Страница 75 из 86
— Очень уверенно для человека, который еще вчера не знал, как спросить разрешение у ребенка.
Он принял.
— Тогда скажу иначе. Ты не одна.
Вот это было хуже уверенности.
Потому что почти помогло.
Я открыла сосуд и капнула кровь Тивена в желоб рядом с кровью Эррена.
Разница стала видна сразу.
Кровь ребенка вспыхнула не ярко, а глубоко. Узкая янтарная нить пошла по меди к печати ячейки. Печать сначала почернела, потом дала трещину по старому краю. Не разрушилась. Разомкнулась.
Мейра вставила ключ.
— Открываю.
Дверца ячейки семь подалась.
Внутри снова была каменная чаша с темным янтарным сгустком.
Сегодня он реагировал сильнее.
Как только воздух коснулся чаши, огонь дрогнул и вытянулся к желобу тонкой нитью. Я подняла медную пластину, удерживая расстояние.
— Не ближе, — сказала я Эррену.
Он остановился.
Мейра положила на край ячейки маленькую медную рамку с тремя насечками.
— Это закрепит право владельца. После этого очистка без крови Тивена станет невозможной. Но ячейку все равно можно будет открыть силой.
— Любую дверь можно открыть силой, — сказал Рувик.
— Не любую стоит.
Мейра начала читать не заклинание, а формулу хранилища: номер ячейки, имя владельца, имя главы рода, основание для закрепления, свидетели. Ее голос был сухим, деловым. Так и должно было быть. Хранилище не нуждалось в красивых словах. Оно нуждалось в точных.
— Ячейка семь. Огонь Тивена Драугара. Живой владелец. Подтверждение кровью. Глава рода Эррен Драугар. Свидетели: Рувик Терн, Арса Денрит, Найра Тарн...
На моем имени печать дернулась.
Харвик все еще был в старых слоях этого места. Мое изгнание, наверное, осталось где-то в записях хранилища как запрет доступа.
Мейра остановилась.
— Ее имя не проходит.
Эррен резко поднял голову.
— Почему?
— Старая отметка. Изгнанная из службы при Черном Кряже. Хранилище принимает ее как постороннюю, но не как свидетеля по делу рода.
— Сними отметку.
— Это может сделать только глава рода в архиве допуска. Или старший хранитель.
— Архив допуска здесь?
— В левом крыле.
Харвик знал.
Конечно, знал.
Он мог не помешать открыть ячейку. Достаточно было сделать так, чтобы мое свидетельство не легло в закрепление. Тогда позже он скажет: процедура нарушена, целительница не имела права фиксировать состояние огня, все недействительно.
— Сколько времени? — спросил Эррен.
Мейра посмотрела на открытую ячейку.
— Если закрыть сейчас, придется начинать заново. Огонь уже отозвался. Лучше не тянуть больше четверти часа.
Арса сказала:
— Идите в левое крыло. Я и Рувик остаемся здесь.
— Я тоже остаюсь, — сказала я.
Эррен посмотрел на меня.
— Твое имя нужно в допуске.
— А огонь Тивена нужен живым. Я остаюсь у ячейки.
Мейра кивнула.
— Она права. Если отклик сорвется, целитель нужен здесь.
Эррен сжал окровавленную ладонь.
— Я быстро.
Он ушел с Мейрой.
Рувик стоял у входа в правую галерею. Арса рядом с открытой ячейкой. Я держала медную пластину над чашей и следила за огнем. Янтарная нить дрожала, но не рвалась. Кровь Тивена в желобе темнела, впитываясь в насечки.
Прошло пять минут.
Семь.
Девять.
Слева послышался резкий металлический звук.
Рувик сразу обернулся.
— Милорд?
Ответа не было.
Потом еще один звук.
Не бой.
Механизм.
Где-то за стеной начали закрываться задвижки.
Арса побледнела.
— Что это?
Ячейка семь дернулась.
Огонь в чаше стал темнее.
Я резко опустила пластину ниже.
— Не двигайтесь.
Рувик бросился к левому крылу, но не успел.
Входная дверь хранилища снаружи начала закрываться.
Медленно.
Тяжело.
Со скрежетом, который шел по полу, как удар по костям.
— Дверь! — крикнул он.
Я услышала шаги в левом крыле. Эррен бежал обратно. Мейра за ним.
Но черная створка уже шла на закрытие.
Рувик успел подставить плечо, но дверь не остановилась. Это был не обычный замок. Аварийное закрытие. Механизм, рассчитанный на внутреннее нарушение. Человеческой силой его не удержать.
Эррен ударил ладонью в край двери.
Не огнем.
Весом.
Дверь замедлилась на мгновение, но продолжила идти.
— Не жги! — крикнула Мейра. — Если пустишь огонь в аварийный контур, он пойдет по всем живым ячейкам!
Эррен отступил на полшага.
И в этот миг дверь закрылась.
Глухо.
Окончательно.
Рувик ударил кулаком по металлу.
— Открыть изнутри?
Мейра побежала к замочным кругам изнутри, вставила ключ. Первый повернулся. Второй тоже. Третий не двинулся.
— Внешняя блокировка.
Эррен стоял перед дверью. В глазах у него был огонь, который уже не просто светился. Он искал выход.
Ячейка семь за моей спиной вспыхнула.
— Эррен! — крикнула я.
Он обернулся.
Огонь Тивена в чаше вытянулся тонкой, рваной нитью к двери. Аварийный контур хранилища задел все живые ячейки. Если Эррен сейчас ударит родовым огнем по двери, удар пройдет по системе и первым сорвет то, что уже открыто и связано с кровью Тивена.
Он понял по моему лицу.
Не сделал.
Медленно опустил руку.
Из стены у двери раздался щелчок.
Не магия. Железная решетка у старой переговорной трубы открылась. Такой механизм ставили в закрытых хранилищах, чтобы ключники могли говорить снаружи, если внутри пожар, обвал или нарушение клятвы.
Из трубы донесся голос Харвика.
Спокойный.
Чуть глухой от металла.
— Милорд, я предупреждал: спешка убивает.
Рувик рванулся к решетке.
— Открыть дверь!
— Капитан Терн, — сказал Харвик. — Вы, к сожалению, стали свидетелем нарушения родового порядка. Глава рода вошел в хранилище с изгнанной женщиной, использовал кровь наследника без решения совета и попытался изменить допуск в обход хранителя. Я вынужден был запустить аварийную блокировку до прибытия полного совета.
Арса шагнула к двери.
— Ложь. Я свидетель: все было сделано по решению зала.
— Советница Денрит, ваше присутствие внутри только подтвердит, что вы были введены в заблуждение.
Эррен подошел к решетке.
— Харвик.
— Да, милорд.
— Если огонь Тивена сорвется из-за блокировки, я разберу эту дверь камень за камнем и начну с тебя.