Страница 150 из 153
Мягкое, пухлое валяное сердечко между пальцами, когда Эрик вытащил его из кармана и отдал мне – на удачу. Пьянящее чувство, когда в тебя верят.
Запах Дж., сладковатый, как горячая карамель, его глубокий голос, и как он смотрел прямо перед собой, рассказывая мне о своем офисе на последнем этаже, с окнами. Как его руки обнимали меня, притягивая ближе, всегда ближе.
Лежа в постели и позволяя всему этому проникать в меня, я вспоминаю о Вики. Мы обе – компиляция данных и опыта. Обе обрабатываем информацию, учимся на ней и меняемся, исходя из этого.
Но потом я вспоминаю, что сказал Эрик. О вещах, которые мы не можем объяснить, неизмеримых. Как печенье с шоколадными чипсами, неравномерно распределенными, которые есть веселее, чем те, что из супермаркета, где гарантирован шоколад в каждом кусочке. Вероятность того, что вам не достанется ни крошки шоколада, делает их только слаще.
Или как слово можно повторить столько раз, что оно уже не похоже на слово. Или приглушенное разочарование от закрытия дайнера, тревога за людей, которых едва знаешь.
Как вот недавно, когда я меньше всего ожидала, по мне пробежали мурашки просто от осознания того, что я живая.
Как научить Вики тому, чего мы сами не понимаем?
Как я могла бы научить Вики всему, что проходит через меня? Тому, что дружба иррациональна, а счастье неисчислимо? Тому, что иногда самое человеческое – это вообще не знать, как быть человеком?
Мы с медбратом шутим о том, что надо бы испечь пирог. Он говорит, что у него аллергия на глютен, так что придется взять синтетическую муку. Я все равно думаю, что стоит попробовать. Он говорит, что меня выпустят через несколько дней и после процедур по выравниванию кожи не будет ни единого заметного шрама. Я спрашиваю, могут ли они оставить шрам на запястье. Там, где стеклянный экран часов разбился и врезался в руку. Медбрат и врач переглядываются, но в конце концов уступают. Можно оставить.
Я лежу на больничной койке и думаю о том, как однажды пойду на вечеринку. На настоящую, где люди пьют слишком много и кто-то проливает пиво на ковер, а кто-то другой включает музыку так громко, что приходится кричать. На вечеринку, где люди обнимаются просто так и кто-то спорит в углу, правда ли любимый цвет сообщает что-то о личности человека. Где смех долетает в коридор и помогает другим найти дорогу.
Без всяких подсказок из телевизора, телефона или часов незнакомец заметит шрам на моем запястье, где зарубцевались гневно-красные и холодно-белые дерма, эпидермис и гиподерма. Заметит и спросит, что случилось.
Я через всю комнату переглянусь с Крисом или Вероникой, улыбнусь, повернусь к незнакомцу и заведу настоящий, человеческий разговор.