Страница 46 из 121
ГЛАВА 9. Тайфун
The White Stripes Yastreb remix - Seven Nations Army
Darude – Sandstorm 2006 (DJ Dellо Electrо Mix)
Imagine Dragons - Natural
Darude – Sandstorm (Original Mix 1999)
Rammstein – Das Modell
John Ottman – Confessions (OST Cruel Intentions)
Sunrise Avenue – I don’t dance
Wolf Colony - Hollowood
Меня напрягает это состояние. Этот модус виноватости и поиска оправданий, ставший привычным. Эта роль равнодушного козла, в которой утвердился в ее глазах и которую она старательно полирует, как и свою непрекращающуюся меланхолию.
Субботний сентябрьский вечер. Уже осень, но ночное небо и сейчас не спешит истерить дождем. Далеко еще до бабьего лета, в октябре оно у нас обычно бывает. Но, наверное и здесь весь день было тепло и сухо. Не знаю, потому что приехал я недавно.
Паркую машину на обочине Дрезденского проспекта. Не хочу соваться в основательно запаркованный уже переулок-тупик, упирающийся в уродливо-серое полузакругленное здание. Тиранет еще кто-нибудь, народу-то уже дохренища. Скоро полночь, обычно в это время публика и начинает подваливать сюда. Тем, кто ныряет в нее, плевать на внешний уныло-индустриальный вид этой махины, глотающей их, одного за другим. Потому что они приехали сюда тусить. Это же Тайфун. Тот самый. Давно тут не был, да и сегодня не собирался. Хотя когда-то мне нравился кисляк. Лет в семнадцать все бы отдал, только бы попасть сюда, только хрен бы кто меня пустил. Да и не знаю, был ли он уже тогда здесь и нашлись бы у меня деньги. Времена меняются.
«
Андрюш, сильно загружен сегодня, да?
» - ее вчерашнее сообщение. Ответ ей был известен.
«
Да, зайка, прости. Наверное, только завтра приеду.
»
«:((((
Ладно, главное, к десяти будь. В одиннадцать консультация.
»
На которую она в итоге идет сама. У меня не получилось, потому что более чем неожиданно на сегодня назначили встречу, на которой я должен был присутствовать. Какой ненормальный назначает встречу на субботу? А я что, говорил, что работаю с нормальными? Насчет чего встреча? А какая разница. И тут еще консультация эта.
Да, знаю. Все, блин, знаю сам. Нечего мне долбить. Она тоже знала, что нечего, вот и не стала говорить ничего. Ни до, ни после консультации.
Вчера до поздней ночи у нас были переговоры по стабфонду. Вернее ночью они не кончились, а продолжались на следующий день. Проходило все в столице, откуда мне из Дюсселя даже ближе, чем Вольфингу. Не знаю, во сколько она проснулась, не знаю, было ли мое сообщение: «
Любимая, я не успею с тобой на консультацию...
» и тэ-дэ первым, прочитанным ею в это утро. Да и какая разница. Вообще-то, я привык уже к своему ритму жизни. Она – нет. В упор не брала телефон, хоть и звонил ей. Я поехал к ней сразу, как только освободился. Но что значит «сразу», если ты пилишь одну сотню за другой, а твой персональный сереброкрылый сегодня в отпуске? Да, бляха, если нет его у тебя в помине?
Когда подъезжал, она наконец соизволила взять телефон:
- Привет. У меня не было связи.
Да я и не предъявляю. Не совсем лох.
- Привет. Где ты?
- Ко мне Ленка приехала, мы ходили с ней ужинать в Суваде, - ресторан тайский на Дюненвеге. Затем равнодушно так: - Я же не знала, когда ты приедешь.
И знать не хотела. Так, хавать дома, по ходу, нечего. Ладно, не сдохну. Вон, дёнер на углу, пойду туда.
- А потом пойдем в Тайфун. Она давно хотела.
Ну конечно.
Она
хотела. Эта училка у себя же дергаться спокойно не может, а ну его – ученики спалят. А сегодня как раз такой случай, что ж его упускать. Все? Все. Пока. Увидимся. Отдыхай там (она – мне). Больше ничего не говорим друг другу, не знаю, кто вырубает первым. Она наверняка.
Я не стал даже заезжать в квартиру - а что там делать? Ужинаю за рулем тем самым дёнером, не чувствуя его вкуса. По мне давным-давно разлились грусть и апатия. Поговорили. Я не извинялся, не наезжал и сам. Просто принял к сведению.
Она закадрила Ленку потусить в клубешнике, не знаю, какими правдами или неправдами затянула ее сегодня сюда, хотя еще вчера у нее, нас были другие планы. А Ленку к нам обычно не затащишь. Но ей сильно надо было, вот она и затащила. А консультация? Блин, не спросил. Да подробностями сего меня и не стали напрягать. Мне ж, типа, все равно неинтересно. Забил же, типа, на нее.
Раньше я бы только посмеивался над ее выкидоном, узрев в этом нелепом ходе очередную наивную попытку отомстить мне. Что ж теперь? Теперь, запихивая в рот абсолютно игнорируемый мной ужин, смотрю застывшим взглядом в даль Дюненвега – узенькой, но очень длинной улочки с невысокими и небольшими многоэтажными домами с ресторанами и кафе на нижних этажах, пока на горизонте мутит опаленное чем-то светло-коричневым марево заката. Вон там, слева - Суваде. Случайно оказался возле него. Просто Дюненвег недалеко от дома. Туда она ходила сегодня на ужин. Не дождавшись меня. А теперь закат уже отгорел, и на Дюненвег опустилась мягкая, ясная ночь.
Смотрю в эту ночь и вдруг осознаю, отчего парализован. Страх. Откуда взялся? Отчего я, сам себя и ее за это ненавидя, начал побаиваться? От того, что сегодня, сейчас, в эту гребаную, ясную такую звездную ночь в первый раз доходит до меня, что я, оказывается, боюсь ее потерять.
Но она же не ожидает, что эта моя боязнь перерастет в паранойю, и я нарисуюсь там, где сейчас тусит она. Мне похрену, как она отнесется к моему появлению, но втайне я все же надеюсь, что обрадуется. Ей же нравится, чтоб за ней бегали, а она бы выделывалась.
Глазами ищу ее зеленую тачку возле Тайфуна, но не нахожу. На такси прикатила? Решила пить? Напиться? Сюда воообще-то не за этим приезжают. А ну, как фейс не пройду, смеюсь беззвучно, подходя к секьюрити. Да нет, пропускают - видуха стопроцентная, солидная, отдающая обыденностью и безобидностью.
Не задумываясь, как найду ее здесь, бреду под басы Йенса О, резидента здешнего – он и сегодня ставит, верен себе – по кулуарам лаунжа, всюду освещенным ядовито-зеленым – фирменный цвет Тайфуна.
Мне навстречу прут чуваки в детских панамках, с сосками-пустышками на шее. Меня обгоняют телки в детских бодиках и коротких платьицах – под Baby Clash, тему сегодняшнего рейва. Стою некоторое время, прислонившись к мазутно-черной стене в рельефе из пенящихся волн. В рельеф этот кое-где вработаны окошки. Через них просматривается главный зал. Стена напротив выполнена в виде гигантской воронки – водоворота. Стою на фоне пены, тупо зыря в эту воронку, сканируя редкую публику, что изредка вываливает из зала. Должны же и
они
когда-нибудь выползти подышать. Но ни фига.