Страница 56 из 223
Подагра
По словам опытных стюардесс, капитаны-алкоголики встречались довольно редко. Одна из них не под запись рассказала, что однажды она слышала о кофе в Sabena, вернее, о кофейнике, в который кабинный персонал тайком наливал себе вино, и что Air France в девяностых годах давала экипажу маленькие бутылочки вина к обеду. «Раньше я тоже слышала истории о бельгийских стюардах и стюардессах, у которых были проблемы с алкоголем, но пилотов в состоянии опьянения я никогда не видела, — рассказывает она. — В любом случае сегодня это не осталось бы без последствий. В бельгийских авиакомпаниях, которые я знаю, капитаны каждые шесть месяцев должны проходить медицинский контроль. Там их также проверяют на наличие наркотиков. Сдавать мочу перед полетом они не должны, но если есть сомнения или причины для подозрений, тогда, по-моему, авиакомпании могут попросить их сдать анализ».
Как для капитана, так и для команды существует правило: запрещено употреблять алкоголь за двенадцать часов до рейса. «Конечно, это нелегко, особенно если команда вечером перед этим ходила вместе ужинать. Но кто нарушает это правило, рискует очень сильно опозориться. Тот, кто потеряет работу в авиакомпании из-за алкоголя, может навсегда забыть о карьере в гражданской авиации».
Такие случаи известны. Девушки, у которых была подагра, рисковали заработать обострение, если сочетали алкоголь и солнце. Они не могли работать и после двух-трех инцидентов должны были сдать свои крылья.
«Самое сложное во время экзамена на должность старшего бортпроводника — ответить на вопрос, что ты будешь делать, если увидишь своего капитана незадолго до отправления в рейс сидящим с бокалом шампанского, например, на фуршете, организованном компанией, — говорит анонимная стюардесса. — Тем не менее я думаю, что с ним или с ней все равно нужно поговорить. Если я замечу, что от моего капитана перед самым полетом пахнет алкоголем, то скажу: «Я не полечу с вами».
«В восьмидесятых годах все было по-другому, — говорит Глория, бывшая сотрудница Sobelair. — Стюардессы не могли высказывать свое мнение. Пару раз я сомневалась в трезвости своего капитана, и мои ладони были мокрыми от пота до тех пор, пока мы не приземлялись в целости и сохранности».