В том, как Лейла затаивает дыхание, когда мы переступаем порог дома.
Мы подходим к подъезду. Тот же тусклый свет. То же стойкое ощущение, что нам смотрят в спину.
Я осторожно беру её лицо в ладони.
— Лейла… послушай меня, — говорю я негромко. — Я никогда тебя не оставлю. Никто к тебе не прикоснётся.
Она опускает глаза. И именно в этот миг я чувствую его: весь груз её влечения к моему брату. Капля за каплей оно точит наши отношения.
— Я знаю, что он наблюдает за тобой. Знаю, что следит. Знаю, что пишет. Но ты моя, Лейла.
Внутри меня закипает злость. Не только на него. Но и на то, что я сам совершил годы назад, чтобы защитить её, и что теперь рискует уничтожить нас обоих. Во мне есть и другая сторона — более жестокая, о которой не знает никто, кроме меня. Та, что заставляет меня совершать неправильные, незаконные, опасные поступки. Но я не подлец. Я люблю эту женщину, и именно поэтому я не позволю этому ничтожеству причинить ей вред.
На мгновение я вижу в ней ту девушку, в которую влюбился много лет назад. Но затем её взгляд снова тускнеет, и Нейтан опять проникает в её мысли.
Я хочу защитить её. Но чем больше проходит дней, тем отчетливее я понимаю: я борюсь не просто с человеком. Я борюсь с одержимостью.
— Кристиан… — шепчет она.
Она вечно собирается что-то сказать. И каждый раз осекается. Но в этом нет нужды. Я и так знаю, что у неё на уме.
Я крепко прижимаю её к груди — в этом объятии для меня заключено всё.
— Неважно, насколько сильно он тебя привлекает, — говорю я, и мой голос становится жёстче. — Неважно, как сильно он тебя тревожит. Я здесь. Я люблю тебя.
Она прижимается ко мне всем телом. Я чувствую её страх. Чувствую её хрупкость. И чувствую что-то ещё — то, что упорно не желает отдавать мне победу.
Нейтан там, на улице. Как вчера. Как завтра. Я ощущаю его как чужое дыхание в собственной голове. Как пулю в груди. Как вирус, который пытается меня разрушить. Но я не сдамся.
— Я люблю тебя, Лейла, — снова шепчу я ей.
Она закрывает глаза, и время останавливается. Оно теперь всегда стоит на месте. Даже если это значит навсегда застрять в этом бесконечном дне. Даже если это значит в конце концов осознать, что главным монстром в этой истории могу стать я сам.
15
Взрыв
Лейла