Страница 215 из 223
Наконец-то я угощаю
Шари, которая начала работать в 2012 году, действительно пришлось ждать приглашения на работу, но в 2015 году она получила постоянный контракт и повышение до старшей бортпроводницы: «Можно было и раньше все бросить, но мы изначально знали, на что идем. Нас не просто так увольняют или повышают. Это происходит на основе многочисленных аттестаций и рапортов. Должна признаться, что мне было бы жаль распрощаться с профессией стюардессы. И я бы не стала сразу же идти на собеседования в другие авиакомпании, потому что считаю, что нигде нет такого семейного уюта, как в Jetairfly».
Грита точно знает, что имеет в виду Шари, и мыслит здраво: «Я благодарна за все возможности, которые получила во Flanders Airlines, в Sobelair и которые сейчас получаю в Jetairfly. Было бы странно, если бы после двадцати пяти лет работы я все бросила. И я не стала бы оглядываться назад. Если будет нужно измениться, я изменюсь».
Нора никогда не стояла перед выбором, потому что смогла оставаться в профессии все тридцать три года. В 1989 году она вышла на пенсию и, между прочим, была первой, кто это сделал, — до нее ни одна другая европейская стюардесса не выходила на пенсию. «Моим первым самолетом был DC-6, куда на велосипеде доставляли кусок льда. Тогда на борту еще не было холодильников, — рассказывает она. — А заканчивала работу я в Jumbo Jet. Более современного самолета тогда не было. Я начинала работать в то время, когда Элвис выпустил свой второй альбом, и вышла на пенсию за полгода до того, как пала Берлинская стена.
Мой последний рейс был чем-то особенным. Вернее, последние два рейса. Сначала мы отправились отмечать в Киншасу, где жила моя подруга, у которой был яхт-клуб, и только после этого я официально полетела в свой последний рейс в Нью-Йорк — туда и обратно. Экипаж полностью состоял из моих друзей, потому что по такому поводу я могла сама выбрать коллег, которые будут со мной работать.
Когда я прибыла в аэропорт в Завентеме в восемь часов утра, мне повесили на шею гирлянду из цветов, и я бросила свою пилотку в толпу, которая меня встречала. Потом я пригласила пятьсот человек в замок в Завентеме. Это стоило мне тридцать тысяч франков, но я решила, что заслужила это. Конечно, я была знакома со многими людьми после стольких лет работы. На приглашениях на мой праздник было написано: Nora s’en va. I’m finally going to do what i’ve always wanted to do: buy you a drink»[237].