Страница 34 из 223
Таблетки
Начало карьеры не было гладким и для Гриты. «Наша фирма, Flanders Airlines, была такой маленькой, что мне нужно было сразу начинать работу, пропуская этап с испытательным полетом, — вспоминает она. — До этого я еще ни разу не сидела в самолете. И все равно я должна была стать стюардессой и стала ею, да. Тот первый раз, весной 1990 года, я никогда не забуду. Мы должны были дважды вылететь из Антверпена и дважды приземлиться в лондонском Гатвике. Во время этих двух полетов меня рвало с самого начала и до конца. Я ничего не делала, только сидела на стуле с рвотным пакетиком.
Стюардесса, которая меня в тот день обучала, пообещала, что она подождет, пока я несколько месяцев полетаю, прежде чем рассказать эту историю другим коллегам. К тому времени я уже принимала таблетки, потому что без них мне все еще было плохо каждый полет. Но тогда я еще ничего не знала о типах самолета: тогда я работала на судне Fokker. Оно двигалось не волнообразно, как Boeing 737, а вверх и вниз, как пиратский корабль в парке развлечений. После первых месяцев я решила: бросаю либо летать, либо таблетки. Выбор был сделан быстро. Я перестала принимать таблетки и в конце концов все стало получаться. Слова «сдаваться» в моем словаре больше не было.
В самом начале работы в Sobelair мне тоже пришлось серьезно попотеть, — продолжает она. — Во время моего испытательного полета строгая старшая бортпроводница спросила, проверила ли я Z-ручку[36]. Я вообще не знала, что это такое, и она ужасно разозлилась. К сожалению, во время обучения я полдня просто рассматривала картинки. Учебный курс был коротким, потому что я была direct entry, то есть уже летала с другой авиакомпанией. Однако Fokker из Flanders Airlines был не более чем пропеллерным самолетом с двумя сиденьями перед контейнерами с едой и напитками и таким маленьким грузовым отсеком, что половина багажа была свалена в кабине пилотов. У нас не было тележек, все подавалось из картонных коробок. В Sobelair я должна была обслуживать не 48, а 128 человек за один раз в самолетах с надувными трапами и рычагами для их запуска, которые я видела впервые. Я попала в авиакомпанию, где я ничего и никого не знала.
К счастью, та разозлившаяся стюардесса не появилась во время моего третьего испытательного полета, и Мария-Антуанетта взяла меня под свое попечение. Она была старшей бортпроводницей: все объяснила мне и успокоила. Я должна сказать, что та строгая женщина аттестовывала меня позже, когда я получила повышение и стала старшей стюардессой. Она позаботилась о бутылке шампанского, чтобы отметить это после полета. Я узнала ее получше, и, собственно говоря, она мне понравилась и даже стала для меня примером. Строгая, но справедливая — те качества, которые я сама считаю важными в нашей работе».