Звоните Манькову! Дилогия

Глава 4

Однако уже через пару минут нашего разговора, когда я вкратце обрисовал ей суть внезапно посетившей меня идеи, с Люды как ветром сдуло всю её утреннюю игривость и напускную уверенность.

– Помощником генерала⁈ – она нервно заходила туда‑сюда по тесному коридору, то и дело запахивая полы своего короткого халатика. – Курсы по огневой подготовке⁈ Олег, ты совсем с ума сошел⁈ Где я – и где всё это армейское начальство с сейфами и бумагами⁈ Я же в этом ни бум‑бум!

– Намного ближе, чем ты себе представляешь, – спокойно парировал я, наблюдая за ее паническими метаниями. – И, кстати, иди‑ка переоденься.

Люда резко остановилась, картинно оперлась плечом о дверной косяк и приняла нарочито соблазнительную позу, слегка выставив вперед стройную ногу.

– Что, студент, смущаю? – с лукавой усмешкой прищурилась она.

– Нет, – я даже бровью не повел. – Просто у тебя ноги уже синеть начали от холода.

Отопление в нашем доме работало из рук вон плохо, и чугунные батареи были едва‑едва теплыми. И если эта горячая во всех смыслах девушка продолжит вот так сновать передо мной по бетонному полу в одном тонком халатике – она стопроцентно уже к завтрашнему утру сляжет с гриппом. А такой расклад меня категорически не устраивал – у меня на нее, между прочим, были очень серьезные планы! Больной кандидат на должность генеральского адъютанта мне был не нужен.

– Заодно, пока будешь натягивать свитер, мысли в кучу соберешь, – бросил я ей вслед. – И наконец поймешь, что ты просто создана для этой работы.

Вначале я и сам немного сомневался в этой внезапной мыслишке, но чем больше я над ней размышлял, тем отчетливее понимал – мне в голову пришло нечто поистине гениальное!

Во‑первых, Людмиле сейчас отчаянно, просто позарез нужны были деньги. Долг валютчику висел над ней дамокловым мечом, а счетчик тикал. А значит, дай я ей сейчас эту работу, пахать на генерала она будет не за страх, а за совесть. Ну и за будущую хорошую зарплату, естественно. Мотивация у нее сейчас просто железобетонная.

Во‑вторых, если отбросить морализаторство и посмотреть на ее навыки прагматично… Она ведь совсем недавно виртуозно разводила богатеньких придурков на совместные поездки в казино, где те с легким сердцем и пустой головой спускали весьма некислые суммы. Что это значит на сухом языке бизнеса? Это значит, что она умела делать продажи ! И пусть фактически она продавала им красивую аферу, какая, к черту, разница⁈ У девушки налицо великолепные коммуникативные данные, бронебойная харизма и врожденное умение вести переговоры с самыми разными людьми. В коммерческом плане она – настоящий алмаз. Да, пока еще абсолютно неограненный.

Но я‑то тогда на что? Натаскать эту сообразительную девицу в базовом делопроизводстве, чтобы она не путала накладную с договором аренды – это дело на полдня. Объяснить всякие профильные тонкости, чтобы она могла уверенно козырять умными терминами перед клиентами ДОСААФ – ну, еще неделя плотных тренировок.

Люда вышла в коридор, переодевшись в простенький уютный свитер и обтягивающие джинсы. Влажные волосы она наскоро собрала в тугой хвост. Впрочем, глазки подкрасить всё‑таки успела – профессиональная женская привычка неискоренима.

– Так и будем в прихожей стоять? – хмыкнула она. – Пойдем на кухню, хоть чайку попьем.

До работы мне оставалось еще с полчаса. Но, в конце концов, я же теперь целый генеральный директор собственной фирмы! А начальство, как известно, не опаздывает, оно задерживается.

– А давай по чайку, – легко согласился я.

На крошечной кухне к чаю чудесным образом нашлись дефицитные шоколадные конфеты с коньяком. Да и сам чай оказался на удивление хорош – настоящий, крепкий индийский, с тем самым слоном на пачке. В мое родное время такой днем с огнем было не сыскать, полки давно заполонили безвкусные суррогатные пакетики.

– Весь этот деловой бизнес‑лоск мы на тебя быстро наведем, – уверенно произнес я, сидя за кухонным столом и прихлебывая горячий напиток. – Это вообще не проблема. Главное – это твоя врожденная чуйка. Ты на себя посмотри…

– Что, так хороша? – Людка игриво стрельнула глазками из‑за кружки, по привычке включая кокетство.

– Не без этого, – честно признал я. – Но главное твое достоинство в другом – ты же при желании эскимосам прошлогодний снег продать сможешь! У тебя язык подвешен идеально, ты умеешь располагать к себе людей. А всё остальное, вроде правильного заполнения бумажек – дело наживное.

Людка тяжело вздохнула и вдруг потупила взгляд, нервно водя пальцем по краю чашки.

– Всё равно не пойду. Я же не вчера на свет родилась, Олег. Прекрасно понимаю, зачем себе всякие престарелые адмиралы молоденьких и хорошеньких помощниц в приемные сажают…

– Во‑первых, он генерал, – поправил я.

– Да хрен редьки не слаще! – отмахнулась она. – Ты думаешь, будь у меня такое желание, я бы не могла себе богатого «папика» найти, чтобы он мне все долги закрыл?

– Запросто нашла бы, даже не сомневаюсь, – кивнул я. – Но Зимов… он мужик совершенно другого склада. Начнем с того, что он изначально вообще меня на это место звал, а я на роль содержанки как‑то не очень подхожу. И во‑вторых, у него на рабочем столе, на самом видном месте, стоит фотография с женой и внуками. Ему реально нужен толковый помощник, который вытянет коммерческое направление, а не любовница для утех в подсобке.

– Ну, не знаю… – с сильным сомнением протянула Люда, явно колеблясь.

– Тебе деньги срочно нужны? – пошел я с козырей.

Она мрачно поджала губы и утвердительно мотнула головой.

– У тебя сейчас хоть какие‑то другие реальные варианты для заработка таких сумм есть? С учетом того, что панель ты, как мы выяснили, даже не рассматриваешь?

Люда сначала зло, с явным вызовом вскинула на меня глаза, собираясь резко ответить, но быстро сдулась и совсем понуро, тихо ответила:

– Нет.

– Ну а о чем ты тогда вообще думаешь? – я развел руками, ставя точку в споре. – Попробуешь. Не потянешь, не сработаетесь или генерал начнет руки распускать – развернешься и уйдешь, никто тебя силой держать не станет. Но что‑то мне подсказывает, я даже уверен – ты потянешь. Еще как потянешь!