Страница 58 из 223
Шустрый Гонзалез
Задолго до времен дешевых билетов авиация привлекала в основном бесстрашных людей. «Это было в конце семидесятых. Мы приземлились в Афинах, — вспоминает Джон, стюард из Sabena. — И получили распоряжение не возвращаться обратно в Брюссель, а лететь в Тегеран. Аятолла Хомейни развязал там иранскую революцию, а бельгийцы, иранцы и другие захотели покинуть опасные зоны. Когда мы влетели в иранское воздушное пространство, к нам приблизились два истребителя, чтобы проверить, не отклонились ли мы от маршрута или не было ли у нас других планов, кроме гуманитарных.
В Тегеране аэропорт был совершенно пуст, никого не было на контрольной вышке. Но нашего капитана это не напугало. Он несколько раз низко пролетел над посадочными полосами, а затем посадил самолет на землю. После этого с помощью радиосвязи он помог прилететь еще двум иностранным самолетам. Во время посадки пассажиров на борт он тоже взял инициативу на себя: подставил лестницы к нашему 707-му — самолетных трапов там не было — и помог беженцам, среди которых была даже женщина на инвалидном кресле, подняться на борт».
«В начале шестидесятых у нас был пилот, которого мы называли Шустрый Гонзалез[76], — рассказывает Тео. — Он летал так быстро, как будто наш Caravelle, полный пассажиров, был F-16. Как-то раз мы вылетели из Варшавы в Москву. Во время набора высоты мы услышали, что посадка в месте назначения невозможна из-за плохих метеоусловий, но Шустрый не расстроился. Сначала он попробовал приземлиться в Шереметьево, но у него не получилось. Затем он набрал высоту и снова начал снижаться. Тогда я затянул свой ремень безопасности потуже. Он снижался и снижался, но все равно ничего не получалось. После чего Шустрый сказал: «Мы летим обратно в Варшаву». — «Не получится, капитан, — ответил механик. — Нам не хватит топлива».
К счастью, у нас получилось приземлиться в Быково — московском аэропорту для внутренних рейсов. Но техникам пришлось тащить нас с помощью трактора через сугробы. На следующий день в аэропорту Шереметьево мы забрали в самолет, в котором нам самим пришлось быстренько провести уборку, новых пассажиров».